Чтение онлайн

— Прекрасно, апельсинчик!

Для барбудос праздник будет коротким. У них хватает времени лишь поцеловать несколько девушек, выпить немного рома, что Че не очень поощряет:

— Чтобы воевать, надо быть трезвым, — напоминает он.

22-го в свою очередь падают Кабаигуан и Гуайос. Гуайос — это город с шестнадцатью тысячами жителей, с казармой прямо на въезде. Когда они приближаются по крышам в ночи, Че падает и ранит себя: сначала порез на веке телевизионной антенной, затем, потеряв равновесие, падает на землю, серьезно повредив кисть. Боясь приступа, он отказывается от обезболивающего укола, который предлагает врач.

— Я принял таблетку аспирина с маисовой лепешкой, так пройдет.

Тотчас возвращается в бой с рукой на перевязи. В два часа утра проникает в казарму и объявляет дежурному офицеру:

— Теперь я отдаю приказы, потому что победитель.

Речь категорична — а репутация Эрнесто такова, что лейтенант молча отдает оружие. Девяносто пленных передано Красному Кресту, и еще семь пулеметов 30-го калибра, восемьдесят пять ружей, легкие пулеметы и запас патронов.

Очередь за городом Санкти Спиритус: восстать при полном участии ста пятнадцати тысяч жителей. Горстка людей — команда Че — заставляет бежать сотни солдат, которые боятся, что это авангард страшной Восьмой колонны. Паника в рядах регулярной армии. Для острастки по радио объявляют, что по городу будет произведен бомбовый удар, но впервые пилоты отказываются выполнить приказ и сбрасывают бомбы в море.

Разозленные угрозой, услышанной по радио, горожане готовы разнести все, что имеет хоть малейшее отношение к правительству и администрации. Че стремится обезвредить этот нигилистский прием, который он осуждает. Но Революция повсюду. Прошло лишь два часа после сдачи Кабаигуана, а геваристы бушуют уже в Пласетас, сто пятьдесят тысяч жителей, перекресток коммуникаций острова, лишь в тридцати шести километрах от Санта-Клары. Еще до прибытия барбудос деморализованные солдаты гарнизона уже готовы сдать оружие. Осада будет короткой: чтобы сохранить лицо, лояльный отряд просит перемирия, прежде чем сдаться. Среди атакующих находится лейтенант Перес Валенсиа из Фоменто, он теперь борется за Революцию.

При объявлении о сдаче казармы колокола церкви задают ритм бурному празднику. На улице народ кричит:

— Да здравствует свободная Куба!

Сто пятьдесят девять человек приходят сдаваться, внезапный мощный прилив, «Революция» уносит прошлое.

Для празднования Нового года ненасытные фиделисты готовят операцию-разведку на Ремедиос и Каибариен, два населенных пункта на расстоянии восьми километров. Город н рыбацкий поселок, насчитывающие боевой состав численностью двести пятьдесят солдат. Впервые с начала наступления в провинции Лас-Виллас Че предпринимает атаку в разгар дня. С «отделением самоубийц» во главе геваристы разбивают противника в пух и прах. Едва позиция сдается, Вакерито и его люди спешат к следующей.

Все эти дни безумия, веры, самопожертвования, энергии, удвоенной перспективой победы, Че почти не спит. Он дремлет в «джипе», пьет кофе, забыв о своем мате. Ест на ходу — куски курицы, сосиски, лепешки, которые ему протягивают чужие руки. Итог почти невероятный: за десять дней фиделисты отобрали у сил Батисты двенадцать постов армии, сельскую гвардию и полицию в восьми городах и поселках, обратили в бегство полдюжины гарнизонов, взяли в плен более восьмисот человек и отбили более миллиона единиц оружия. В Гаване президент Батиста стремится спасти свое лицо, утверждая агентству Юнайтед Пресс,что он с этим покончит в Санта-Кларе…

Прежде чем броситься в историческое сражение за Санта-Клару, Че собирает свой штаб, чтобы точно знать, на сколько людей можно рассчитывать. И только затем скажет, как он это видит. Насчитывается триста шестьдесят четыре человека. «Отделение самоубийц» Вакери-то из шести человек вначале увеличилось в десять раз. Численный состав вражеских солдат превышает на четыре тысячи человек, считая первый экипаж бронепоезда.

