Чтение онлайн

Хватка у нее была очень правильной и крепкой — узел в момент стянул мне горло. Ее лицо, раскрасневшееся и крайне недоброе, оказалось в нескольких сантиметрах от моего собственного. Да у нее веснушки, понял я. А еще я понял, что если слегка отвлечься от контекста, то ситуация даже возбуждает. Интересно, у меня асфиксофилия или — пожалуйста-пожалуйста! — просто симпатия к волевым девушкам?

— Мне насрать на Каору, — прохрипел я. — Он — моя мишень. И точка.

Она отпустила галстук, и я тут же ослабил его, надеясь, что это выглядело не слишком поспешно.

— Слюнтяй, — резюмировала она и рухнула в свое кресло. — Того, кто сотворил такое, мало просто убить. Его надо жаждать убить. Его надо ненавидеть.

Я аккуратно вытащил из пепельницы сигарету и засунул ее в рот. Вот мы и подошли к пропасти, Аска. Тут, Веснушка-тян, мы с тобой никогда не сойдемся.

— Надо, Аска. Я и ненавижу.

Она скосила на меня глаз:

— О да, себя-то ты ненавидишь. Отличная мотивация.

Пожать плечами в ответ, затянуться. Может, плюнуть еще в пепельницу? Черт, а шея-то болит.

— Это все какая-то психология, Аска. Мне вполне достаточно вещей попроще.

— Еще бы. Ты извращенец.

Я понял, что если пожму плечами еще раз, это будет выглядеть, как что-то нервное. Еще стоило бы подрасспросить эту буйную немку о ее жизненной концепции, но для этого нужна минимально наполненная голова и чтоб без всяких химических примесей в теле.

— Ладно, Синдзи, это дело твое, — неожиданно легко остыла Аска. — Но ты же понял, что он с тобой играет?

Меня передернуло.

— Да.

— И игра ведь не закончена.

— Да, Аска, да! — черт, она задалась целью меня взбесить, а? — Какого дьявола? Я все понимаю! Я охочусь на Еву с повадками маньяка, этот маньяк ведет охоту на меня. Еще меня жаждут убрать и корпорации, и любой сбрендивший синтетик, и еще не пойми кто…

Я перевел дыхание и обнаружил, что Аска, развалившись в своем кресле, внимательно на меня смотрит. Изучающе так.

— Ну, на этот случай есть еще я, — сказала, наконец, она. Кажется, я прошел какой-то ее хитрый тест, и меня теперь награждали. — Твоя задница в надежных руках. Просто позаботься о том, что ты не завалишь дело.

Легко сказать. Знать бы, куда его крутить — дело это, — и какое движение сделать, чтобы ничего не завалить. Ночной инцидент стал последней каплей, и теперь точно ясно, что давить надо на самых главных. Если не свернуть производство «ноль-ноль», мы не справимся. Хотя бы крошечный мораторий — хоть на месяц, заткнуть все дыры и вычистить уже сбежавших, попутно разрабатывая новые системы распознания.

Только вот фиг мне — Кадзи ведь сказал, что этот весь цирк может быть неспроста. Процедуру затянут, будут поминутно требовать отчетности, прикрепят купленных дознавателей. И мне с моим статусом «браво» в конце концов покивают, сочувственно наобещают, торжественно смоют в канализацию пару зародышей синтетиков, а тем временем…

Дверь распахнулась, и в кабинет влетела Кацураги. Капитан была встрепана и вдвое более энергична в сравнении с утренним сбором.

— Так, марш по домам, оба. Одеться в парадное и к пяти в офис «Ньюронетикс». Буду ждать на месте без десяти пять.

«Снова туда?» Я ощутил холодную испарину на загривке. Рефлексы, чтоб их.

— «Парадное»? — осведомилась Аска. — Нас будут награждать?

— Вас — обязательно, Сорью.

В дверях кабинета обнаружился Редзи Кадзи. Инспектор эффектно опирался рукой на лутку, привычно улыбался и вообще выглядел до неприличия хорошо. Последнее мне особенно не понравилось.

— Проще лицо, Синдзи-кун, — посоветовал мне он. — И вам, возможно, сегодня повезет.

— А вы кто? — склочным тоном полюбопытствовала Аска.

Ей-богу, у него лицо сейчас треснет от этой улыбки. Причем наискось.

— Я? Я Редзи Кадзи. Возглавляю тактический отдел Службы контроля за Евангелионами. Это я вам выбил билетики на слет акул большого бизнеса.

Ах слет… Вон оно как.

— Я точно не знаю, когда они поняли, что стоит собраться, но решение было очень неожиданным…

Кадзи уселся на мою тумбочку с делами, поерзал там и продолжил, демонстративно разглядывая Сорью. Аска в долгу не осталась, во всяком случае руки она эффектно сложила под грудью.

— Так что, Икари, продумай свое выступление, — сказала Кацураги. — Нам нужно хотя бы гласное признание производителей, что «ноль-ноль» надо сворачивать…

— Да, кстати, — прервал ее Кадзи. — По моим данным, некоторые игроки на рынке Евангелионов напуганы последними событиями. Мои информаторы очень уж активно зашевелились, прямо навязываются сотрудничать с СКЕ.

Как я понял, победа в поединке между ним и Сорью закончилась в пользу моей напарницы: наглая немка просто прикусила губку и томно склонила голову, заставив матерого служаку сдаться. Да, эта дрянь ни одного поля боя не уступит.

— То есть, свернув серию, мы…

— Да, Икари, — Мисато Кацураги удовлетворенно кивнула. — Если что, мы получим право ревизии производственных мощностей. А уж как их СКЕ возьмет за задницы…

Судя по выражению лица Кадзи, на задницы производителей Ев у него были далекоидущие планы.

— Я все понял. Мне надо все представить в черных красках?

— Того, как оно было, тоже хватит, Синдзи-кун, — серьезно сказал Кадзи. — Я читал о ночном инциденте. Так что просто расскажи, как есть.

Я кивнул. Да, этого вполне достаточно. Если уж Ева способна облечь в эмоции само ядро своей прошивки — контуры солдата — дело совсем плохо. «Азарт. Азарт и игра, — вспомнилось мне. — Они произвели на свет идеального маньяка». Но у медали была другая сторона — и обитала эта самая другая сторона у меня дома. Рей не стала убийцей. Возможно, это и доказывает версию о таинственном приказе от хозяев? Развитие беглецов идет все равно в зависимости от базовых обстоятельств, от того, что спустило курок в их мозгах — одни предпочитают тихо прятаться, другие впадают в амок и крошат жителей Земли направо и налево, третьи изучают среду и старательно мимикрируют под людей. С «ноль-ноль» же все еще хуже — они эмоциональны. Если допустить, что Каору Нагиса, так сказать, «сбежал» с приказом убивать, то вполне возможно, что он стал облекать это в эмоции.

«А ведь сходится», — вдруг понял я. Аянами подалась в бега, когда ощутила призрачную надежду на то, что я ее считаю человеком. Соответственно, она и развивается, как человек. А Нагиса… М-да. Дикая резня сразу в колонии, преследование бедолаги Фуюцки, потом, кажется, на корабле еще убийства. Потом «беги — прячься — ищи — убивай» здесь. Путь развития Евы, скажем так, слегка предсказуем.

Я поднял голову: моего раздумья то ли не заметили, то ли сочли, что стоит оставить ушибленного в покое. Аска расспрашивала о подробностях собрания акул бизнеса, Кацураги курила, скупо отвечала, вставляя непечатные словечки, а Кадзи как раз вышел в коридор с кем-то поболтать по мобильнику.