Чтение онлайн

— Как ты себя чувствуешь? — резко сменил тему Итирус, встав и с хрустом потянувшись. — Голова еще болит?

— Да нет. — Я осторожно покрутила ею из стороны в сторону, убеждаясь, что каждое движение больше не отдает резью в глазах и новыми спазмами в висках. — Кажется…

Договорить я не успела. Итирус прищелкнул пальцами — и через миг я обнаружила, что стою рядом с ним на городском кладбище Микарона. Испуганно охнула было, потянувшись прикрыться, поскольку спать ложилась в короткой футболке и неприлично маленьких шортиках, которые обнаружила в бельевом шкафу выбранной спальни, но тут меня ожидало новое потрясение. Итирус любезно позаботился и о моей одежде, поэтому сейчас я была в теплом шерстяном платье и удобных туфлях на низком устойчивом каблуке. Хм… Забавно, именно такой наряд я бы выбрала для похода в столь скорбное место.

— Я знаю, — лаконично проговорил он и вручил мне раскрытый зонтик, который вытащил из ниоткуда. — Держи. Пригодится.

Словно в подтверждение его слов по зонту забарабанили первые упругие капли дождя. Впрочем, ненастье совершенно не докучало богу мертвых. Над ним дрожало мельчайшее марево испаряющихся водных брызг, в то время как волосы и рубашка оставались абсолютно сухими.

— Выбирай, Киота. — Итирус гостеприимным жестом обвел кладбище. — Все могилы в твоем полном распоряжении.

Я скептически хмыкнула. Вообще-то сейчас день. По моим ощущениям — около полудня, вряд ли позже. Унылая пасмурная погода не располагает к прогулкам, но жители Озерного Края привычны к частому ненастью. Вот и сейчас, несмотря на начавшийся ливень, мы были здесь не в одиночестве. Я заметила несколько парочек, прогуливавшихся по прямым ухоженным аллеям последнего приюта горожан. У соседнего надгробия, на котором была изображена сломанная стрела, скорбела пожилая седовласая женщина. Правда, наше внезапное появление осталось незамеченным, но не сомневаюсь, что это лишь счастливый случай. Если Итирус прямо сейчас примется крушить памятники и тем более разрывать влажную землю, желая выкопать какой-нибудь гроб, то нам точно не поздоровится. Ахнуть не успеем, как окажемся в тюрьме. Недаром некроманты подобными вещами занимаются исключительно в темное время суток. И то частенько бывают биты, если попадаются на горячем. Никому не нравятся падальщики. Все-таки хочется верить, что хотя бы после смерти ты заслужил хоть капельку спокойствия в наш безумный век и никто не станет издеваться над твоим хладным трупом.

— Выбирай, Киота, — повторил Итирус и широко улыбнулся. — Не беспокойся, об остальном позабочусь я. Нет, если ты хочешь соблюсти традиции — то мы, бесспорно, можем вернуться сюда в глухую полночь, вооружившись лопатами. Так и быть, исключительно для твоего удовольствия я вызову грозу с обязательными ураганными порывами холодного ветра, который будет рвать наши плащи и тушить магические шары. Ах да, забыл, шарами пользоваться нельзя, иначе потревожим сторожа. Придется красться по кладбищу в полной темноте. Перемажемся в грязи, если особенно повезет — то кто-нибудь из нас споткнется и загремит в объятия скелета. Ты подобного желаешь?

Я насупилась, уловив в его голосе откровенно издевательские нотки. Ладно, будь что будет. Хочет, чтобы все население Микарона полюбовалось на факт беспрецедентного варварства и вандализма, — пусть. Надеюсь, Дольшер вытащит меня из тюрьмы и не станет долго бушевать, узнав, в чем меня обвиняют. В крайнем случае, всегда можно отговориться, что меня заставили участвовать в этом угрозами.

Дорожки кладбища были посыпаны гравием, который приятно захрустел под подошвами моих туфель, когда я тронулась в путь. Дождь не унимался, но и не становился сильнее, поэтому я вполне уютно себя чувствовала под зонтом. Если бы не обстоятельства, то, наверное, я бы даже сумела получить удовольствие от прогулки. Истинное наслаждение после нескольких дней своеобразного домашнего ареста выбраться на свежий воздух! Тем более что рядом с богом мертвых мне вряд ли стоит опасаться нападения вампира или Фарна.

— Это уж точно, — пробормотал себе под нос Итирус, развеивая последние сомнения в моей безопасности.

