Чтение онлайн

— Но ведь это естественно для живых существ, — парировала Фредерика ошеломленную реплику Тору. — Все они хотят жить. И передавать свою кровь дальше. Это так естественно… что меня ничуть не удивило бы, если бы это и правда являлось твоей мотивацией. Это самая главная из вещей, которые я не понимаю о тебе, Тору.

— …

Все это время он жил для того, чтобы стать диверсантом.

И как диверсант, он знал лишь один способ связать себя с окружающим миром — родиться ради битв и умереть ради них же.

Но в один прекрасный день война закончилась, лишив Тору всего, что он успел накопить.

Все стало ненужным. Все стало бесполезным.

— Я… хотел сражаться, — тихо произнес Тору.

— Как Доминика?

— Нет. Я хотел сражаться не потому, что искал смерти. Я хотел через битвы оставить что-то после себя. Особенно с учетом того, что мне все равно суждено умереть. О другой жизни я и не думал. Мне о другом просто не рассказывали.

— …

— Поэтому, когда я услышал историю Чайки, я пошел с ней, — продолжил Тору с натянутой улыбкой. — Девочка, собирающая останки императора Газа, считавшегося главным злодеем войны. Законная наследница Империи Газ. Может случиться и так, что из-за нее мир снова вернется во времена войны. И тогда диверсантам вновь будет, чем заняться.

— Понятно, — моргнув алыми глазами, Фредерика искоса посмотрела на Тору. — Но Тору, ты ведь сказал, что «моя цель — чтобы очень дорогой мне человек достиг своей цели».

— …Так ты еще помнишь, — Тору нахмурился.

Действительно, он сказал эти слова, когда они ужинали в особняке Доминики.

Они вызвали волну недопонимания со стороны Чайки и Акари. Кстати, да, хоть Тору и объяснил им, какой смысл вложил в слова «дорогой мне человек», Фредерике он это пока не рассказывал.

— Ага. Ну, так что это значит?

— Чайка дала мне шанс вновь начать сражаться и обрести цель в жизни. До встречи с ней я лишь загнивал, потеряв все. Поэтому я обязан ей.

— Хм-м… ну хорошо, в основном мне все ясно, но…

— Ты уверена? — Тору краем глаза посмотрел на Фредерику.

Поскольку она не была человеком, ее понимание и ход мыслей часто сильно отличались от людских. Всегда имелась вероятность, что после того, как она скажет «я все поняла», окажется, что на самом деле она поняла все не так.

— Но одна простая вещь все еще вызывает у меня сомнения, — Фредерика вдруг повернулась спиной к Тору, посмотрела на Чайку и спросила, — Чайка. Ты… действительно дочь императора Газа?

— М?! — изумленно обронила Чайка.

Мало того, что она совсем не ожидала этого вопроса, еще меньше она ожидала услышать сомнения в адрес самого важного из фактов. Этот вопрос звучал почти как «кто же ты на самом деле?»

— О чем это ты? — удивленно спросил Фредерику Тору.

Если она не дочь императора Газа, то кто?

Вообще, Тору узнал о том, что она дочь императора Газа, не от нее самой. Ему об этом заявили те люди, что преследовали ее и знали, кто она такая на самом деле. Они сказали, что Чайка — дочь Проклятого Императора. Что она настолько опасный человек, что они должны арестовать ее…

Если Чайка хотела обмануть Тору, то она с самого начала должна была представиться Чайкой Газ.

Но…

— Смотри. Тебе не кажется неестественным, что дочь императора Газа не погибла вместе с остальной империей, а продолжает шататься по миру? — задумчиво спросила Фредерика.

— Ты…

Как говорилось ранее, Чайка не помнила гибели своей страны.

Она не знала ни того, как ей удалось сбежать из гибнущей столицы… ни того, была ли она в замке в тот день. По крайней мере, так Чайка объяснила Тору.

— Хочешь сказать, что Чайка врет?

— Есть вероятность, что она сама может этого не осознавать, так?

— …

Тору не нашелся с ответом.

Вдруг, потеря памяти Чайки — не просто случайность, а отговорка, призванная скрыть правду о неудобных, мешающих цельной картине вопросах?.. Вдруг, она сама убедила себя в этом, чтобы обмануть как отряд Тору, так и саму себя?

— У вас ведь нет никаких доказательств того, что Чайка — действительно дочь Артура Газа, правда?

— …

И правда, нет.

Тору чувствовал, как растерялась Чайка, находившаяся за его спиной.

Вряд ли она предполагала, что такой вопрос всплывет именно сейчас. Возможно, предположение Фредерики о том, что она сама себя обманывает, выбило почву из-под ее ног и заставило погрузиться в неуверенность.

— На каком основании ты веришь Чайке?

— …

И вновь Тору нашелся с ответом не сразу.

На самом деле… Тору никогда не волновало, действительно ли Чайка на самом деле принцесса Империи Газ.

Он чувствовал, что и исполнение ее желаний, и сам процесс этого исполнения — достойные цели, и помогал ей именно поэтому.

Только и всего.

Но…

— Хотя, может, именно способность закрывать глаза на неясность происходящего и делает вас людьми, — вдруг произнесла Фредерика с на удивление радостной улыбкой, окинув взглядом замолкших Тору и Чайку и, видимо, что-то поняв. — Интересное все-таки у вас, у людей, мышление.

— …Эти слова меня сейчас совершенно не радуют, — с недовольным видом отозвался Тору.

Она вдруг вытащила на свет весьма деликатный вопрос, а затем закрыла его словами «интересное мышление»… Естественно, Тору такое завершение никак не могло толком успокоить, и он протяжно вздохнул.

Но стоило ему это сделать…

— Кстати, брат.

— А-а?! — тут же подняв взгляд, он увидел перед собой Акари.

— Что это за ситуация такая?

Акари Акюра.

Красивая девушка с раскосыми глазами.

Обычно ее длинные черные волосы были собраны в хвост на затылке, «поскольку они постоянно путаются и мешают», но сейчас она их распустила. Благодаря этому они еще лучше подчеркивали ее величественную красоту, похожую на изящество острого клинка.

В отличие от «милой» Чайки, которую немедленно хотелось окружить заботой и защитой, «изящная» Акари походила на дикого зверя. Мускулы ее тела были идеально сбалансированы — весь вид Акари говорил о том, что ей никогда не приходилось жертвовать силой или скоростью, что она обладала и тем, и другим.

Пожалуй, дикого зверя Акари напоминала еще и другим — свою истинную красоту она проявляла, не стоя на месте, а в самый разгар битвы, когда ее тело напрягалось до предела.

Акари была диверсанткой и сестрой Тору.