Чтение онлайн

Он рефлекторно попытался остановить опускающийся на него смертоносный клинок… но не успел принять достаточно удобной стойки для отражения атаки. Альберик хорошо вжался в землю и вложил в резкую атаку весь свой рыцарский опыт, всю свою скорость и силу.

И, конечно же…

— !..

Руки Тору отбросило в стороны.

Клинок Альберика устремился к беззащитной шее Тору.

И тогда…

— Тору!

Фредерика ухватилась за одну из его вскинутых рук.

После чего…

— !..

С силой притянула Тору к себе уцелевшей рукой.

Разумеется, она пыталась спасти диверсанта от рубящего замаха.

Но при этом, конечно же, сама…

— М… — приглушенно обронил Альберик.

Разумеется, он не собирался даже вспоминать о жалости, но все же слегка изумился, когда его клинок достиг не того противника.

Меч Альберика вошел не в Тору, а в Фредерику, оказавшуюся на его месте. Пусть лезвие и не разрубило ее пополам, клинок глубоко вошел в щель доспеха под левой грудью.

Туда, где у человека находится сердце.

— …

Фредерику тут же стошнило собственной кровью.

А Тору…

— !..

…поменялся с ней местами и оказался лицом к лицу с алебардистом.

Однако тот атаковал выпадом, то есть ударом точечным, и потерпел неудачу в тот самый миг, когда Тору и Фредерика менялись друг с другом.

Тору рефлекторно отбился от лезвия промахнувшейся алебарды.

Алебардист слегка пошатнулся, и Тору воспользовался краткой передышкой, чтобы вытащить из кармана дымовую шашку и бросить под ноги.

— !..

Под звуки грохота арену осветила вспышка.

Безусловно, смысл небольшой шашки далеко не во взрыве. Убить им кого-либо практически невозможно.

Главная же польза от нее — в клубах белого дыма, что появились сразу после взрыва.

— Ах ты… — воскликнул Альберик откуда-то с другой стороны дыма. — До чего же подлец!..

Теперь некогда спокойный голос отчетливо подрагивал от возмущения.

Либо он все-таки не смог до конца избавиться от эмоций.

Либо…

— Защититься женщиной… точнее, подставить ее под удар вместо себя…

По-видимому, Альберик решил, что Тору вдруг пожертвовал Фредерикой, чтобы спастись и сбежать. Безусловно, с его точки зрения, трудно подумать иначе, но…

— Подлец? Спасибо, что ли, — отозвался Тору, подбирая тело Фредерики, и подпрыгнул.

Какая ирония: он так и не смог стать по-настоящему подлым и жестоким, а потому не годился в диверсанты… но услышал такие слова от противника посреди важной битвы.

Впрочем…

«Видимо, кодекс чести рыцаря он все еще помнит».

Сомнение ли, пренебрежение ли…

Что-то на время ослабило натиск Альберика.

Когда Тору бросил шашку, тот решил не идти на сближение. Однако если бой на арене чем-то и отличается от настоящей битвы — так это тем, что сбежать отсюда не выйдет.

Клинок входил в щель серебристого доспеха.

А Чайка и Акари могли лишь смотреть.

— Фредерика… — с болью в голосе обронила Чайка.

Дым показывал ей, как меч Альберика разрывает плоть напарницы Тору.

Обычного человека такая рана однозначно бы убила.

А потом…

— Ах… какая жалость.

Чайка не знала, когда Ирина оказалась так близко.

Но сейчас та уже низко склонилась к ней и шептала:

— Из-за вас они не могут даже сдаться.

— !..

Чайка повернулась к Ирине.

И тогда с противоположной стороны...

— Тору Акюра и Фредерика Скода, верно? — подхватила Арина, стараясь говорить как можно трагичнее. — Они умрут. Из-за вас.

Они издевались.

Пытались взрастить сомнение. Искали сердечные раны, чтобы вонзить в них пальцы и разворошить. Чувство вины, сопровождающее каждого человека, с их помощью превращалось в чудовище, которое пожирало весь разум…

— …

Но хоть Чайка и понимала, их слова все равно проникали в душу, словно медленный яд.

Она никак не могла избавиться от чувства вины.

Тем временем…

— Хм… дымовая шашка? Пожалуй, для диверсанта это очевидный шаг, — заметил

Стефан, оценивавший исключительно соотношение сил.

Он, как эксперт в настоящих битвах и деле убийства противников, не испытывал никакой неприязни к дымовым шашкам.

— Но… пожалуй, его поражение неизбежно, ведь напарница при смерти. Никакая уловка не сработает против двух противников сразу.

— …

Чайка повернулась к Акари.

И тогда…

— Фредерику, похоже, уже не спасти, — тихо прошептала та.

Но…

— …

Все это время Акари упрямо смотрела на дым, будто не замечая взгляда Чайки. Та недоуменно моргнула, еще раз посмотрела на Акари…

— !..

...наконец, поняла, и тоже перевела взгляд на дым.

Козырь сильнее всего, когда противник о нем не знает.

Уловки имеют смысл, когда они незаметны.

Поэтому…

Дым постепенно рассеивался.

Шашки, которые носят с собой диверсанты, не такие уж большие, и упор делают в первую очередь на объем завесы. Понятно, что долго такой дым не держится.

К слову о недолговечных приемах, «Железнокровие» тоже подошло к концу.

Тору не стал пересиливать себя и отключил технику. На него тут же навалилось сильное чувство опустошения. Такими темпами он и без «Железнокровия» долго сражаться не сможет.

— Пожалуй, тебя стоит похвалить за то, что не сбежал, — заявил Альберик, вставший точно посередине арены.

Его напарник, алебардист, молчал. Из-за маски не получалось разглядеть даже выражение лица. Но глаза, видневшиеся сквозь щели, внимательно оглядывались по сторонам — противник не расслаблялся ни на секунду. Скорее всего, он с самого исчезновения Тору ожидал какого-то неожиданного нападения.