Чтение онлайн

– Если бы ни я, твои ошмётки уже сожрали бы рыбы!

– Ты меня просто использовал, – я сильно ударил по стеклу. Он не испугался, стекло было крепкое. Он невозмутимо перекатывал шарики. Я попробовал приподнять стекло.

Электроника срабатывала, но что-то ещё мешало ему подняться.

– Ну-ну, полегче! – сказал обладатель невиданной никогда ранее на земле технологии. – И не нужно насиловать микросхемы, здесь предусмотрена механическая блокировка, против которой ты бессилен, – потом он добавил: – Я дал тебе новое тело, Алекс. Тело поистине великолепное. Тело, о каком ты и мечтать не смел. В построении которого, кстати, ты сам принимал живейшее участие, и сегодня ты пользуешься результатами своего труда тоже. Ему не страшны человеческие болезни. Природа не сумела полностью защитить человека, ежедневно люди гибнут от всякой заразы. Ты получил в отличие от мягкого, слабого, непрочного человеческого крепкое, надёжное, долговечное тело. Теперь тебе наплевать на старость, на авиакатастрофы; если тебя собьёт машина, ты останешься цел.

– Благодаря тебе я перестал быть человеком. Я – не человек. Ты сделал из меня «сквиза», «выжимку».

– Выжимку из тебя сделали до того, как ты попал в лабораторию на «Осаке»! Сейчас ты больше человек, чем был, когда имел органическую плоть и кровь. Прежде всего, у тебя почти нет страха. Страха перед боссами, перед безработицей, страха, что завтра тебе нечего будет есть, страха перед войной, страха прожить свою жизнь впустую, ничего не успев, страха смерти. Ты стал могущественным. Человечество для тебя – ничто. Ты на несколько порядков выше. Его проблемы ты для себя решил. Ты обладаешь тем же интеллектом, что и раньше, и даже лучшим, так как после операции вспомнил то, что давно забыл. Объём твоей новой памяти грандиозен, ты можешь затолкать туда все книги, к примеру, напечатанные на планете.

Ты говоришь, что ты не человек. А что такое человек? Роберт – человек или нет? У него искусственные глаза, телекамеры вместо глаз, однако он видит лучше меня! Если человеку сделать искусственные руки и ноги, внутренние органы, влить синтетическую кровь, будет ли он, как и прежде, человеком? Безусловно! Человека определяет разум, его мозг. Мысль – вот что такое человек. Чего тебе не хватает? Кожного восприятия и вкусового? Ты забыл, как пахнут цветы? Или тебе недостаёт огромного, возбуждённого, сочащегося спермой члена между ног, чтобы воткнуть его в какую-нибудь красотку? Ты многого хочешь сразу. Твоё тело – лишь первая модель. Мы создадим тело ещё совершеннее. Хотя, не исключено, что такую вещь, как получение удовольствия от совокупления с женщиной, мы заменим на нечто более полезное. Потребность в женщине – это одна из зависимостей и несвобод для мужчины. Наркотик.

«Он, наверное, гей, – подумал я. – Или импотент.»

– Ответь мне, Алекс, – сказал он, – а почему ты всё же предпочёл влезть в чужое тело, хотя мог остаться в своём собственном?

– Да потому, что я иначе бы не выжил! Как только я попал на борт корабля, я понял, что все, находящиеся там, – покойники! Вы заставили меня так поступить! – я почти кричал.

– Нет, не поэтому. Уверен, ты бы нашёл иной способ выбраться оттуда. А знаешь, почему? Потому что ты этого хотел! Ты сообразил – тебе это подходит по всем статьям. Потому что тебя изнасиловало общество, в котором ты жил, правительство насрало на тебя, ты потерял веру в людей. Тебя давно превратили в робота, в винтик сатанинской машины. Разве нет?

В общем, если честно, он был прав. Он видел меня насквозь, словно рентген.

– Ладно, – сказал, помолчав, я, – Хватит!.. Что тебе от меня нужно?

– Мне было бы достаточно, чтобы ты задумался над тем, что я тебе сказал, и решил для себя, с кем ты. Мне было бы очень неприятно считать тебя своим врагом. Тем более что ты мне симпатичен. Мне импонирует твоя находчивость, твоя тяга к жизни. Да и где-то ты близок мне по духу, и, кроме того, мой дед был выходцем из России. Его звали не Майкл Саймон, а Михаил Симонов, к твоему сведению. Я был бы счастлив, если бы ты стал помогать мне, помогать добровольно. Предстоит выполнить гигантский объём работы.