Че знает, что от быстроты его действия будет зависеть исход боя, а отсюда — Революции. Чем быстрее разрешатся события, тем меньше Гавана будет иметь времени на отправку подмоги, и он сам больше сможет использовать поддержку народа. Он просит оставить его одного в небесно-голубой комнате отеля Пласетас, того же названия, что и город, и скребет макушку, прежде чем найти решение, как войти в Санта-Клару, избегая одновременно и танков и авиации. Че ставит задачу Нуньесу Хименесу, географу и шефу топографической службы повстанческой армии [23] , найти необычный проход, так как не может быть и речи об использовании одной из трех основных дорог. После часов поисков с лупой Хименес обнаруживает дорогу. Она выходит из Валлиты, огибает город и заканчивается с другой стороны Санта-Клары, проходя за университетским городком, который будет служить геваристам базой, прежде чем они смогут подойти к командному пункту в центре.

Немногим раньше полуночи 27 декабря отделение повстанческого отряда перегруппируется. В тот же самый момент силы Директората делают то же самое в Маникарагуа, в тридцати километрах к югу от Санта-Клары. Еще раз Че противопоставит классицизму батистовской армии свою способность к адаптации, которая идет у него от герильи и о которой Фидель Кастро не устает повторять, что он художник.

Восьмая борется против частей, поддержанных бронетехникой, что не мешает обратить их в бегство. Раненые и убитые начинают заполнять госпитали и кладбища. Че расскажет:

«Я отчитал в Ремеди осе одного из наших людей, который заснул во время боя. Он мне ответил, что у него отобрали оружие, потому что выстрел произошел сам по себе. Я ответил ему с моей обычной сухостью: «Тебе остается только достать новое ружье!» Позднее в Санта-Кларе, когда я встретил раненых, один умирающий взял меня за руку и сказал: «Ты помнишь, команданте, в Ремедиосе ты отправил меня искать оружие, так мне это удалось…» Через несколько мгновений он испустил дух. Вот какой была наша повстанческая армия!»

В Гаване глас народа объявляет о приближении барбудос, о которых говорят все с большей настойчивостью, что они благородны, великодушны с пленными, что они их не мучают и никогда не приканчивают, тем более не покинувших соратника в бою.

С сигарой в зубах, в облаке дыма Че движется за рулем своего «джипа» в середине Восьмой колонны. Указывает дорогу авангарду Рохелио Асаведо, за которым следует незаметное «отделение самоубийц». 28-го в два часа утра авангард проникает на окраину Санта-Клары. Два головных «джипа» встречаются только с двумя молочными грузовиками, и колонна достигает университетского городка немногим более чем за четыре часа.

Но молочник, должно быть, предупредил лояльный отряд, и бой разгорается раньше. Все воспламеняется прежде чем забрезжит рассвет. Авиация спешит бомбардировать пригород, где были замечены барбудос. Все же решающий момент наступает: население возводит баррикады, таким образом подтверждая свою твердую волю бороться за Революцию.

Вечером 28-го Че извлекает уроки из этого первого дня. В обязательном порядке нужно избежать стычек с танками на открытом месте. Затем использовать тактическую пассивность лояльной армии, чтобы разделить ее силы и изолировать их так, чтобы потом наступать на них по отдельности. Баррикады, построенные из машин, мебели — все это хорошо, — создают столько же препятствий танкам, и столько же действенных очагов для партизан и барбудос.

29-го до рассвета тактика внедрения, проповедуемая Че, позволяет повстанцам выгодно рассредоточиться по всему городу, извлекая максимальную выгоду из сумерек. По этому поводу команданте уточняет:

— Герильеро — это ночной боец. Ему нужно обладать всеми чувствами ночного существа…

29-е — ключевой день сражения. Наступающие не могут больше рассчитывать на эффект неожиданности, если армии Батисты удастся перегруппироваться и броситься в контратаку. Закон количества будет говорить в их пользу. Ни в коей мере Че не должен ослаблять напор.