Чтение онлайн

— Вокруг вода. Она капала — кап, кап... Стой там, не подходи ближе, стой там...

Голос старика поднялся до крика. Еще раз вздрогнув, Фарсон упал назад, и искра жизни погасла в нем. Мертвыми глазами он уставился на потолок палаты, Медсестра пощупала пульс и медленно закрыла тело простыней. Потом она положила руку на плечо Тейлы.

— Вы его хорошо знали, мисс Моррисон?

— Несколько лет он был моим единственным другом. Элли был всегда очень странным, всегда говорил со мной о цветах и животных. Он знал болота, как никто другой. Каждую маленькую тропку, каждую трясину, каждый ручеек. Он брал меня с собой.

Шейла посмотрела на неподвижное тело под белой простыней.

— До свидания, Элли.

Она прикусила губу и отвернулась.

— Вы не знаете, он имел родственников? Кому нужно позаботиться о погребении. — Голос Донована звучал смущенно.

— Может быть, вы оставите ваш адрес, сэр, — сказала сестра. — Мы свяжемся с вами.

— Да, да. Спасибо. Очень признателен. Донован достал визитку и подал медсестре.

— Я живу в доме мисс Мориссон в Хаммертоне. Там вы сможете меня найти.

Сестра сделала пометку на визитке.

— Большое спасибо. Там, в конце коридора, есть небольшая комнатка. Может быть, выпьете там чаю?

— Это было бы неплохо.

Пять минут спустя Донован с Шейлой уже пили чай.

— Что бы это означало? — спросила Шейла после длительного молчания.

— О чем это вы? О Ночном Страннике?

— Да. Похоже, что он куда-то его затащил. Девушка беспомощно пожала плечами.

— Интересно, о чем вы подумали? — спросил Донован. — Что случилось в действительности?

Шейла щелкнула пальцами. Это был совершенно не женский жест, но почему-то он ей подходил.

— Мы даже не знаем, отчего он умер.

— Можно узнать у медсестры.

— А она нам скажет?

— Почему бы и нет? Мы хоть и не родственники, но вряд ли у старика кто-то еще есть. В любом случае он просил прийти вас. Это дает нам право задавать вопросы.

Девушка вздохнула.

— Мне не хочется иметь какие-либо выгоды от того, что он позвал меня.

Они вместе направились к дежурной медсестре.

— Надеюсь, мы не помешаем?

Пол указал на стопку бумаг, лежавших на ее письменном столе.

— Нет, нет, мистер Донован.

— Я не спросил относительно причин смерти мистера Фарсона.

Лицо медсестры омрачилось.

— Боюсь, что мы этого не знаем.

— Но у вас есть какое-то мнение?

— Мне лично кажется... Хотя и не следовало вам этого говорить.

На лице медсестры отразилась внутренняя борьба.

— Мы успели провести только поверхностное исследование, и насколько мы можем судить... В общем, нам кажется, что некоторые его внутренние органы как бы растворились.

— Растворились?

— Это только между нами. Я не высказываю официального заключения. После вскрытия мы узнаем все достоверно.

— А подобные случаи уже у вас бывали?

— Не было с давних времен.

— Вы хотите сказать, что когда-то подобные заболевания были?

— Сама я их не видела. С тех пор прошло много лет. Я тогда еще училась.

— Ну, тогда это было не так уж давно, — вежливо заметил Донован.

— Спасибо, — улыбнулась медсестра. — Это было сразу после войны, когда произошел атомный взрыв в Хиросиме. Тогда многие интересовались разрушающим действием радиоактивного излучения. Потому тогда эти явления были приписаны излучению.

— Нельзя ли об этом услышать подробнее?

— Тот пациент был уже пожилым человеком, страдал от болезней. Но оставалось впечатление, что какой-то растворитель разъел многие его внутренние органы.

Донован вздрогнул.

— Я тогда вспомнила старую студенческую, безусловно вымышленную историю. Как молодому практиканту подложили для вскрытия вместо трупа восковую фигуру. И он вместо нормальных органов обнаружил у нее внутри что-то непонятное.

— И вы думаете, что подобное произошло сейчас? У вас можно будет получить копию акта вскрытия? — спросил Донован.

— Я обязательно уточню этот вопрос. Вы обратили внимание — бедный старик упомянул, что его заставили что-то пить?

— Кому было нужно убивать старого безобидного старика? — спросила Шейла.

— Кстати, кто его доставил в больницу? — вдруг вспомнил Донован.

— Об этом нужно спросить в приемной. Думаю, что кто-то из проезжавших мимо водителей прихватил его с собой.

— Да, в наше суровое время еще есть люди, которые заботятся о своих ближних. Мы уже уходим. В приемной все разузнаем, — сказал Пол. — Большое спасибо, сестра.

Юная медсестра с Ямайки еще дежурила внизу. Чтобы ответить на вопрос Донована, ей пришлось порыться в картотеке.

— Его нашел деревенский полицейский рядом с Турном, возле моста Паджстрит, — наконец сказала она.

— Кто этот полицейский?

— Констебль из Турна, — ответила сестра. — Он и позвонил в больницу.

Пол с Шейлой пошли к машине.

— Пока мы больше ничего не можем сделать, — сказал он. — Нам нужно поехать домой и выспаться.

— Домой?

— Я имею в виду к вам домой, если вы позволите.

— Вы действительно хотите поехать ко мне?

— Вам придется наглухо забить окна и двери, чтобы удержать меня от этого.

Пол взял Шейлу за руку, и она улыбнулась ему сквозь слезы.

— Но... — нерешительно начала Шейла. Он покачал головой.

— Это меня вообще не беспокоит. Я довольно давно достиг совершеннолетия и могу делать, что хочу.

— То, что обо мне болтают, — не пустые сплетни.

— Что же, это ваше дело. Я ведь тоже не монах.

— Пол, в вас есть что-то необычное. Вы... — Шейла на миг задумалась. — Вы не такой, как все.

— И вы не похожи на других. Может, этим вы мне и понравились.

Пол плавно тронул свой «Вольво». Выехав с территории госпиталя на северную дорогу, он увеличил скорость. Двигатель заурчал, как довольный кот.

— Можно было поехать через Гибит-Хилл в Вумокское болото, — сказала Шейла.

— Мне не хотелось ехать ночью через Гибит-Хилл.

— Вы боитесь?

— Нет. Просто мне сейчас не хочется думать еще и об этом. Мудрый француз Ларошфуко сказал, что нельзя долго смотреть на солнце и на смерть.