Я неспешно шла рядом с ним, разглядывая многочисленные надгробия и читая эпитафии. Сейчас мы находились в новой части кладбища, поэтому все могилы утопали в цветах и были относительно ухоженными. Ничего, чем дальше по аллее — тем более заброшенными они станут. Там и найду подопытного для нашего эксперимента. Правда, не совсем понимаю, почему Итирус предложил его провести. Подумаешь, сомневаюсь я в его божественном происхождении, ну и что из этого? Все равно делаю это исключительно в мыслях и вслух еретические предположения не озвучиваю.

— Просто решил размяться, — пояснил Итирус. — Давненько я никого не оживлял. Самому интересно — не утратил ли навыки.

Я опустила голову, торопливо скрывая язвительную усмешку, совершенно неприемлемую при общении с богом. Ого, как он заговорил! Вслух признался, что сомневается в успехе предприятия. Ну-ну, кажется, я была абсолютно права.

Итирус раздраженно зыркнул на меня сквозь длинную растрепанную челку, но промолчал. Лишь ускорил шаг, явно желая как можно быстрее достичь старой части кладбища. Теперь я почти бежала за ним. Но опять-таки никто из прохожих не шикнул в нашу сторону, предлагая соблюсти неписаные правила поведения. Право слово, тихие тенистые аллеи кладбища — не место для игры в догонялки. А я меж тем едва не сбила с ног степенную старушку с клюкой, видимо пришедшую навестить могилку усопшего супруга. И — невиданное дело — та даже не посмотрела на меня, продолжая медленно и величаво продвигаться по направлению к выходу. Чудно. Такое чувство, будто нас никто не видит.

— Не совсем так, — поправил меня Итирус, чуть запыхавшись от быстрого шага. — Я воспользовался заклинанием безразличия. Грубо говоря, им совершенно наплевать на наше существование. Что бы мы ни делали, как бы ни безобразничали — никто не сделает ни малейшего замечания. Мы для них практически не существуем, Киота.

Я хмыкнула про себя. Неплохо звучит — заклинание безразличия. Надо будет порыться в книгах на досуге, выискивая нечто похожее.

— Киота, скажу тебе по секрету: при создании заклинаний совершенно не обязательно пользоваться готовыми шаблонами, — произнес Итирус. — Главное — это желание человека. Слова и жесты служат лишь для концентрации магической энергии, ни для чего более. К самой цели они имеют весьма опосредованное отношение. Просто легче сосредоточиться, когда считаешь, что та или иная фраза поможет тебе прийти к нужному результату. Ты как бы заранее программируешь себя на успех. Но мирозданию и энергетическому полю в конечном счете абсолютно безразлично, что именно ты бормотал себе под нос, когда колдовал. Хоть спряжение неправильных даританских глаголов повторял.

— Правда? — Я изумленно вскинула брови. — Нам в Академии говорили по-другому. Мол, даже ни разу не видя готовой схемы заклинания, можно создать его заново, но при этом воспользоваться наработками и формулами. Если честно, маги высшего уровня подчинения никогда не забивали себе мозги математикой. Они предпочитали брать мощью. А вот таким неудачникам, как я, приходилось пользоваться тараканьими тропами, так сказать. Зубрить, зубрить и еще раз зубрить. В конечном счете я убедилась на собственном опыте в верности слов учителей: зная определенные фразы, колдовать куда проще. Если ты обладаешь лишь крохотной толикой силы — то это становится основополагающим.

— Ты сама только что сказала, что маги высшего уровня подчинения не любят зазубривать заклинания назубок. — Итирус снисходительно посмотрел на меня сверху вниз, словно удивленный, что приходится вдалбливать столь прописные истины. — Однако искусство невидимого дается им сравнительно легко. Почему? Потому, что их воля и желание добиться нужного намного превосходят твои устремления. Вот и весь секрет.

— А от чего вообще зависит уровень подчинения? — задала я новый вопрос, радуясь, что бог мертвых вообще заговорил на эту тему. Что скрывать, некоторые вещи лучше узнать из первоисточника, нежели перерывать кипы книг в поисках противоречивых объяснений, которые чаще всего базируются на более чем сомнительных и неправдоподобных легендах.

— Киота, ты слишком многого от меня требуешь. — Итирус огорченно всплеснул руками. — Боюсь, ты не поймешь и сотой доли того, что я скажу. Ладно, попробую на пальцах. Ты прекрасно знаешь, что мир окутывает тончайшая паутина силовых нитей. Это так называемое магическое, или, как его еще часто называют, энергетическое поле планеты. У всех людей есть к нему доступ — у кого-то в большей степени, у кого-то в меньшей, у некоторых вообще практически отсутствует. Способность того или иного человека колдовать обеспечивается так называемым каналом. Хм… Как бы понятнее сказать… В общем, это врожденная особенность человека, наподобие темперамента или характера. Восприимчивость к флуктуациям магического поля и способность использовать их для преобразования окружающего мира в собственных целях.