Чтение онлайн

Одной из самых характерных особенностей настольных часов XVI и XVII вв. были сравнительно стройные четырехгранные или шестигранные корпуса с металлическим колоколом в верхней части. Обычно поверхность этих корпусов декорировалась гравированными, резными плоскими или рельефными орнаментами, чаще всего фигурными. Внутреннее расположение механизмов решалось тогда двумя возможными способами. По первому способу основу механизма составляла ярусная рама с ходовым механизмом в верхней части и с механизмом боя в нижней части.

Эти части разделялись платиной с отверстиями для цапф вертикальных осей обоих механизмов. Описанный тип часов с вертикальными осями и ярусной рамой типичен для ранних французских часов, производство которых было в то время сосредоточено в южнофранцузской области вокруг Блуа, а в конце XVI в. — и для швейцарских и итальянских часов.

Другим типом часов, по времени, может быть, даже более молодым, но который пользовался большой популярностью еще в последующем периоде раннего барокко, явились так называемые башенные часы. Они появились во второй половине XVI — в начале XVII в. из часовых центров в Аугсбурге и Нюрнберге. Они отличались замечательной гармонией механических качеств с характерными архитектурными элементами стиля Возрождения и раннего барокко. Эти южногерманские часы долго оказывали влияние на часовое производство во всей Центральной Европе. Они имели рамы с вертикальными угловыми колонками, закрепленными в верхней и нижней плитах. Ходовой механизм и механизм боя располагались друг за другом в одной и той же плоскости. Как и у французских часов, здесь в верхней башнеобразной части корпуса было пространство для колокола, подвешивавшегося либо на резном перекрещенном двуплечем щипце, либо закреплявшегося сзади на специальной скобе. Одни из красивых башенных часов, построенных в 1549 г. пражским часовщиком Ганушем Шгейнмейсселем, являются еще и теперь составной частью коллекции художественно-промышленного музея в Праге. Они относятся к редким сохранившимся доказательствам высокого уровня чешского часового мастерства в период, предшествовавший эпохе Рудольфа.

Башенные часы отличались зачастую не только высокой художественной обработкой, но и высоким техническим уровнем. Кроме обычных механизмов, они иногда имели специальные циферблаты для измерения звездного и солнечного времени, для наблюдения за фазами Луны, имелись шкалы для изображения положения Солнца и Луны в зодиаке и различные календарные циферблаты. Движение планет некоторые часовщики воспроизводили даже некруглыми эллиптическими зубчатыми механизмами.

Из мастерских тогдашних аугсбургских часовщиков вышли также прекрасные экземпляры фигурных часов с движущимися фигурами музыкантов, античных богов, воинов или различных животных — львов, слонов, попугаев и т.д. Сложность этих автоматов, творцы которых отваживались использовать для отображения времени наряду с классическими однострелочными циферблатами различные поворотные циферблаты на цилиндрических или сферических поверхностях, зависела от функциональной схемы кинематического механизма, нередко исключительно сложного. Например, такие часы в виде коляски с парой или четверкой коней двигались при отбивании часов по столу, причем одновременно двигались все фигуры, находившиеся в коляске. Не менее сложным был фигурный механизм в других часах, например в форме лодки. Большинство этих настольных автоматических часов, изготовленных из бронзы, латуни или из дерева и металла одновременно, достигали значительных размеров. Их длина колебалась в пределах от 60 до 90 см. В корпусах этих часов бывали еще дудочные или колокольные музыкальные механизмы, ход которых был синхронизирован с работой часового механизма. Применение движущихся фигур, конечно, в упрощенной схеме, без сложной автоматики, сохранялось и в более позднее время. Французские или венские настольные часы с литой бронзовой и золоченой фигурной пластикой XVIII в. имитировали библейские фигуры или сцены из античной мифологии. В XIX в. эти мотивы уступили место романтическим сценам, особенно у так называемых часов «О сауваж» (aux sauvages), украшенных фигурами негров, индейцев и т.п. С традицией фигурных автоматных часов XVI и XVII вв. были связаны часы с аллегорическими мотивами; для этих часов было характерно сочетание механизма боя с фигурным механизмом.

Вторая половина XIX в. отразилась на архитектуре часовых футляров и ящиков повторением элементов прежних стилей, выливавшихся в псевдоисторические стилевые имитации с резко выраженными элементами ренессанса и рококо. Лишь в конце XIX в. начала опять преобладать стилистическая выдержанность, сопровождавшаяся особенностями творческих проявлений и индивидуальным художественным изобретательством.

С наступлением эпохи барокко проникли в часовое дело прежде всего новые формы корпусов часов. Усиливавшееся влияние церкви проявлялось в применении символов христианства, причем особой популярностью пользовались часы в виде креста или дароносицы.

