Чтение онлайн

— Понятно.

Тарий лишь пожал плечами, делая очередной глоток виски.

— Я могу продолжать?

— Да. Пожалуйста.

Больше её не перебивали, Дэвид внимательно слушал, открывая новые для него детали, а Тарий и вовсе впервые всё это слышал. Когда Ирма пересказывала её разговор с Анхеликой, Дэвид всё же не выдержал:

— Так это она меня так защищала? Моя мать всегда была оригинальна, но не до такой же степени. Вместо того, чтобы просто всё рассказать о смерти отца, развела интригу на пустом месте.

— Моя мать вообще забыла мне сказать, кто мой отец. Так что не придирайся.

Дэвид посмотрел на стакан с виски, и не найдя что возразить, кивнул.

— Странные женщины эти ведьмы.

— Они просто хотели вас защитить, — не успев договорить, Ирма поймала на себе два осуждающих мужских взгляда. Тарий не промолчал:

— Да. Маленькие тридцатилетние мальчики очень нуждаются в материнской защите. Куда проще врать, чем предупредить о том, что им может повстречаться псих, и неплохо бы быть к этому готовым. Отличная защита — бросить в пекло неподготовленных к бою, ничего не скажешь.

Ирме было нечего возразить. Она понимала возмущение брата и молчаливое согласие Дэвида с его словами, но и осудить Анхелику с собственной матерью не могла.

— Возможно, я не настаиваю, просто допускаю, что они верили: если не рассказывать, то прошлого как будто и не было. Им обеим пришлось пережить то, что мы и представить не можем.

Тарий дёрнул плечом, но возражать не стал.

— Ладно. С мамой потом разберусь. Дальше что было?

— А дальше я приехала домой, получила в лицо какой-то голубой пыли и очнулась в цепях рядом с Дэвидом. Что было после, ты знаешь.

Тарий наклонил бокал виски, глядя на отблески огня в жидкости.

— Да уж… История так себе.

— Ага.

Откинувшись на спинку кресла, брат перевёл взгляд на Ирму и устало спросил:

— А про попытку тебя отравить ты почему молчала? Тоже берегла моё спокойствие?

Дэвид легонько сжал талию Ирмы, которую он не отпускал на протяжении всего разговора, и приподнял руку с бокалом, словно ученик, готовый к ответу.

— Моя вина. Чтобы ей легче было общаться с полицией, я её немного заколдовал.

Тарий спокойно кивнул, а Ирма всплеснула руками, указывая на Дэвида:

— И ты даже ничего ему не выскажешь? Он меня заколдовал!

— А что я должен ему сказать? Не подходи к ней? Глупо, с учетом того, что ты у него на коленях.

Ирма скрестила руки на груди:

— Никакой солидарности!

— Ну почему же? — невозмутимо спросил Дэвид, делая глоток виски.

— Это заговор!

— Почему же. Тома, если не конченный идиот, сбежал. Вычеркнуть из списка Дэвида, осуществить пару незатейливых интриг, и место в топ-три этого года моё. Исключительно защита собственных интересов, ничего личного, сестрёнка.

Ирма покачала головой, улыбаясь. С человеком, способным шутить в самые сложные моменты своей жизни, совершенно точно всё будет в порядке. Пусть не сегодня, и не завтра, и не дюжину женщин спустя, но точно будет.

Троица долго сидела в тишине, каждый думая о чём-то своём. Ирма не знала, как облегчить ношу, упавшую на сердца мужчин. Глупая девочка не понимала, что лечит их своим присутствием, камином, что дарил тепло, и виски, успокаивающим натянутые нервы. Едва минула полночь, Тарий достал телефон и вызвал такси.

— Поедешь к маме?

Он покачал головой.

— Потом. Надо всё обдумать.

— Уверен, что хочешь остаться один? У меня диван есть.

Тарий усмехнулся.

— Уверен, что не хочу остаться один, тем более на чужом диване.

— А куда тогда?

Тарий посмотрел на сестру и очень серьёзно спросил:

— Что хочешь знать? Имя, цвет волос, рост?

Ирма сглотнула и замолчала. Тарий мотнул головой.

— Прости. Нервы ни к чёрту.

Ирма поднялась, и Дэвид, понимая, не стал удерживать. Девушка подошла к брату и крепко его обняла, прижимая дурную голову к своему животу.

— Я люблю тебя.

Он положил на неё подбородок, глядя снизу вверх:

— И я тебя.

Такси приехало неприлично быстро. Обнимая в дверях сестру, Тарий наклонился и шепнул ей на ухо:

— Он не такой, как я. Подумай, прежде чем оттолкнуть.

— С чего ты?.. — так же тихо попыталась возмутиться Ирма.

— Тш-ш-ш. Я просто тебя знаю. Заканчивай бежать.

Отстранившись, он махнул рукой Дэвиду и ушёл.

Ирма закрыла дверь и повернулась. Прижавшись спиной к деревянной поверхности, она рассматривала сидящего в её гостиной мужчину, ответившего ей прямым, честным взглядом, спрятав привычную усмешку. Может ей и правда пора перестать бежать? Тем более от себя.

Оттолкнувшись от двери, девушка медленно подошла к Дэвиду. Мужчина внимательно наблюдал за её движениями. Уперевшись коленями в кресло между его ног, она на мгновение замерла. Тонкие пальцы распустили ремень халата, и шёлк, скользя по плечам, осел у стоп девушки. Дэвид наклонился, его пальцы легли на обнажённую кожу щиколоток, обводя изгибы ног, задирая ткань сорочки, он пристально посмотрел в её глаза. Остановив ладони на рёбрах под грудью, мужчина приблизился, щекотнув дыханием кожу, и запуская по спине девушки мириады мурашек, оставляя влажные следы поцелуев, хаотично рассыпанных по животу. Ирма запустила руки в его волосы, нежно массируя и, прикрыв глаза, наслаждалась неспешной лаской.

Дэвид подался вперёд, поднимаясь, и вынуждая её сделать шаг назад. Мужчина потянул ткань выше, стягивая ночнушку и бросая к её ногам. Подсвеченная затухающим огнём кожа девушки, шоколадные пряди, раскиданные по плечам, чётко выделившаяся линия ключиц и короткое, учащённое дыхание. Мужчина замер, любуясь.

— Картина надёжно прибита. Я проверяла.

Ухмыльнувшись, мужчина обхватил её за талию, притягивая к себе и поднимая на руки, поцеловал: жадно, алчно, заставляя лёгкие гореть недостатком кислорода. Преодолев лестницу и не зажигая свет, он опустил Ирму рядом с кроватью. Пальцы девушки быстро расправлялись с пуговицами рубашки. Опустив ладони на напряжённую мужскую грудь, она с нажимом провела вверх к плечам, помогая ткани освободить тело, и изнывая от оставляемых на её шее поцелуев.

Медленная ласка, оставленная на первом этаже, переросла в жажду касаний. Сминая податливую кожу бёдер, Дэвид оставил лёгкий укус на её шее, укладывая на кровать и вжимая своим весом в мягкий матрас.

Щёлкнувшая пряжка ремня, опавшая на пол одежда, сплетение обнажённых тел, тонкая ножка, нетерпеливо обхватившая его бедро, прижимая к себе. Ирма чувствовала, как кровь превращается в раскалённую лаву, заставляя тело гореть под натиском грубой ласки и желать его всем своим существом. Громкий протяжный стон заполнил пространство, когда Дэвид резко вошёл в неё, ногти, впившиеся в его плечи, оставили тонкие царапины.