Чтение онлайн

Расовый вопрос стал самой важной и животрепещущей частью его жизни, и он не мог бы спокойно спать ночами зная, что где-то попирают права чернокожих. Еще две недели назад ему позвонил его давний знакомый Тони, главный редактор ток шоу "Градус" и пригласил на свое шоу в качестве оппонента приглашенному гостю комиссару Эндрю Стивенсону – Главе департамента полиции Нью-Йорка. Форс терпеть не мог полицейских, любого чина и звания, ибо искренне считал, что в любом чернокожем каждый из них видит преступника. Ему и на себе приходилось испытывать мощь их электрошокеров, когда, однажды будучи еще молодым студентом возвращаясь домой его остановила пара полицейских для проверки документов. Он тогда был молод и горяч и конечно начал дерзить офицерам, а когда все же полез в карман за документами получил удар током такой силы, что он моментально свалился на землю содрогаясь в конвульсиях. А когда немного оклемался и попытался встать, второй полицейский приложил его еще раз и все повторилось сначала. Полицейские потом написали в отчете что он слишком резко потянулся к карману что они оценили, как угрозу и их действия впоследствии признали правомерными. Этот момент Джейкоб запомнил на всю жизнь.

– Они обошлись с тобой так просто потому что ты черный. – объясняли ему потом его чернокожие товарищи. – Они черных за людей не считают. Думают если черный идет руки в карманы и не смотрит на них значит он что-то украл, или у него пушка в кармане, и он непременно задумал что-то плохое. А уж если у копов будет информация что черный убил кого-то в твоем районе, то тебя схватят, как живодеры хватают котят в подворотне, просто потому что ты идешь по улице. Все просто. Мы для них не люди, Джейк.

– Чертовы копы, чёрный для вас не человек- выругался он и взмахнул рукой будто пытаясь разогнать облако давних, неприятных воспоминаний.

Кто-то очень сильно и весьма бесцеремонно забарабанил кулаком в дверь и Джейкоб явно недовольный этим, ворча на ходу медленно поплелся к двери. Посмотрев в глазок, он еще больше раздосадовался, потому что увидел на пороге соседа напротив – щуплого на вид, но весьма наглого, безработного чернокожего, который бессовестным прилипалой и нахлебником проживал в квартире своего вечно пропадающего на работе родственника и имел привычку нагло долбить в дверь Форса всегда с единственной целью.

Форс терпеть не мог пересекаться с ним, но тем не менее всегда открывал ему дверь и давал то за чем он пришел, теша себя мыслью о том, что, помогая черным он делает благое.

– Здорово нигер! —услышал Форс едва приоткрыв дверь.

Форсу сильно не нравилось, когда его называли нигером, но будучи выходцем из бруклинского гетто он прекрасно понимал, что в этой среде такое обращение – это что-то вроде нормы поэтому всегда закрывал на это глаза подавляя свое раздражение, всегда, но не в этот раз. В этот раз все случилось совсем по-другому потому что он встал не стой ноги.

– Чего тебе? – раздраженно пробубнил Джейкоб.

– Ты же знаешь какие нынче времена. – сосед умиленно посмотрел на Форса и добавил. – Займи двадцаточку до следующей недели, ей-богу, в этот раз точно отдам.

Форс засунул руку в карман своего махрового халата и нащупав двадцати долларовую купюру, которую на такой случай он всегда имел с собой, просунул ее в щель между косяком и дверью. Заметив, как просияло лицо соседа, при виде банкноты, он как бы случайно разжал средний и указательный пальцы, которыми он ее держал, и купюра, лавируя по воздуху упала на пол.

Как только сосед нагнулся за тем чтобы ее поднять, Форс молниеносным движением руки схватил его двумя пальцами за нос и сильно его сжал.

– Еще раз назовёшь меня нигером, мой черномазый нахлебник, и я в придачу к двадцаточке, дам тебе такого пинка, что ты будешь бежать вприпрыжку до своего родного Бадленда из которого ты сюда переехал по какому-то огромному недоразумению. Ты меня понял?

– Понял. – прогундосил сосед, сжимая в руке купюру тем сильнее чем сильнее Форс сжимал его нос.

– Вот и молодец – констатировал Джейкоб отпуская его налившийся кровью, похожий на спелый баклажан, нос и захлопнул дверь.

День только начался.

Глава 2.

Полуденное солнце в Нью-Йорке жарило так что асфальт становился горячим и мягким словно пластилин, там куда попадали его лучи, и марево, исходящее от него волнообразной призмой, расплывалось повсюду.

– Да, денёк предстоит жаркий во всех отношениях – произнес Джейкоб своим низким, чуть хрипловатым голосом стоя у тротуара собственного дома.

– Такси! – он выбросил вперед руку и попытался остановить проезжающий мимо желтый седан с шашечками на крыше.

Водитель такси смерил Джейкоба равнодушным взглядом и проехал мимо будто, не понимая, чего от него хотят.

– Такси! – снова сделал он выпад в сторону дороги заметив в потоке приближающийся похожий автомобиль за рулем которого сидел чернокожий водитель.

Когда машина приблизилась к нему, Джейкоб встал на самый край тротуара и что есть мочи стал размахивать рукой пытаясь таким образом привлечь к себе внимание водителя.

Водитель такси одарил его не менее равнодушным взглядом и спокойно показал ему что-то жестами.

–Ты же черный! Будь человеком! – с досадой в голосе произнес он и оступившись едва не упал с бордюра на асфальт под колеса проезжающего мимо автомобиля.

– Будь ты проклят! – выпалил он вслед уезжающему автомобилю – мы все черные – братья, должны помогать друг другу… – продолжил он, паясничая в бессильной злобе – черта с два…

В потоке машин показался еще один седан желтого цвета. Джейкоб взволнованно взглянул на часы и решил, что этот автомобиль он не упустит во что бы то ни стало. Он встал на самый край дороги и когда такси было в нескольких метрах от него резко выскочил на дорогу широко расставив руки.

Визг тормозов сильно ударил по ушам и автомобиль клюнув носом остановился в полуметре от него.

Из окна машины показалось сморщенное, недовольное лицо таксиста.

– Тебе что жить надоело?! Ты чего на дорогу выскочил?! Ополоумел совсем?!

– Манхэттен, Тайм сквер, Двойной счетчик! – выпалил Форс все еще стоя на дороге с раскинутыми в стороны руками и ошалело глядя на водителя.

Фраза про двойной счетчик подействовала как транквилизатор на терьера, водитель в миг успокоился и расплылся в довольной улыбке.

– Садитесь сэр, домчу быстрее пули.

Форс открыл заднюю дверь и бросив на сиденье увесистый кожаный портфель, довольный, удобно расположился рядом с ним.

– Домчу быстрее пули – повторил с улыбкой водитель, налегая правой рукой на рычаг переключения передач, и старенький форд продавливая шинами мягкий асфальт тронулся с места оставляя за собой облако сизого дыма. Старик не обманул, он и вправду домчал до тайма сквер за каких-нибудь полчаса учитывая пробки и расстояние поездка заняла бы не меньше часа, но ловкий старикан, не нарушая правил, какими-то дворами и закоулками объезжая пробки и светофоры лихо подвез его прямо к огромному сияющему зданию из стекла и бетона.