– Что за работа? – спросил я. – Какие у тебя планы?

Мистер Майкл Саймон Третий вытащил из внутреннего кармана белоснежного фрака плоскую чёрную коробочку, нажал на кнопку. В моей половине вспыхнул большого размера экран телевизора, вмонтированного в стену. Я увидел раскосого Хай Фая, Великого Китайца; с ним был кто-то, кому он что-то оживлённо объяснял. Этот «кто-то» был ужасно похож на знаменитейшего американского певца Джайкла Мэксона. Точно, это он! Те же длинные, набриолиненные волосы, частично прикрывающие лицо, та же плохо отбеленная кожа, взгляд старика-ребёнка, белые перчатки на руках. Они шли среди нагромождения оборудования, поставленных один на другой приборов, свисающих связок разноцветных проводов. Звука не было. Прокомментировал Михаил Симонов Третий:

– Ты не ошибся, это действительно Джайкл Мэксон, а не «транссквизермен» с его внешностью. Это «живая» трансляция, он – в восточной башне, во флаг-башне. Хай Фай предлагает ему бессмертие, которое Джайкл ищет всю свою жизнь…

Ходили упорные слухи, что Мэксон вбил себе в голову, что он должен прожить 150 лет. Для чего он якобы ел только полезные, экологически чистые продукты, пил исключительно минеральную воду, спал в барокамере с кислородом, носил перчатки и маску, чтобы не заразиться болезнями от окружающих.

– …За деньги, разумеется. Я израсходовал практически всё, что заработал. В настоящий момент мне необходимы средства на дальнейшие исследования. И я возьму их у богатейших людей мира. Джайкл не самый богатый, но он мой человек. Посмотри, как горят его глаза! Конечно, это не значит, что моё бессмертие только для «тугих кошельков». Богатые заплатят за тех, кто за себя заплатить не может.

– Ты сам будешь отбирать людей для своего нового мира?

– Да, я и никто другой!

– А если какой-нибудь гений или учёный не захочет?

– Пусть умирает!

– Среди твоих клиентов будут султаны и короли, президенты и бизнесмены, не так ли?

– Только те, кого выберу я. Это будет узкий круг лиц, чтобы не переполошить человечество в целом. Отдавать ему технологию чрезвычайно опасно. Оно извратит задуманное мной. Главное, успеть, пока существует возможность, пока ЦРУ до меня не добралось.

– Не проще ли было бы усовершенствовать «транссквизер» и сделать миллион майклов саймонов третьих?

– Ты хорошо мыслишь!.. Ну, нет – слишком скучно и просто. Хочется сложно и занимательно. Мне постоянно требуется гимнастика ума.

– А ты не боишься снова потерять контроль над ситуацией?

– Такая угроза лишь добавляет азарта.

Он поднялся, подошёл к прозрачному барьеру. Мы стояли друг против друга, глаза в глаза, толстое стекло разделяло нас. Он скрестил руки на груди. Я заметил у него на пальце изящное платиновое кольцо с крупным бриллиантом. Он произнёс:

– Ты обвинил меня, Алекс, в гибели ни в чём не повинных людей. Наверное, косвенно я виноват. Да, я затеял дело, которое неизвестно к чему приведёт в итоге. Легче всего было бы ничего не делать, наслаждаться благами цивилизации, прожигать жизнь в праздных развлечениях. Но для того мне богом дан разум, чтобы я попытался добраться до Создателя. Я испытываю громадную потребность встретиться с ним тет-а-тет, как с тобой сейчас, и задать парочку вопросов. И пусть он попробует мне на них не ответить!

Майкл Саймон Третий сказал всё. Экран телевизора погас. Алмазом по стеклу он нацарапал пять букв и ушёл, выйдя в дверь позади кресла-трона. Золотые шары остались лежать на сиденье. Я тоже направился к двери. Перед тем, как покинуть помещение, обернулся и ещё раз прочёл Саймоновские каракули. На стекле было написано: «THINK» («ДУМАЙ»)…

Когда мы выехали за территорию замка, Бобби спросил меня:

– Куда изволите доставить?

– Положи туда, где взял.

Накрапывал мелкий дождик.