Чтение онлайн

— Попробуем?

— Конечно! Мы что, зря тут лазим? — пришел ответ с добродушной поддевкой.

Мда, здесь галактеры не замудрялись: обычный принцип механического открытия люка. Немного не так как у людей — не повернул по часовой стрелке ручку, а потянул ее впередназад, как указано явно значками и от себя, то есть вверх. Люк также плавно ушел в стену. На его место тут же опустилась самая обычная лестница. Тут уже никакого переводчика не нужно. Не раздумывая, Илья сноровисто поднялся наверх, но не стал полностью вылазить в новый коридор, идущий под некоторым углом вверх и у самого конца переходящий в ступеньки, правда, очень далеко отстоящие друг от друга. Все ясно — внутри самого борта корабля есть целая сеть технических ходов. Свой вывод огласил Олегу, когда вновь спустился вниз, перед этим коснувшись призывно взбликивающего выступа с одной стороны лестницы. Вся операция по закрытию люка прошла в обратной последовательности.

— Ну и ладно. Одной дополнительной информацией больше. Пошли дальше!

— Пошли, — ответил Илья, направляясь следом за теперь идущим впереди Куницыным.

…В одном коридоре дрогнула одна плита под потолком, выделилась из общего фона и пошла вниз. Остановилась внизу. Два человека направились по начавшему снова изменяться, усложняя геометрическую форму туннелю. Вскоре Юдин осторожно выглянул наружу, огляделся, сориентировавшись на местности, и с печальным вздохом подался назад:

— Двигай обратно, Олег — мы не дошли. Думаю, на следующем стоке выйдем под ту галерею. Поползли!

Уже как местные вновь вернулись, поднялись, прошли к перекрестку в техрукаве, повернулись к люку перехода в следующий сектор и тут люк сам стал открываться. Спасибо реакции Куницына — он лично еще соображал, куда бежать? уставившись на убегавший в стену люк, а сильная рука напарника уже волокла его назад. Они вовремя успели втиснуться в глубокую нишу между трубами, идущими у пола, тем самым оградив себя от освещения энергетическими световолокнами, как мимо них шагнула гоблинообразная фигура. Скрылась в направлении внутреннего люка.

— Фу, черт! — выдохнул Илья, вновь открывая ту же дверь и ныряя в коридор…

Обратный путь в, оказывается уже вечернем небе, закончился без происшествий.

— Ну, слава богу! Я уж всякое передумал! — облегченно выдохнул Николай Вахрушев, когда они оба ввалились внутрь агрегата. — Чего так долгото? Вас не было четыре с лишним часов!

— Да так, прошвырнулись по округе!

— Ага! Вы пошутили — мы посмеялись. Давайте рассказывайте, что там в округе есть интересного? С галактерками знакомились? — с издевкой спросил Вахрушев.

— Коль, не злись, сами несколько раз думали, что кранты пришли. Как он? — кивнул на Горшенина, сменил тему Юдин.

— Без изменений. Ну, так что там?

Вкратце пересказав их поход, Илья предложил выбираться отсюда.

— Вотвот! Ничего не измениться ни сейчас, ни через сутки, а вот ему нужно как можно быстрее домой, — показал на Дениса рукой Николай.

Согласно кивнув, ответил.

— Коль, сейчас передохнем немного — устали за эти часы перебежек.

— Да я не гоню прямо сейчас! Но что, значит, решили сейчас, а, командир? — повеселел Вахрушев, обратившись к оставшемуся за старшего Илье.

— Решили, — просто ответил тот, привалившись спиной к металлической стене и прикрыл глаза.

… а потом чуть ли не до утра ждали окна в пролетах БПР. В один момент нырнули за барьер. Тридцать метров ползли, потом перебрались через вал земли… то, что от него осталось — все подступы вплоть до барьера усыпаны всем, что было, — на этом месте рассказывавший Юдин тяжело махнул рукой. — Но нас ждали! — вдруг встрепенулся Илья, — Осипов не ушел! Ждал! Ждал, черт знает чего — говорит: «а я знал, что вы живы, знал и все тут! Ведь БПР не стреляли за барьером — только когда обнаружили ваших оставшихся с этой стороны». Да, Денис, пятеро погибло. Кого завалило, когото расстреляли — сейчас не узнаешь, не восстановишь всей картины. Ребята несли тебя безостановочно, — продолжал он повествование. — Только проходя Королевский схрон, решили остановиться и перекусить. И ты там поел! Все тогда обрадовались — ты же пришел в сознание, но как только поел, сразу отключился. Но раз поел, значит, жить будет. За городом встретили группу Савина — выход в сеть же прервался, вот база и выслала еще один отряд. В общем, пока на основе данных по работе блокузов и моему с Олегом проникновению внутрь кораблейзаводов решено ничего не предпринимать, пока ты не выздоровеешь и не ознакомишься с материалами…

