Чтение онлайн

– Ты видел?! – спросила она.

– Ну и видел, – вздохнул дядя Абрам, – обыкновенная мультипликация или заводная игрушка.

– Какой ты умный, – засмеялась Рита и дотронулась до следующей морды динозавра. Неожиданно его пасть раскрылась и тут же до локтя проглотила её руку.

– Ой, мне больно, сейчас он откусит мне руку! – заплакала Рита.

– Эй, сукин сын, заканчивай свои фокусы! – закричал дядя Абрам, подбегая к Рите.

– Скоро закончим! – хихикнул продюсер, и почти сразу рука Риты освободилась от зубастой пасти динозавра.

– Ты больше до них не дотрагивайся! – посоветовал дядя Абрам.

– И не буду! – воскликнула от боли Рита, хватая его за руку. Они все шли и шли, а комната, напоминающая коридор, все никак не кончалась. Полумрак царящий здесь вместе с туманом, вызывал не столько страх, сколько задумчивое и тягостное настроение.

– Это здание не может быть бесконечным, – пожаловалась Рита.

– Значит, мы ходим с тобой по замкнутому кругу, – вздохнул дядя Абрам.

Тогда они пошли назад, но все продолжало оставаться бесконечным, как будто протянутым в саму Вечность.

– Мне страшно, – прошептала Рита.

– Эх, ты мой маленький подопытный кролик, – дядя Абрам обнял ее и проник языком в ее ротик.

Она плакала, сладко постанывая в его руках, почти как ребенок. Любая другая женщина, наверное, давно бы сошла с ума, но только не она, его маленькая, зато удаленькая Рита.

Его единственная путеводная звезда, звездочка, звездунчик.

Однако Рита боялась продюсера и его чудовищных сюрпризов, и чем больше она боялась, тем все чаще совокуплялась с дядей Абрамом.

Дядя Абрам и сам ощущал прямую зависимость их страха от сексуальной энергии, которая возникала от него как от батарейки.

Как ни странно, но страх концентрировал и одновременно сгущал, увеличивал силу их Любви, их взаимного притяжения друг к другу.

В свою очередь, и Любовь, и страх, объединенные в одном экстазе, выделяли из них волшебную эманацию, заглушая всякий голод и всякую неуверенность в себе.

Около часа они совокуплялись на мокром полу, в белом тумане между окаменевших морд динозавров, чьи стеклянные глаза запечатляли каждое мгновенье их безумного восторга. Уже потом, когда они поднялись с мокрого пола, они увидели вдали какой-то странный мерцающий огонек.

– Вы видите этот огонек? – раздался голос продюсера. – Это исходная точка вашего ощущения видимого мира.

Если вы сможете ее достигнуть, то вам повезет и вы достигнете Абсолюта, если нет, то вся ваша жизнь превратится в непрерывную цепь переходов из одной пустоты в другую!

– Моральный онанист, он думает нас испугать своим словоблудием, – фыркнул дядя Абрам.

– Давай все-таки пойдем на его огонек, – попросила Рита.

– Нет, дорогая мы пойдем наоборот, мы будем путать ему все карты, – засмеялся дядя Абрам, и, взяв Риту за руку, зашагал с ней в обратную сторону.

– Вы куда?! – испуганно прошептал продюсер.

– В мир красоты и очень доброго порядка, – съязвил дядя Абрам.

– Ну, дело ваше, только если вы не будете меня слушаться, то я вас буду наказывать, – недовольно проворчал продюсер.

– Не умеешь быть собой, не пытайся стать кем-то, – хохотнул дядя Абрам.

– Ну, ты и даешь, – восхитилась им Рита и поцеловала в губы.

– А вы, жрать хотите?! – прервал их восторженное состояние продюсер.

– Ну, хотим, а что дальше?! —сделался тут же скучным дядя Абрам.

– Тогда разобьете эту тусклую лампочку, до которой дойдете, и вам откроется дверь комнаты, в которой будет очень много жратвы и выпивки, – неожиданно раскрыл свою тайну продюсер.

– Ты что, решил с нами в сказки играть, что ли?! – развеселилась Рита.

– Да, просто вас, дураков жалко! – хихикнул по-доброму продюсер.

– Ты бы нас, дураков выпустил с Богом! – предложил дядя Абрам.

– А вот этого вы никогда не дождетесь, – огрызнулся продюсер и замолчал.

– Ну, что ж, пойдем бить лампочку к едрене фене! – вздохнула Рита.

– Пойдем! – вздохнул дядя Абрам и они пошли. Продюсер действительно сказал им правду, и когда дядя Абрам разбил лампочку, сразу же в стене раскрылась огромная бетонная дверь.

Они зашли в хорошо освещенную хрустальным люстрами большую залу, где на столе стояло множество еще горячих, дымящихся блюд: запеченные куры, индоутки, бутылки чешского и немецкого пива.

Дядя Абрам с Ритой тут же сели за стол и стали пить, и есть все подряд.

– Сейчас опять обсеремся! Туалета-то здесь нет! – засмеялась Рита.

Дядя Абрам поймал ее лучезарный взгляд, и его сердце громко забилось, будто он созерцал не Риту, а какое-то сказочное Божество.

Даже самые грязные слова с ее губ слетали как майские бабочки. Они порхали над ним, вызывая в нем силу трех христианских добродетелей – веры, надежды и любви.

– Вот вы и пришли к цели великого странствия, – прошептал продюсер, увидев, как они целуются за столом.

– Иногда он бывает даже мил, – прошептала Рита дяде Абраму, запивая их нежный поцелуй чешским пивом.

– А что нам делать, если мы и вправду достигли своей цели? – спросил ее тихо дядя Абрам.

– Я уже давно заметила, что тебе нравится говорить, что угодно, лишь бы не думать, – улыбнулась Рита, пожимая его правую ладонь.

«Ах, Боже, – подумал дядя Абрам, – ты вложил в природу женщины не разум, а инстинкт, но сейчас я вижу, что инстинкт, оказывается, сильнее всякого разума! И может поэтому она, женщина намного сильнее и терпеливее любого мужчины!»

Эта мысль нечаянно произнесенная вслух дядей Абрамом вызвала целый град страстных поцелуев со стороны Риты. От усталости они уснули прямо за столом, положив свои головы рядом, щека к щеке.

– И что мне с ними делать? – жалобно простонал над спящими продюсер. Он уже так привык к общению с ними, что ни за что не хотел их убивать.

И в то же время это здание надо было срочно освобождать для строительной компании, с которой он договорился о временной аренде.

«Надо спросить совета у Риты, – подумал продюсер, – раз дядя Абрам сказал, что она сильнее его своим инстинктом, то пусть и думает этим самым инстинктом, как спасти их общие шкуры».

– Ну, надо же, женщина сильнее мужчины, – все еще удивлялся словам дяди Абрама продюсер. Потом не выдержал и позвонил Эрике Львовне.