Чтение онлайн

Взяв автомат, Кремнев выглянул в окно.

Он увидел Саида с одним из его людей, которые с трудом отстреливались от нескольких боевиков. Первым автоматная очередь скосила боевика, вторым на землю повалился Саид.

Но Кремнев видел, что он еще жив. Пули зацепили его по ногам.

Еще Кремнев видел бегущих к Саиду боевиков.

На то, чтобы оценить ситуацию, ушли доли секунды.

С автоматом наперевес Кремнев выскочил из дома и не стал жалеть патронов. Четверо бегущих оказались не готовы к такому повороту событий, и один за другим повалились на землю.

Кремнев подошел к валяющемуся на земле Саиду. Лицо того исказила злобная гримаса.

— Я знал, что ты придешь меня убить, — зашипел он. — Можешь убивать.

— Заткнись, — посоветовал ему Кремнев.

Закинув автомат за спину, он подхватил Саида под мышки и потащил в дом. Затащив, свалил на пол и присел рядом.

— Куда тебя?

— В ноги, — прохрипел Саид.

— Больше никуда?

Саид с трудом сглотнул и отрицательно покачал головой.

— Значит, жить будешь.

— Почему ты мне помог?

— Заткнись, я тебе сказал.

Кремнев разорвал штанины Саида и осмотрел его ноги.

— Тебе повезло, кости вроде не задеты. Но пули вынимать придется. Вытерпишь?

Саид кивнул.

— И дезинфекции нет, поэтому придется прижигать.

— У меня в кармане зажигалка есть. И нож.

Кремнев достал и то, и другое, потом подобрал с пола какую-то палку и сунул Саиду в зубы.

— Сожми покрепче.

Саид молча наблюдал за тем, как Кремнев нагревает на огне лезвие.

— А теперь готовься, будет больно.

Когда нож стал погружаться в рану, глаза Саида расширились, а зубы стиснули палку так, что она захрустела.

Кремнев вытащил пулю.

Он снова нагрел лезвие до тех пор, пока оно не побелело, и с силой надавил им на открытую рану.

Раздалось шипение, и по комнате поплыл запах горелого мяса.

— Ну, вот, с первой разобрались, — сказал Кремнев. — Теперь осталось только вытащить вторую.

Саид потерял сознание.

Приблизительно через час выстрелы затихли, и Кремнев понял, что все закончилось.

Правда, он еще не знал главного, кто одержал верх. Егор очень надеялся, что это будут люди Эмир-хана.

Наконец на дорогу стали выходить уцелевшие боевики.

— Наши, — сказал Кремнев.

Из сорока человек уцелела половина. Из людей Джамала шестеро.

К последним Кремнев на правах старшего обратился с речью.

— Джамал был храбрым командиром и собрал в своем отряде хороших бойцов. Эмир-хану нужны хорошие бойцы. Он предлагает вам присоединиться к его отряду.

Никто из шестерых возражать не стал.

В машину перетащили бесчувственного Саида, во вторую положили тело Джамала, чтобы похоронить, как подобает воину. Закованного в наручники Хасана Кремнев вывел сам.

Появление последнего было встречено радостными возгласами и выстрелами вверх.

Наконец все погрузились на машины, и отряд двинулся в обратный путь.

Сидя на заднем сиденье рядом с Хасаном, Кремнев вдруг почувствовал зверскую усталость. Сегодняшний день выдался по-настоящему трудным.

Хотя если вспомнить последние дни, легких там и не было.

Но, несмотря на все трудности, день оказался сверхудачным, Хасан был взят живым, его люди перебиты, и, самое главное, он сумел дозвониться до Уколова.

Кроме того, он спас жизнь Саиду. А это шло вразрез с планами Эмир-хана.

Кремнев чувствовал, что наконец-то сумел переломить ход игры. И в той шахматной партии, где они с Эмир-ханом были королями, у него наконец-то появилась лишняя пешка.

Чтобы хоть как-то отвлечься от сегодняшних событий, Егор стал думать о Мэри. Последние три дня, поглощенный предстоящим боем, он совсем не вспоминал о ней.

И сейчас, сидя в машине, Кремнев понял, что жутко соскучился.

От этих светлых мыслей его отвлек Хасан.

Он повернулся к Кремневу и посмотрел ему прямо в глаза.

— Ты думаешь, Эмир-хану можно доверять? Когда ты станешь ему не нужен, он убьет тебя. Я знаю, что я скоро умру. Но я хотя бы его не испугался.

Хасан отвернулся к окну и за всю оставшуюся дорогу не произнес ни слова.

Полковник Уколов буквально ворвался в кабинет Рокотова.

— Кремнев жив!

Рокотов оторопело посмотрел на Уколова.

— Кремнев жив, — повторил Уколов, бухаясь на стул. — Он только что вышел на связь.

— Остынь, Николай Георгиевич, остынь.

Рокотов налил стакан воды и сам же ее выпил.

— А теперь давай по порядку.

Уколов тоже налил воды.

— По порядку. Кремнев вышел на связь. Ситуация была экстренная, похоже, там вокруг шел бой. Сказал, что больше на связь выходить не сможет.

— Значит, он в плену у Эмир-хана. Молодец Кремнев, что сумел добраться до телефона.

— Он выяснил, что Эмир-хан это наш бывший агент Шункар.

— Шункар?

— Он самый. Шункар не погиб два года назад. Теперь он называет себя Эмир-хан и собирается взорвать Москву бомбами «СК-8».

Рокотов достал платок и вытер лоб.

— Хорошенькое дело. Кремнев передал подробности?

— В том-то и дело, что никакие подробности ему неизвестны. Но он сказал, что переправка бомб уже началась.

Рокотов откинулся на спинку кресла и забарабанил пальцами по подлокотнику.

— Если Шункар решил взорвать Москву, то это очень серьезно.

Он снял трубку и набрал номер.

— Виталий Сергеевич, приходи срочно ко мне. И захвати с собой все, что есть по Шункару.

Лямин появился в кабинете спустя пятнадцать минут, неся в руках увесистую папку.

Рокотов перешел сразу к делу.

— У нас две новости, вернее три. Одна хорошая, одна плохая, третья очень плохая. Хорошая новость заключается в том, что Кремнев жив. Плохая в том, что Шункар, которого все мы оплакали как героя, тоже жив и зовут его теперь Эмир-хан. И наконец, самая плохая новость состоит в том, что он не собирается продавать бомбы «СК-8». Этот гад решил ими взорвать Москву, — Рокотов сделал паузу. — Да, есть еще более плохая новость. Мы не имеем ни малейшего понятия об объектах, которые он намерен уничтожить.