Чтение онлайн

— Нет… — недоверчиво протянула я. — Он бы ни за что не стал участвовать в подобной мерзости.

— Да неужели? — Итирус лукаво усмехнулся. — Киота, ты многое не знаешь о своем друге. Если тебе когда-нибудь надоест пребывать в плену радужных эмоций по его поводу, то задай ему один простой вопрос: убивал ли он. Не в пылу смертельной схватки и не спасая свою жизнь, а хладнокровно глядя в глаза обреченному человеку, понимая, что тот уже не в силах сопротивляться. Впрочем, Вашарий на самом деле неплохой человек, а уж муж из него получится просто замечательный! Кого-кого, а супругу от этой неприглядной стороны жизни он точно будет держать как можно дальше.

— В таком случае, рада за его будущую избранницу, — пожалуй, даже слишком резко отозвалась я. Что скрывать, слова Итируса по поводу возможной свадьбы Вашария на удивление больно резанули по сердцу. Сама понимаю, что во мне заговорила банальная собственница, но представить друга в объятиях другой оказалось очень неприятно. Хорошо, что если это и случится — то не скоро. У меня будет время привыкнуть к этой мысли. И я продолжила, с явным намеком крутанув кольцо с гербом рода Барайс на безымянном пальце: — В любом случае, я помолвлена с другим.

Итирус хотел что-то сказать на этот счет, даже открыл рот, но в последний момент передумал, только как-то странно качнул головой.

— Не суть, — мягко проговорил он, не желая вступать со мной в спор. — Мы отвлеклись от темы доказательства моего могущества. Так вот, Киота, я не собираюсь удивлять тебя обычными некромантскими фокусами. Нет, поднятый из могилы человек действительно начнет новую жизнь. Проживет еще много лет, пока второй раз не повстречает смерть. Даже способен будет породить новую жизнь, обзаведясь детьми. Если пожелает, конечно. Как насчет подобного доказательства?

Я молчала, силясь понять, в чем заключается подвох. Если человек мертв — то он мертв. Некроманты действительно могут лишь на время оживить тело, выудить из него необходимые сведения, но не более. Тем паче что труп на то и труп, что по своему определению не способен зачать ребенка. Да, пожалуй, это было бы наилучшим доказательством божественного могущества Итируса.

— Насколько я понял, ты согласна. — Бог мертвых без особых проблем прочитал ответ в моих мыслях. — Ну что ж. Как только тебе станет легче — отправимся на городское кладбище. Там я разрешу тебе выбрать любую могилу, чтобы не было соблазна обвинить меня в мошенничестве, и после докажу тебе свои истинные беспредельные возможности.

Интересно, мне показалось или в голосе Итируса скользнули насмешливые нотки? Такое чувство, будто он смеется над моим невежеством. Ох, что-то тут явно не так.

— Нет, прав все-таки Олеон, со смертными надо построже, — уже с заметным раздражением протянул Итирус, наверняка утомившись от моих бесконечных сомнений. — Пожалуй, для следующего своего визита в этот мир мне стоит подобрать более грозное обличье. Хоть черного дракона ради разнообразия оседлать и ежесекундно кидаться молниями, убивая направо и налево. Или ты и тогда нашла бы сто и одну причину, чтобы недоверчиво наморщить свой очаровательный носик?

Я смущенно потупилась и одним глотком допила успевший остыть кофе. Полагаю, не стоит отвечать на риторические вопросы. Что поделать, раз у меня натура такая противоречивая и сомневающаяся.

— А что будет с тем несчастным, которого ты оживишь? — спросила я, стремясь замять неудобную тему. — Наверное, он почувствует себя очень неуютно, очнувшись в сырой могиле.

— Опять ты меня за какого-то изверга принимаешь! — Итирус обиженно всплеснул руками. — Конечно, сперва мы его выкопаем, а потом примемся оживлять. А после… Хм… Я, если честно, как-то об этом не подумал. Предлагаешь вновь его убить и уложить в ту же могилу?

