Чтение онлайн

Он указал на приоткрытую створку, за которой гудело пламя.

– …более тысячи градусов…

– Солидно, - вежливо сказал я, - а зачем мы сюда пришли?

– Посмотреть на огонь… -Схеффер заговорщицки улыбнулся.

Я поёжился. Не люблю намёков и загадок.

– Красиво…

– Да. Больше тысячи градусов… Говорят, что некоторые бактерии могут перенести нагрев до двухсот градусов. Но тысяча…

Я посмотрел на портфель у меня в руках.

– Вы сказали, что будете обязаны передать его военным медикам?

– Я сказал, что как только он попадёт мне в руки, я буду обязан его передать…

Я подошёл на пару шагов к топке.

– Больше тысячи говорите…

– Именно, - капитан-лейтенант Схеффер отвернулся к стене, насвистывая какой-то мотив.

– Знания о новых штаммах могут быть необходимы для их лечения, - сказал я.

– Но согласитесь, что трудно испытывать необходимость лечить то, чего не существует?

– Резонно…

Я размахнулся и метнул портфель в топку.

– Надо будет попросить кочегара закрыть створку, - заметил Схеффер, - жар уходит…

Я заложил руки в карманы.

– Если хотите мы можем подняться в каюту. Я уже посмотрел на огонь. Вас не смутит, что я, кажется, где-то оставил портфель?

– А разве у нас был какой-то портфель? – удивился Схеффер.

Три недели спустя отремонтированная «Сюзанна» бросила якорь в Моулмейне. «Зеландия» прибыла сюда неделей раньше.

– Ты уверен, что тебе стоит показываться на берегу? – озабоченно спросила Линда.

Эрика бросила на нас подозрительный взгляд из-за стола, где возилась с какой-то железкой.

– Схеффер заверил меня, что шеф Стерлинг готов лично принести мне извинения. Тем более его нога уже зажила. Впрочем, я прекрасно обойдусь и без них. В смысле без извинений…

– Всё равно я бы на твоём месте осталась бы на борту.

– Он сам разберётся… - пробурчала Эрика.

– Не ссорьтесь, - примирительно сказал я, - кстати, Линда, ты получила ответ из ассоциации антропологов.

– Да, они изучили присланные мной бумаги и готовы заслушать мой доклад. Они даже заранее обещали мне место в экспедиции…

– Не слышу энтузиазма в голосе, - улыбнулся я.

– Просто не дать мне копать они не могут, но решили направить меня в самую глубокую дыру, которую смогли найти. Где можно раскопать разве что пару новых видов доисторических свиней… Я просила их о возможности копать в Европе, на неандертальских стоянках, а они нашли мне раскопки в Африке. Что я там могу найти? Тем более в такой глуши? У неё даже название толком не выговоришь. Олдувай, кажется или Олдовей…

– Уверена, дорогая, вы там обязательно что-нибудь найдёте, - не особо скрывая злорадства откомментировала Эрика.

Линда обиженно надулась. Я предпочёл ретироваться.

– Пойду, нанесу визит вежливости Схефферу.

Капитана «Зеландии» я застал в прекрасном расположении духа и почти курортном настроении. Он прогуливался по верхней палубе, насвистывая арию Фигаро.

– Вы как раз вовремя, Танкред. Чуть не упустили возможность повидаться со старым знакомым…

Он указал на графа Ласло, сидевшего в специально принесённом раскладном шезлонге. За прошедшие три недели трансильванский аристократ слегка оброс щетиной, но выглядел вполне довольным жизнью.

– Вижу, вы целы и здоровы, - заметил я.

– Да, капитан Схеффер меня буквально холит и лелеет, если бы не возможность регулярно заниматься гимнастикой, я бы даже, наверное, растолстел. На «Зеландии» отличный повар. Жаль только, что мне не разрешают пользоваться бритвой. Я выгляжу просто как дикарь…

– Рад за вас, граф.

– А-а… чувствую вы всё ещё обижены на меня за тот эпизод в ангаре? Клянусь, это было чисто деловое решение, ничего личного, господин Бронн. К тому же от сковородки у меня осталась довольно внушительная шишка… Ваша пассия удивительно тяжела на руку. Учтите это, когда будете говорить «да».

Он игриво подмигнул.

– Кстати, господа, - вмешался радужно настроенный Схеффер, - вы не читали последний репортаж госпожи Джиллиани? Уверен, её ждёт премия за выдающуюся подачу сенсационного материала… Говорят Фред Роллингс пригласил её на приём в своей новоорлеанской резиденции. Да, и господина Шальгина тоже, по слухам мисс Эмилия почти уговорила его задиктовать ей свои мемуары…

Граф Ласло заметно потускнел.

– Это тоже было чисто деловое решение… И оказавшееся настолько трагичным исключительно из-за самодеятельности покойной госпожи Йоргович. Не ожидал, что она будет настолько… кровожадна.

– Теперь уже сложно выяснить все детали, - заметил я…

– Именно поэтому, - назидательно произнёс Схеффер, - правдой будут считать то, что написала госпожа Джиллиани.

– Она просто обижена на меня за гибель её фотографа… Клянусь, я ничего не знал о решении Геллинга вас убить! Я бы никогда не пошёл на подобный шаг… ну в тех обстоятельствах, конечно. Я деловой человек, бизнесмен. А эта журналистка сделала из меня какое-то кровожадное чудовище. Это несправедливо! Во всём виноваты Йоргович и Геллинг, а монстром сделали меня. Ну вот скажите мне, где справедливость?

– Кстати о справедливости, - спохватился капитан, - как хорошо, что вы мне напомнили. Я ведь готов беседовать с вами буквально часами. Вы вызываете во мне буквально… хм… энтомологический, я бы сказал, интерес. Однако дело есть дело.

– Я, между прочим, обиделся – флегматично сообщил Ласло.

– Не принимайте близко к сердцу, - отмахнулся Схеффер, - Танкред, ты привёл нашего друга?

Я кивнул.

– Он ждёт в каюте…

– Приглашайте…

– Ещё один друг? – поднял брови граф, - я весь нетерпение…

Я открыл дверь и пропустил на палубу низенького кругленького китайца.

– Граф Ласло Фледерштейн, - представил я их друг другу, - господин Линь.

– Очень приятно, - настороженно сказал граф, - боюсь, что не имел чести быть знаком с господином Линем ранее…

– Думаю, вас ждёт ещё немало общих впечатлений, - хмыкнул Схеффер, и повернулся к Линю, - как видите, он жив, цел, бодр и здоров, всё как было обещано. Можете забирать.

– Нам фсегда было приятно иметь с вами дело, господин Феффер, - поклонился китаец.