Чтение онлайн

– А что, если правда тебе часок в гробу полежать?

Деньги делают многое. Сопровождая просьбу шелестом отсчитываемых сотенных зеленых бумажек, Гусаров в морге все уладил, и, когда Курт расплачивался за услугу, администратор оценил щедрость русского, давшего в сорок раз больше.

– Теперь гроб можно выбрасывать.
– Светлана отряхнула платье и подошла к кабине пилота.

– Привет, Курт!

Летчик поздоровался, не вполне понимая, откуда взялась девушка. Гусаров приблизился к ним.

– Ты можешь спросить, где он собирается приземлиться? Нам надо на какой-нибудь военный аэродром, где есть российские самолеты.

Поднаторевшая в языке за время работы в Армбурге, Светлана переговорила с Куртом.

– Он всегда приземляется на военном аэродроме во время контрабандных рейсов.

Гусаров нашел в бумажнике записочку Труфанова, командира воинской части.

"Посмотрим, как сработает его имя. А если не сработает имя Труфанова, то сработает имя господина Франклина на стодолларовой купюре!"

Сработали оба имени.

– Ну, раз Труфанов за вас попросил... А за это спасибо, я хоть детишкам своим кой-чего куплю.

После показательных выступлений российской летной техники на авиашоу, устроенном для продажи самолетов, экипажи летели обратно в Москву, и с ними возвращались в Россию Гусаров, Симонов и Светлана Ивлева.

Это был редкий случай контрабанды ядерных материалов оружейного характера. Исследования контейнеров, привезенных Гусаровым. и переданного из Калининграда, показали, что в них содержится уран-235! Деление десяти килограммов такого вещества привело к полному разрушению Хиросимы! Нагасаки был испепелен в результате деления всего семи килограммов плутония-239. Шарик такого веса и величиной с апельсин был той самой ядерной взрывчаткой атомной бомбы "Толстяк", убившей свыше двадцати семи тысяч человек и ранившей сорок одну тысячу! В Хиросиме погибло восемьдесят тысяч человек и ранено восемьдесят четыре тысячи. Хотя в действительности количество погибших было больше вследствие радиоактивного облучения.

В объяснительной на имя генерала Сергеева вернувшийся Гусаров указал адреса захоронения других контейнеров, и спецслужбы срочно занялись их поиском. Оказалось, что фактически контрабандисты могли перевезти атомную бомбу! Это было учтено при ведении уголовного дела в отношении Гусарова. Изучив все обстоятельства, прокуратура прекратила его в связи с отсутствием состава преступления.

Андрей Витальевич Гусаров приказом восстанавливался на службе в органах внутренних дел в прежнем звании и должности с выплатой денежного содержания за три месяца. Иногда в минуты отдыха ему словно наяву видятся заснеженные вершины гор, одинокий храм и девушка, разговаривающая с ним.

В синем стареньком "москвиче", откинув спинку водительского сиденья, спал человек. Было около пяти вечера. Написав рапорты и решив все вопросы со следствием после ночной операции, он, не спавший более полутора суток, умчался с Литейного на пару часов раньше официального окончания рабочего дня. Приехав к детскому садику, он хотел было выйти и подняться в комнату, где в старшей группе находилась его дочь, но передумал. Он хотел наконец-то посмотреть на неё со стороны. Как она выйдет, будет играть и резвиться или, наоборот, скучать, ожидая прихода мамы. Мужчина точно знал, что проснется именно в тот момент, когда дочь появится на пороге садика. Давно научившийся спать вполглаза, устало откинулся на сиденье. После двухминутного сна выглянул в окно. Иринки пока не было. С третьей попытки угадал - она спускалась по ступенькам, отталкивая мальчугана, протягивающего к ней руку. Алена неплохо её одевает, такая вся аккуратненькая, ладненькая. Может, потому, что своя. Припустила к качелям, но её опередила другая девочка, и Ирина, заложив ручки за спину, встала, не сводя глаз с соперницы. Потом резко повернулась и убежала на огороженную кустиками площадку. Не видя её более, мужчина решил выйти.

– Папа?!
– Она мчалась со всех ног удивленная и сияющая.

Повиснув на отце, девочка прижалась лицом к его щеке. Не сразу она задала свой знаменитый вопрос, видимо, ошарашенная редким явлением отца в садик.

– А что ты мне купил?
– Полезла в правый карман куртки, где традиционно что-нибудь для неё бывало, если отец приезжал, а она ещё не спала. Выудив шоколадку, обрадовалась.

– Ух ты! А где мама?

– Скоро тоже придет за тобой.

– Она придет, а мы уже вместе, да?

– Да.

Подошли к воспитательнице попрощаться.

– А я смотрю, кто это за Ириной пришел?

– Редко удается...

– Это же мой папа!
– перебила его девочка.

– До свидания.

– До скорого?

Мужчина улыбнулся.

– Было бы очень хорошо, если до скорого.

– Да уж, мама бывает намного чаще.

Выйдя из калитки садика, мужчина повернул направо.

– Ты куда? Наш дом - там!

– А вон наш домик на колесах.

– Покатаешь?

Весь увлеченный ребенком, мужчина даже не придавал значения тому, что дверца машины была незапертой. Наверное, просто забыл, хотя всегда делал это машинально.

Усадив девочку рядом, вставил ключ в замок зажигания и... Только сейчас он ощутил опасность за спиной. Легкий скрип и колыхание воздуха, тень в зеркале заднего видения!.. Подался вперед, насколько позволила рулевая колонка, и развернулся, вскидывая руку.

– Тише! Ребенка зашибешь!

На заднем сиденье оказался длинноволосый тип с такими знакомыми чертами лица!

– Хотел сюрприз тебе сделать, но не подумал, что ты с дочкой будешь, извини Иванушку-дурака!

– Ну у тебя и шуточки! Не можешь без приколов!

– Что?

– Оглох, что ли?

– Чего?

– В ухо проорать?

– Давай.

Харитоненко откинул волосы с виска, и под ними обнажилось изуродованное ухо. Ваня пошевелил им, что рассмешили Ирину.

– Это из-за тебя, так что ори громче. Тоже шутка. Слышимость нормальная, пришили, как будто так и было. Ну, здорово, ментяра!

– Здравствуй, Ванька!

Гусаров и Харитоненко обнялись, а Иринка таращила глаза.

– Кто этот дядя?

– Иванушка-дружачок. Для тебя - дядя Ваня. Давно приехал?

– Со вчерашнего дня тут караулю. И как тебя ещё жена держит? С кем ночь пропадал, а?

– Сам знаешь.

– Ой-ой, только не говори, что на службе. Галька, небось, в горы не вернулась.

– Вернулась.

– Хороши друзья, дали ухо отрезать и потом обобрали до нитки. Где мои сотни тысяч, где мои зеленые?

– Твои - это те, что я в калининградский госпиталь выслал. Тебе передали?

– Шестьсот тысяч? И это деньги?

– Для него это не деньги! У меня такая зарплата за месяц!

– Ты мне свою зарплатку выслал? Тогда другое дело, хотя я так было привык к пятидесятитысячным... Ты не знаешь, когда очередной миллиард повезут?

Пикируясь, они похохатывали, сразу же забывая сказанное.

– А где мои фляги, где мой любимый дозиметр? Ты как, кстати, не распадаешься ещё на атомы?

– Нормально. А ты?

– Я на медсестре проверялся. Все в порядке. Светится. Да и ты, как видно, не жалуешься. Я смотрю - подъехал и спать залег в машине! Так хотелось разбудить, да не стал из мужской солидарности.