— Да разве так можно?! — с искренним возмущением вскрикнула я, на миг испугавшись, что бог говорит серьезно.

Но тут же заметила, как он прикрылся ладонью, пряча лукавую усмешку, и немного успокоилась. Нет, издевается надо мной. В самом деле, наверное, хуже наказания не придумаешь: очнуться после вечного сна, опять почувствовать на своей коже солнце и вдохнуть полной грудью, чтобы через несколько секунд вернуться во владения смерти. И все ради чего? Чтобы какая-то там Киота Дайчер убедилась, что разговаривает с богом? Как-то слишком сурово.

— Киота, поверь, никого убивать я не собираюсь, — совершенно серьезно проговорил Итирус, оставив свой шутливый тон. — Но ты задала очень правильный вопрос: с вновь ожившим надо будет что-нибудь делать. Понятное дело, он не сохранит никаких воспоминаний о смерти и нашей встрече — уж об этом-то я позабочусь. Ему будет казаться, будто он на миг отключился в той, еще прошлой своей жизни, а очнулся в совершенно незнакомом месте. Полагаю, очень удивится, узнав, сколько прошло времени.

— А уж как удивятся городские власти, когда по улицам Микарона начнет бегать какой-нибудь фанатик родом из Темных веков, — пробурчала я. — Еще, чего доброго, нарвемся на бывшего инквизитора, и тот начнет карать направо и налево за использование магии.

— Думай сама, стоит ли тревожить столь древние захоронения.

Итирус смотрел на меня совершенно бесстрастно, но я кожей чувствовала, что на самом деле в глубине души он потешается надо мной. Явно, что он пытается склонить меня в пользу решения, выгодного прежде всего ему, но обставить все так, чтобы я приняла это за свой выбор. Что за игру он затеял? Предположим, я потребую оживить какой-нибудь скелет многовековой давности. Сдается, Итируса совершенно не обрадует такой поворот дела, раз он так ненавязчиво пытается обратить мой взгляд на более свежие могилы. Боится, что не справится? Получается, у его могущества тоже имеются определенные пределы.

— Да не сказал бы. — Бог мертвых пожал плечами, по обыкновению принявшись отвечать на мои мысли. — В одном ты права: чем свежее труп — тем легче в него вернуть душу и тем быстрее закончится процесс регенерации тканей и костей. Такую неприятную вещь, как разложение, ведь никто не отменял. Но выбери ты для эксперимента даже самого первого человека, изгнанного из божьего сада за неповиновение, — я все равно справлюсь. Правда, сначала тебе придется отыскать хотя бы крошечный обломок кости столь уникального создания. Во всем происходящем меня беспокоит только одна малость: над Нерием и Варрием сейчас бушуют энергетические бури. Они мне не помешают, однако если ты выберешь старое тело, то мне придется потратить очень много силы. Выплеск такой мощи наверняка зафиксируют все маги этого мира. И у многих появится закономерный вопрос — кто же тот уникум, который способен колдовать, когда у остальных нет доступа к силовым нитям. Мы опять-таки рискуем привлечь к себе ненужное внимание. — Итирус помолчал немного и напоследок добавил с легкой усмешкой: — И потом, подумай, как наш несчастный испытуемый будет жить в совершенно новую эпоху. Да его замучают постоянными допросами, силясь выяснить, не издевается ли он над властями. И в итоге скорее всего запрут в доме для умалишенных. Поэтому, Киота, лучше выбери могилу посвежее.

Длинная аргументированная речь Итируса меня убедила слабо. Точнее, я уже торжествовала победу, предчувствуя его неминуемый провал. Что-то он чересчур переполошился, услышав про мой возможный выбор в качестве подопытного экземпляра фанатика Темных веков. Зуб даю — когда дойдет до дела, признает поражение.

— Упрямица, — чуть слышно выдохнул Итирус. — Ну что ж, всю дальнейшую ответственность я перекладываю на тебя. Идет?

Я с некоторым вызовом вздернула подбородок. Ага, от убеждений перешел к плохо замаскированным угрозам. Похоже, я права.