Чтение онлайн

Видимо, Чайка могла выбирать, какими именно воспоминаниями жертвовать… но все равно, в случае достаточно сильного заклинания «съесть» придется что-нибудь важное.

— Одно стандартное заклинание. Примерно… месяц. Воспоминаний.

— Погоди-ка. Это же очень приличный провал! — изумился Тору.

Другими словами, чтобы применить магию лишь раз, нужно израсходовать месяц воспоминаний.

Даже при возможности выбирать эти самые воспоминания, нельзя просто так лишиться памяти о примерно 30 днях и не ощущать дискомфорта. Если подумать, Тору встретил Чайку лишь полгода назад. И если все воспоминания об этом времени можно стереть за каких-то 6 заклинаний, то Тору не мог пропустить такие сведения мимо ушей.

— Но. Тору. Крайняя необходимость. Выхода нет. Пословица. М-м… — Чайка задумчиво склонила голову. — «Щепки делают, рубя дерево»?

— Если уж цитируешь, то говори правильно. «Лес рубят — щепки летят», — отозвался Тору, ощутив резкую слабость.

Действительно, когда стоит вопрос жизни и смерти, при возможности спастись за счет пары месяцев воспоминаний выбирать не приходится.

«Ее амнезия, случайно, не из-за…»

Может, она довела себя до этого, потому что слишком часто пользовалась магией?

Даже сама Чайка говорила, что не помнит, как смогла пережить падение Империи Газ и как жила все эти годы. Но если она все это время использовала магию направо и налево, используя свои собственные воспоминания, такое бы многое объяснило.

«Но, погоди-ка…» — Тору нахмурился. — «Красная Чайка ведь тоже ничего не помнит».

Несколько дней назад отряд Тору встретился с еще одной Чайкой — Чайкой Богдан.

Она тоже страдала от амнезии.

Но она сражается с помощью комбоклинка, а не магии. Она не могла стереть свои воспоминания заклинаниями.

Значит, это просто совпадение?

Или же…

— Я тут подумал. Можно ли использовать воспоминания других людей?

— М-м?

— Ну, скажем, для примера… можешь ли ты применить магию, использовав мои воспоминания?

— М-м… возможно. В теории, — ответила Чайка.

Значит, возможность имеется. Тогда вероятность того, что воспоминания красной Чайки использовали для заклинания, все еще сохраняется.

Судя по словам Чайки, воспоминания живых людей — далеко не самый эффективный источник, и маг пойдет на их применение только в самом крайнем из всех возможных случаев. Эта возможность существует в теории, но на практике ей почти никто не пользуется.

— Как бы там ни было, — сказал Тору. — Считай эту возможность не «секретной», а «запретной».

— М-м?

— Забывать вещи естественным образом — еще куда ни шло, но стирать свои собственные воспоминания… все равно, что лишать себя жизни. Это омерзительно. Никогда так не делай.

— Тору. Но…

— Для чего ты собираешь останки? — перебил Тору ее попытку запротестовать.

— ?..

Чайка наклонила голову.

Этот жест выглядел искренне и обаятельно, как у маленькой пташки.

И именно поэтому Тору боялся за нее.

Искренние люди часто обладают узким взглядом на мир… спотыкаются на сущей мелочи и затем не могут подняться. Искренность и частота соседствуют с хрупкостью.

«Чистое железо легко ломается», — вспомнил Тору услышанные когда-то слова.

— Ты ведь хочешь похоронить своего отца, так? Ты понимаешь, что, если будешь тратить свои воспоминания, можешь лишиться и этого чувства?

Забыть какую-то мелочь не страшно.

Но если забыть о цели всей жизни, о цели, ради достижения которой ты готов на все… то такое сродни смерти.

Что, если… Тору забыл бы о Хасумин?

В таком случае ему незачем бы было путешествовать вместе с Чайкой.

Или же, что если он забыл бы о своей встрече с Чайкой?

Тогда… Тору влачил бы жалкое существование, не видя в жизни смысла.

— …М-м, — Чайка кивнула с несколько сомневающимся видом.

«Почему-то она иногда на удивление небрежно относится сама к себе».

Она до невероятности умиротворена и не эгоистична.

Ей чужды низменные желания. Может показаться, что это хорошо, ведь всевозможные монахи и священники многие годы тренируются избавляться от плотских стремлений, но у Чайки этих желаний не было никогда, и такое уже опасно.

Ведь из-за подобного она могла пожертвовать собой без каких-либо сомнений.

Даже сейчас могло показаться, будто Чайку не очень беспокоит и совсем не страшит потеря собственных воспоминаний. Во всяком случае, в ее речи не слышались ни трагическая решимость, ни отзвуки тяжелых раздумий.

— Ты знаешь… — начал Тору, глядя прямо в похожие на аметисты фиолетовые глаза Чайки. — Благодаря тому дню, когда я встретился с тобой, я смог вырваться из плена жизни по инерции. Жизнь во мне поддерживают именно воспоминания о том дне.

— Тору… — Чайка моргнула в ответ.

— Поэтому я не хочу забывать о нем. И не хочу, чтобы забывала ты. Как бы ни сложились обстоятельства.

— … — Чайка еще какое-то время молча моргала. — М-м. Поняла… запретная, признавать.

Почему-то с этими словами она немного покраснела, опустила голову и еще крепче прижала одежду к груди. Эта поза показалась Тору особенно очаровательной…

— Кстати, Чайка.

— М-м?

— Немедленно одевайся, — сказал Тору, вновь отворачиваясь.

— …А.

Легкий розоватый оттенок на щеках Чайки резко сменился ярко-алым, и она послушно кивнула.

А ведь каких-то несколько мгновений назад ей и в голову не приходило так себя вести. Впрочем, как уже сказано, Чайка — это Чайка, и даже в таком обнаженном виде она казалась Тору ребенком… и особых эмоций не вызывала.

Впрочем, из-за того, что в последнее время реакция Чайки так изменилась, Тору легче не стало — приходилось думать о том, куда девать взгляд.

— Если нас увидит Акари, она опять…

— Ты что-то хочешь мне сказать? — вдруг раздался из-за спины ясный голос.

И, едва услышав его…

— !..

…Тору рефлекторно дернулся.

Краем глаза он заметил девушку, выглядывавшую из-за угловатого корпуса «Светланы».

Подтянутая фигура и опрятная внешность.

Хотя она все еще относилась к подросткам, как Тору и Чайка, ее внешний вид следовало описывать уже не как «очаровательный», а как «прекрасный» или даже «изысканный».

Ее блестящие черные волосы собраны в длинный хвост, кожаная одежда плотно прилегает к телу, подчеркивая его изгибы… а из-за спины, как обычно, выглядывает молот. В руке она держала пучок диких трав — видимо, собирала, пока патрулировала окрестности.