Чтение онлайн

Сэнди сидела скрестив ноги на кровати своего старого номера. На покрывале перед ней сияли немного фальшивым, но очень ярким блеском «драгоценности» из шкатулки Анжелы Кениг, вернее, Кристины Картер.

Она рассматривала псевдобриллианты, фальшсапфиры и лжежемчуг со всех сторон, вертела их и так, и сяк, подносила к настольной лампе – все было бесполезно. Сэнди Хоук не приблизилась к истине ни на шаг.

Она вздохнула и вытянулась на кровати. Взгляд автоматически скользнул на вторую подушку… затем на стену, разделявшую их с Нэшем номера.

Когда они приехали, она по привычке ожидала, что он пройдет в номер вместе с ней, но Нэш этого не сделал. Пробурчал что-то насчет срочных звонков и запущенной работы – и нырнул в свой номер, оставив Сэнди одну-одинешеньку.

Она посмотрела на часы. Со времени их расставания прошло почти пять часов, а Нэш не появлялся.

Что ж, ему больше ничего не угрожает со стороны ФБР, а с Сэнди у них уже все было… Господи, какое идиотское выражение! Она нахмурилась и закусила губу. Сильное тело мужчины на белоснежных простынях… его ошеломляющая нагота… мощь его объятий… Сэнди застонала от внезапно нахлынувшего желания. Низ живота свело судорогой, и она поскорее села, скорчившись в три погибели. Потом сгребла вторую подушку-сиротку, прижала ее ко рту и застонала.

Это был просто секс! Ничего серьезного. Секс – и никаких чувств. Секс – и никаких эмоций, кроме тех, которые принято испытывать при хорошем, полноценном сексе между двумя здоровыми молодыми особями разного пола.

Тьфу, пропасть, как же мерзко может звучать научное наименование того, что было у них с Нэшем! Словно животные спариваются.

Если это был не просто секс, то где Нэш?

Она отшвырнула несчастную подушку и решительно придвинула к себе шкатулку. Надо понять, почему эта штуковина так интересует огромное количество народа.

Стук в дверь угробил все благие намерения частного детектива, и Сэнди легкой бабочкой порхнула к двери. Шкатулка была забыта.

На пороге стоял Нэш Оуэн, красивый как бог, элегантный и слегка надменный. Джинсы и футболка казались сном, теперь на сногсшибательном блондине были строгие черные брюки, ослепительно белая рубашка и строгий галстук, при виде которого Сэнди слегка взвыла. Нэш прошел в комнату и немного растерянно огляделся по сторонам.

– Ну… ты… ты скучала?

Да. Очень. Но тебе я об этом не скажу!

– Короче… это тебе.

Он протянул ей коробку – родную сестру тех, которые стояли на заднем сиденье его машины.

– Ты вовсе не обязан… Боже, это же кроссовки… Мы что, идем куда-нибудь?

– Ну… я думал, мы прогуляемся.

– Значит, прогуляемся? Ты что, собираешься ухаживать за мной, Нэш Оуэн?

Он только надулся и что-то запыхтел, но Сэнди было уже не остановить.

– Да или нет?

Взгляд Нэша испуганно заметался по сторонам, а затем нашел покой на циферблате часов.

– Я… у меня была важная встреча, и я проторчал на ней чертовски долго, хотя понял это только что… Как дела со шкатулкой?

Она была уверена, что, бросив взгляд на постель, Нэш предложит ей залезть в нее и заняться чем-нибудь увлекательным, но Нэш и не подумал этого сделать.

Сэнди, уже не скрываясь, осмотрела себя в зеркале со всех сторон. Все по-прежнему. Кроме реакции Нэша.

– Ладно. Гулять так, гулять. Но я должна переодеться.

Нэш шел рядом с Сэнди, изо всех сил старясь не замечать, как идет ей алое платье, какая у нее грудь и прочие волнующие детали ее потрясающей внешности. У него получалось очень плохо, потому что на губах еще горел вкус ее поцелуев, а память и воображение услужливо раздевали Сэнди прямо на ходу, отчего у Нэша то и дело заплетались ноги.

Сэнди болтала без перерыва, показывая ему достопримечательности. Кроссовки она надевать отказалась, так что и прогулки, как ее представлял себе Нэш, не получилось. Вместо этого они прохаживались по центральной улице города и слушали джаз, несущийся из всех забегаловок, кафе и ресторанов.

Несмотря на вечернее время, было очень жарко, от расплавленного асфальта поднимались волны раскаленного воздуха, а присутствие Сэнди Хоук дополняло ощущение адской жары. Нэш Оуэн горел на ходу, плавился и испарялся.

Какого… он так оделся? Нэш закатал рукава до локтей, развязал галстук и расстегнул ворот рубашки, которая уже прилипала к спине и казалась ему стеганой курткой.

Неожиданно Сэнди продела руку ему под локоть и слегка прислонилась к его плечу. Нэш издал звук, который издает человек, ОЧЕНЬ крепко и ОЧЕНЬ неожиданно схватившийся за раскаленный утюг. Сэнди бросила на него лукавый взгляд, а потом невинным голосом спросила:

– Ну, так расскажи мне, каково это – быть Нэшем Оуэном?

– Не знаю… Обычно, наверное… Ничего особенного.

– Что значит «обычно»?

– Ты есть не хочешь?

Не хочу. И вообще, гулять – это твоя идея, так что гуляй и развлекай меня разговором. Сейчас я желаю беседовать о тебе. Рассказывай, что значит твое «обычно»!

– Ладно. Значит, так: я встаю в шесть утра и иду на пробежку. Бегаю пять миль, если позволяет погода, к восьми иду в офис. Домой уезжаю в пять, то есть, по идее, должен уезжать в пять…

– Кроме тех дней, когда ты в отъезде.

– Знаешь, странно, только сейчас мне пришло в голову посчитать… за прошлый год я был в отъезде в общей сложности восемь месяцев.

– Какой ужас! Прямо гастроли поп-звезды, а не жизнь. Это же две трети года!

– Да… Звезда. Только вот поклонницы не визжат и не сопровождают меня во время поездок.

Наверное, рассказ ей показался скучным. Странно, раньше он никогда не думал о своей работе как о работе. Это была его карьера, его образ жизни, а не способ заработать деньги.

– А ты, значит, была секретаршей?

Это казалось ему невероятным. По наблюдениям Нэша, Сэнди Хоук могла находиться на одном месте в состоянии покоя не больше пяти минут. Не говоря уж о строптивости, нахальстве и желании все сделать по-своему… Правда, если бы она была его секретаршей, он бы никуда не уезжал. Нанял бы помощников, четырех как минимум, а сам…

– Я была секретаршей шесть лет. Я тебе говорила.

Некоторое время они шли молча. Сэнди рассматривала витрины, Нэш – свои ботинки, невыразимо страдая из-за собственной ничтожности.