Чтение онлайн

— Вот вам наш телефон. Если сегодня этот «Красавчик» тут объявится, позвоните, — сказал Енок. — Счастливо трудиться.

— Вы просили звонить, геноссе Фомин. — Енок закурил и стал рассказывать о том, что ему удалось выяснить, но закончить не успел — в кабинет вбежал взволнованный Блютнер:

— Спортивная машина номер «WB 31—63» обнаружена вашим патрулем на стоянке у ресторана «Черный орел»!

— Отлично. Геноссе Фомин, вы слышали? Хорошо, жду.

— Берите машину и Бухгольца и немедленно к «Орлу»! — Приказал Енок Блютнеру. — Установите за «Красавчиком» наблюдение. Будьте осторожны. Если увидите, что объект собирается покинуть город, задержите. О всех его передвижениях докладывайте.

— Что будем дальше делать? — Кторов протянул руку и взял у Фомина листок с планом. — Решили пока не трогать «Красавчика»? Правильное решение. Но не забывайте данные и по первой диверсии. Нужно все сопоставить. Приметы человека, которым занимается Шарапов, не совпадают с описанием вашего «Красавчика». Очень может быть, что мы имеем дело с группой. Согласны?

Фомин застал Енока за приготовлением бутербродов. Кофейник пофыркивал ароматным парком.

— Я готовлю ужин на нас двоих, — сказал Енок.

— Спасибо, не откажусь.

— Последние новости, — начал рассказывать Енок. — Мы выяснили, чем занимается «Красавчик». Его фамилия Варга. Остановился он в мотеле... Отличный ресторан, много проезжающих с запада. Блютнер дежурит на стоянке. Линденау установил, что машина та самая.

— Стало быть, тот, кто нам нужен.

— Не пора ли кончать?

— По нашим данным, в бидерицком взрыве участвовал другой человек.

— Да, припоминаю. Худой и прихрамывающий... Группа?

— Диверсии одного сорта. Но «Красавчик» даже приблизительно не напоминает того по Бидерицам. Теперь вот что: скоро подъедет старший лейтенант Шарапов. Его нужно свести с вашими товарищами.

— Хорошо, свяжем, его с Отто Линденау.

На следующий день Фомин вошел в кабинет Енока и понял, что шефу КриПо отдыхать не пришлось. Отто Линденау что-то докладывал Еноку.

— Отто — о сегодняшней ночи, — пояснил шеф КриПо. — Продолжайте, Отто...

— Когда «Красавчик» уселся ужинать в мотеле, мы заглянули в его автомобиль. Я заметил, что на полу под рулем не убрано, и взял на всякий случай мусор — песок, камешки — целую горсть. Решил сравнить с тем грунтом, который прихватил там, у переезда, где стояла его машина. На заднем сиденье, между прочим, брошен берет. О нем, помните, упоминали свидетели. Но все это нам уже не понадобилось, когда заглянули в багажник. В глубине наткнулись на картонный ящичек. Мина. Размером в два кулака. В промасленной бумаге. Их там было несколько штук.

— Я не стал вас будить, геноссе Евгений, — перебил вахмистра Енок. — Я только усилил группу наблюдения. Линденау, расскажите капитану, что было дальше.

— Да ничего особенного, — скромно улыбнулся вахмистр. — «Красавчик» встретился с «Хромоногим».

— «Хромоногим»! — привстал от удивления Фомин. — Значит, встретился с «клиентом» Шарапова? Это удача, Линденау.

— Они не обмолвились ни одним словом. Но мы углядели: «Красавчик» передал «Хромоногому» сверточек. Ну а утром, как только «Хромоногий» выехал по своим делам, его быстренько прижала дорожная полиция, за «превышение скорости». И сейчас и он, и тот сверток находятся этажом ниже, и это наш вам презент. Его зовут Бруно Кольтер. А в свертке «подарки» из коллекции «Красавчика». Мины.

Фомин доложил полковнику о сложившейся ситуации. Задержанный охотно отвечает на вопросы. Напуган. Без раздумий назвал имя «Красавчика», с которым, как выяснилось, служил в начале войны в одном авиационном полку. Вероятно, не профессиональный разведчик. Сразу после того, как ему напомнили о происшествии на станции Бидерице, признал, что участвовал в этой диверсии.

— Начинайте допрос, — приказал Кторов. — А я подъеду.

Привели Бруно Кольтера. Он вошел, слегка припадая на левую ногу, и, сделав три шага, по-военному вытянулся.

— Садитесь, — сказал Фомин.

По-журавлиному согнув длинную шею, Кольтер сделал четыре шага и сел, словно сломался.

— Вы готовы дать показания?

— Да, конечно, — поспешно ответил Бруно, — конечно, герр...

— Капитан Фомин, — подсказал Енок и вынул из ящика стола сверток.

— Герр капитан, — заговорил Бруно. И замолчал, испуганно следя за тем, как Енок разворачивал бумагу, в которую были завернуты мины.

— Ваши? — спросил Фомин, беря в руки одну из них.

— Да, мои. То есть не мои, конечно. Мне их передали...

— Не торопитесь, — сказал Фомин, пододвигая к себе бланки допроса, — сейчас мы запишем ваши показания. Советую говорить только правду. Это облегчит вашу участь.

— Конечно. Правду и только правду, — часто закивал Бруно.

— Тогда — имя, фамилия, возраст, род занятий.

— Кольтер Бруно, двадцать восемь лет, бывший авиационный штурман, бывший обер-лейтенант.

— Что связывало вас с нацизмом?

— Если поверите, то ничего, кроме обязательной воинской службы и присяги. И вот результат. — Бруно опять посмотрел на свою искривленную ногу. — И еще гибель отца...

— Как же после всех ваших страданий и страданий, принесенных нацистами вашему народу, вы решили встать на враждебный своему же народу путь, помешать миру, возвращенному такой ценой?

Кольтер вздохнул и, опустив голову, заерзал на стуле. Наконец с досадой сказал:

— Варга! Еще месяц назад я даже не мог бы себе представить, что все вот так случится. Он налетел как ураган. Каким образом нашел меня, до сих пор не представляю. Вызвал по телефону в локаль. Были, мол, однополчанами, нужно встретиться. А потом стал говорить о долге, о «священной войне», угрожал, сунул деньги. Даже когда поехали с ним в Бидерице, не знал, какое он мне уготовил задание.

— Так кто же этот Варга?

— Майор Люфтваффе или... не знаю, уж в каком звании он пришел к концу войны. Сейчас представляет какую-то западноберлинскую фирму. Но эти штуки, — Бруно выразительно посмотрел на мины, лежащие на столе, — эти штуки ему, конечно, поставляет не фирма. Он не назвал мне, кто его истинные хозяева. Скорее всего, бывшие нацисты, укрывшиеся от суда и нашедшие покровителей на Западе. Возможно, американцы. В одном из наших разговоров он сказал, что совершил турне в Америку. Вот, пожалуй, все, что я могу сказать о Варге.