Такие часы, производившиеся в конце XVI в. и в первых трех десятилетиях XVII в. из литой бронзы, имели футляры, декорированные резными или литыми орнаментами. У этих часов часовой механизм нередко комбинировался с астролябией. Во второй половине XVII в. появились курантные часы с прозрачными циферблатами, освещавшиеся вечером лампами или свечами.

В начале XVIII в. Англия начала экспортировать в Европу настольные «табернакловые» часы. Во Франции подобием этих часов были так называемые религиэзы (несколько напоминавшие по своему внешнему виду фасады костелов), футляр таких часов был прямоугольный, застекленный, часто заканчивающийся мансардным навесом над циферблатом. Такие часы имели обычно ручку для переноски их. Циферблатная плита, декорированная клепаным орнаментом, снабжалась полукруглым щитом для стрелок боя; иногда она имела и различные календарные данные. Такие часы стали весьма популярными в Европе (их южногерманская модификация известна под названием «древнегерманские часы»).

К группе портальных часов относится много типов настольных часов. Наиболее многочисленную категорию их образуют цилиндровые часы, из которых самые простые состояли из несущей рамы с деревянным или бронзовым футляром и из пары или четверки несущих опорных колонок. Мореная поверхность древесины цилиндровых часов была вытеснена в 20-х годах XIX в. черным лаком; тонкие изящные формы алебастровых колонок были заменены в бидермейере намного более массивными профилями.

Эти часы образуют самостоятельную группу; в их размере и форме отразилось развитие функциональных и декоративных элементов стилей различных эпох. Впервые они появились в 1650-1660 гг., а более чем через 200 лет, когда их еще продолжали изготовлять, они сохранили некоторые постоянные для них элементы. Высота пристенных часов была значительной; в XVIII и XIX вв. эта высота колебалась на уровне 270 см. Старые напольные часы были намного ниже, т.е. имели высоту лишь около 180 см, поскольку их механизмы имели еще и шпиндельный спуск, а большая амплитуда не позволяла использовать длинный маятник. С внедрением анкерных и различных других спусковых механизмов, например двухрычажных, начали применять для пристенных часов секундные маятники, для которых требовался высокий шкаф.

Показателем возраста напольных пристенных часов может быть архитектура их шкафов, хотя именно в XIX в. некоторые производители часов заимствовали или имитировали старые элементы стиля напольных часов более раннего периода. Для самого старого периода пристенных часов характерен гладкий стройный шкаф с несколько расширенным основанием и с верхним шкафом (люцерной) для механизма с застекленным металлическим циферблатом, расположенным под навесом в виде трехстороннего щита. Средняя часть такого шкафа, создающая пространство для маятника, была рамной, с филенками. Поверхность всего такого шкафа пропитывалась маслом и имела цвет эбеновой древесины.

Навесная форма купола люцерны сменилась перед 1700 г. ровной поверхностью, иногда украшенной резным волнистым орнаментом. Резьба по дереву применялась и по всей верхней части ящика. Сводчатый купол у напольных часов появился примерно около 1700 г., а четверть века спустя простая квадратная плита циферблата превратилась в циферблат с полукруглым щитом. К этой новой форме циферблата одновременно приспособили и купол ящика, и дверцу циферблата с защитным стеклом. Со второй половины XVIII в. начали строить напольные часы с пагодными куполами. Для последних лет XVIII в. типичной формой футляра часов явился расчлененный шкаф с резными боковыми колонками в его верхней части и с деревянными резными растительными орнаментами. Однако такие декоративные элементы можно было встретить и у напольных часов XIX в., когда по коммерческим соображениям стали комбинировать различные стили.

Шкаф напольных пристенных часов был в большинстве случаев творением художника-столяра и нес на себе черты мебели этой эпохи. С возникновением процесса фанерования мебели производители часов стали делать шкафы часов из узких полосок эбенового дерева, которые они наклеивали на дубовое основание (иногда это заменялось окрашенной фанерой). Тщательно подбирались структура применяемого дерева, ориентация его рисунка, и все это по-разному комбинировалось. В связи с этим особую популярность приобрела древесина оливковая и ореховая. Еще перед 1700 г. некоторые столяры освоили технику инкрустирования — орнаментирования древесины. Это были вначале угловые звездовидные или вееровидные орнаменты, сложенные из желтых сегментов самшитового дерева или из слоновой кости и черных элементов эбена.

Для XVIII в. характерной была инкрустированная коробка с цветочной лиственной или фигурной орнаментикой. Одновременно с инкрустацией были распространены в первой половине XVIII в. лакированные шкафчики, строившиеся по старой английской технике XVI в. Восточные декоративные элементы, сохранившиеся на некоторых таких часовых шкафах, импортированных из Японии, свидетельствуют о том, что там был выдающийся уровень изготовления корпусов для часов. Некоторые европейские часовщики конца XVII в. даже отправляли изготовленные у себя деревянные шкафы или их детали для лакирования за много тысяч километров на Дальний Восток.