Чтение онлайн

Колосову было приятно двигаться. Николаев плёлся позади, отбиваясь от комаров и постоянно вытирая пот рукавом рубашки.

Припекало, идти становилось трудней: трава опутывала ноги, вязкие болота хватали и пытались сдёрнуть ичиги. Лямки рюкзаков врезались в плечи, а сверху висела чёрная туча гнуса. Николаев отставал.

— Слушай, Толька! Ты полагаешь, что мы всю дорогу должны бегать за тобой? Смотри, Колька еле ползёт, — возмутился Колосов.

Белоглазов остановился, поднял накомарник.

— Смотри ты! Они все тащатся за мной? Кто бы мог подумать? Вот чудаки! Да я же предупреждал, что буду заниматься поисками. И Ещё без накомарников, — удивлённо пробормотал он.

Подошел Николаев. Верхняя губа распухла и вздёрнулась к уху. Веко над одним глазом нависло, второй заплыл. Руки и шея были покрыты буграми.

Колосов расхохотался.

— Колька, да на кого ты похож?

— Мне кажется, ты не лучше, — пытался улыбнуться он. — Чёрт с ним, лицом. А вот ноги без привычки болят, но я всё равно выдержу. — И он лёг на траву.

Показалась цепочка лошадей, за ними маленькими группами шло человек сорок. Четверо ехали верхом. Красный костюм одного Ярко выделялся на зелёном фоне тайги.

— Так что, други мои, идите за транспортом. Оно будет лучше для вас и для меня. — Белоглазов опустил накомарник.

— Ты хочешь сказать, что мы тебе мешаем? — засмеялся Колосов.

— Да.

— Тогда давай часть груза в мой сидор.

— Нет, тут всё самое нужное. К тому же, возможно, я задержусь. Пусть только не волнуются, я хорошо ориентируюсь в тайге и всегда разыщу привал. — Он махнул рукой и быстро скрылся в высоком кустарнике.

Лошади понуро брели, хлюпая копытами в болотной грязи, звенели уздечками, хватая побеги. То и дело доносились окрики конюхов: «Но-но, не балуй! Проголодалась!» Слышались удары хлыста и учащённое чавканье сбившегося шага. На миг натягивались поводья, связывающие лошадей, и они, помахивая хвостами, снова лениво тащились по тропинке.

Николаев нагнал лошадь и, оглядываясь, долго шёл рядом, держась за чемодан. Потом воровато вытащил из чехла кусок тюля. Колосов отвернулся, но он, уловив его взгляд, смутился и затолкал накомарник обратно в чехол.

— Ты бы надел накомарник. На тебя страшно смотреть, — посоветовал Колосов.

Николаев махнул рукой.

— Что я, неженка! А ты почему без него?

— Да я на Урале привык к комарам с детства.

— Значит, привыкну и я.

Позади вьючных лошадей ехали верховые. В красном костюме, оказывается, была женщина. Колосов узнал Женю. Он был обескуражен. В его сознании не совмещались суровость Севера и эта изнеженная девушка. Он холодно ответил на её приветствие и, пропустив вперёд, пошёл следом.

Рядом с Женей ехал бухгалтер, человек лет под сорок с рыжими усами, лоснящимся лицом и быстрыми, маленькими глазками — не то смелыми, не то нахальными. С вечера в экспедиторской он жаловался на неожиданно вспыхнувший ревматизм. Теперь он весело разговаривал с девушкой, облизывая губы.

— Вот же сукин сын. Явный симулянт, — не удержался Николаев.

Но Рузов только ухмыльнулся в усы, дескать: можете говорить что угодно, а я получил лошадку и на всё остальное мне наплевать.

Солнце скрылось за вершинами сопок. Из распадков потянуло прохладой. Люди брели, измученные непривычным переходом. Но вот впереди показался дымок. Транспорт и путники подходили к месту ночлега.

Колосов, не ужиная, заснул около костра.

— Эй, сгоришь! — разбудил его бородатый конюх. Костёр ярко пылал, рассыпая золотистые искры, Конюхи уже кипятили чай.

Николаев спал под лиственницей. Развязанный рюкзак валялся в стороне, а недалеко за кустами чернела ручка зуммера, аптечка, коробки с охотничьими припасами и рыболовные принадлежности, вышвырнутые хозяином.

— Колька, сюда! Какой-то хищник! — послышался испуганный голос Колосова. Взведя курок, Николаев побежал на выручку, но там уже грянул выстрел.

— Ну что? Убил?

— Готов! — донёсся из лесочка довольный басок.

— Что за зверюга?

— Чёрт его знает, не пойму, но похож на хищника. Иду, а он как выскочит — и прямо на меня. Тут я тебе крикнул, а он остановился. Хотел, наверное, приготовиться к прыжку. Ну, я ему и вмазал. А знаешь, какая злюка? Умирал, а всё скалил зубы и дёргал носом. Хорошо, что я не подошёл близко.

Николаев внимательно разглядывал зверька и наконец определил:

— По виду и размерам похож на молодого песца, а возможно, это старый соболь.

— Коротковат, да и шкура какая-то подозрительная, не то серая, не то рыжая, — усомнился Юра.

— Сейчас же лето. Заяц тоже серый. Наверняка песец. А вот посмотри, уж начинает белеть, — приподнял он лапу зверька. — Я обязательно заберу. А вдруг всё-таки соболь. Пошлю матери подарок, вот обрадуется старушка. — Он поднял зверька за загривок и сунул в рюкзак. — Ты знаешь, я так огорчил её своим отъездом, так огорчил…

Тропинка вывела их на сухую поляну с высокой травой и редкими, толстыми деревьями. Идти стало не только легко, но и приятно. По сторонам громко кричали кедровки, предупреждая таёжный мир о приближении человека. Солнце клонилось к закату, и они не спешили. Скоро транспорт должен был остановиться на отдых.

— Первые дни еле доходил до привала, думал, не выдержу, — признался Николаев, хотя раньше он ни разу об этом не говорил.

— А ты думаешь, мне было легче? Я ещё умудрился сбить ноги до крови.

— Что же молчал? У Жени аптечка, сразу бы вылечила.

— Жаловаться? Да ещё лечиться у Жени? Я бы на голом мясе дошёл и никому не сказал. А сейчас прошло, — махнул рукой Колосов.

— Всё же здорово мы наловчились ходить? Смотри, за день километров по сорок наматываем, и хоть бы тебе что! А ещё этой дичи сколько таскаем. — Коля подбросил тЯжёлый рюкзак и поправил лямки. — И никаких других обязанностей, пришёл и отдыхай. Я доволен, что нам поручили дичь.

— Чудак! — засмеялся Колосов. — Стрелять-то любят все, а вот таскать её на себе охотников, мало. Ты думаешь, нам сделали одолжение? Но я не жалуюсь. Мне это дело подходит.

Они пересекли низину. Теперь тропа взбегала на высокий, сухой берег.

— Слышу дымок, где-то близко привал, — повёл носом Николаев.

— Не только слышно, а даже видно, — засмеялся Юра. За леском к небу поднимались чёрные клубы дыма. На привале уже сигнализировали о месте ночёвки.

Подошли к костру. Колосов с фасоном стал вываливать из рюкзаков дичь.