— Илья, вот это не честно — я тебя предупреждала! — фурией влетела в комнату Ира, подслушивавшая из-за двери, — никаких разговоров о делах сегодня!

… Родная моя, но он же не виноват — дело не ждет и не он, так кто-то другой довел бы до меня всю сложившуюся обстановку, — вдоль шерстки гладил Ирину Денис, когда Юдин ушел несколько встрепанный и раскрасневшийся от взбучки.

— Я даже знаю, кто бы это был, — ворчливо ответила она, — но ты прав — ты нужен им, — вздохнула Горшенина.

Денис рассмеялся:

— Ириша! Ну не надо так обреченно! Я обещаю…

Осень уже вплотную подступала, по ночам пробуя на вкус остывающие под ее дыханием листья деревьев. Неуловимыми прикосновениями близкой смены времени года останавливая в них жизненные процессы, на глазах изменяя цвет, гибкость, она делала их хрупкими, все настойчивее и властно нарушая связи соединения с ветвями, обрывая и унося самые слабые листочки. Желтеющие первые вестники наступающей осени с каждым днем увеличивали ряды общего покрова леса.

Почемуто именно сегодня, через день после прихода в себя Денис ощутил жгучее желание побыть на свежем воздухе, наведаться на могилу родителей.

«Что это? Возможная скорая встреча с ними там? Нет, не должно. Просто настроение паршивое», — предположил он, успокаивая самого себя.

Вместе с Артуром и Ириной он ехал на подводе, предоставив сыну управлять лошадью. Ирина тоже молчала, глядя в окружающий лес.

— А знаешь — это даже символично! — вдруг обратился Денис к ней.

— Что символично? — не поняла Ира и повернула голову в его сторону.

— Нет, не символично, не так выразился, а закономерно! А то, что мы планируем начало атаки на галактеров в первые дни зимы! Отец и мать начинали борьбу в лютые мороза. Сейчас тоже зима на носу. С чего все начиналось, к тому все и сводиться — я не верю в кабалистику, но уверен, что все у нас получиться. Вот прорвем барьер и пусть они испытают на своей шкуре: какого это — замерзать, не знаю куда податься и где скрыться от холода?! — жестче закончил, нежели начинал Денис.

Она ничего не ответила, снова обратившись к деревьям. Затем, явно обдумав, воскликнула:

— Знаешь Денис, я естественно не знаю, не испытывала на себе, как и ты тех морозов, зашкаливавших аж за минус сотую отметку, но мне рассказывал отец, как трещали, ломались как картонные листы железа, как воздух замирал в груди. Вообще, какого это — жить в постоянной ночи? Это было жутко — я сколько раз пыталась представить постоянную нескончаемую ледяную ночь; никого, кто бы объяснил, помог, нет, только треск жестокого мороза и боязнь, что ты не проснешься, пока твой напарник, родной близкий человек, не важно, кто именно поддерживает огонь в печке. Никакой помощи от правительства — оно само замерзло, несмотря на глубокие бункера, базы, уничтоженное невидимым врагом, когда пыталось связаться, отдать какието приказы, команды. Враг, захватчик, не спешащий опускаться на уже сдавшуюся планету и который смотрит холодным взглядом на потуги обреченной цивилизации, пытающейся не что-то противопоставить ему, нет, просто продлить свою агонию. Он просто ждет, ждет, когда ты покроешься коркой льда и тогда можно прийти и забрать из твоих посиневших рук все, хотя ему ничего и не нужно твоего личного — только планета с ее ресурсами. Да пришли бы и попросили, даже с позиции силы, но человечество бы жило! Потом бы что-нибудь изменилось — как вот сейчас, например. Ведь они уже полгода просто пережидают чегото в своих «Городах»!