Чтение онлайн

Мистер Тагоми сидел на полу, поджав под себя ноги. В руках он держал пиалу с черным чаем, на которую сначала подул, а потом улыбнулся мистеру Бейнису.

– У вас здесь прелестное место, – сказал Бейнис. – Здесь какое-то спокойствие, на Тихоокеанском побережье. Там у нас совсем не так.

Уточнять ему не захотелось.

– Под знаком Пробуждения божественное говорит с человеком, – тихо произнес мистер Тагоми.

– Простите?

– Это цитата из Оракула. Реакция сознания на поспешные выводы.

«Вот он о чем», – подумал Бейнис рассеянно и улыбнулся про себя.

– Мы абсурдны, – сказал мистер Тагоми, – потому что живем по книге пятитысячелетней давности. Мы задаем ей вопросы, как будто она живая. Также как и Библия христиан. Многие книги по существу живые. И это совсем не метафора. Дух оживляет их. Правда?

Он заглянул в лицо мистера Бейниса, ожидая реакции.

Тщательно подбирая слова, Бейнис ответил:

– Я слабо разбираюсь в вопросах религии. Это не моя область. Я предпочитаю обсуждать такие вопросы, в которых хоть немного разбираюсь.

На самом же деле у него не было полной уверенности, что ему понятно, о чем говорит мистер Тагоми. «Должно быть, я устал, – подумал мистер Бейнис. – Все, с чем я столкнулся, приобретает какой-то нереальный оттенок. Все будто валяют дурака. Что это за книга пятитысячелетней давности? Эти часы Микки-Мауса, сам мистер Тагоми, хрупкая чашка в руке мистера Тагоми…» Со стены на мистера Бейниса уставилась огромная голова буйвола, грозная и уродливая.

– Что это за голова? – неожиданно спросил он.

– Это, – сказал мистер Тагоми, – не что иное, как создание, которое поддерживало жизнь туземного населения в былые дни.

– Понятно.

– Может быть показать вам искусство забивания буйволов?

Мистер Тагоми поставил чашку на столик и поднялся. Здесь, дома, вечером, он был одет в шелковый халат, комнатные туфли и белый шарф.

– Вот я на железной лошадке.

Он слегка присел.

– На коленях у меня верный винчестер образца 1866 года из моей коллекции.

Он вопросительно взглянул на мистера Бейниса.

– Вас, видимо, утомило путешествие, сэр?

– Боюсь, что да, – ответил Бейнис. – Все это как-то ошеломляет. Заботы о делах…

«И другие», – подумал он. У него болела голова. Узнать бы, можно здесь, на Тихоокеанском побережье, достать хорошие анальгетики, выпускаемые «ИГ Фарбен»? Он привык глотать их, когда болел затылок.

– Все мы должны во что-нибудь верить, – сказал мистер Тагоми. – Нам не дано знать все ответы. И вперед мы тоже заглянуть не в силах. Остается только полагаться на себя.

Мистер Бейнис кивнул.

– У моей жены, возможно, что-нибудь найдется от головной боли, – сказал мистер Тагоми.

Он заметил, что поднял очки и трет лоб.

– Боль причиняют глазные мышцы. Извините меня.

Поклонившись, он вышел из комнаты.

«Что мне сейчас нужно – так это сон, – подумал мистер Бейнис. – Одна спокойная ночь. Или дело в том, что я не в состоянии смело смотреть в лицо возникшей ситуации, уклоняюсь от острых углов?»

Когда мистер Тагоми вернулся, неся стакан воды и что-то вроде пилюли, мистер Бейнис сказал:

– Мне действительно следует попрощаться и отправиться к себе в гостиницу, но вначале я хотел бы кое-что выяснить. Мы, конечно, можем поговорить о делах и завтра, если вас это устроит. Вам сказали о третьей стороне, которая должна присоединиться к нашим переговорам?

Лицо мистера Тагоми на мгновение выразило удивление. Затем удивление исчезло, и лицо его вновь стало спокойным.

– Мне ничего об этом не сказали. Однако это, конечно, интересно.

– С Родных Островов.

– О, – вымолвил мистер Тагоми.

На сей раз на его лице никакого удивления не отразилось, самообладание его было абсолютным.

– Пожилой бизнесмен, удалившийся от дел, – сказал мистер Бейнис. – Он плывет морем. На сегодняшний день он, вероятно, уже недели две в пути. У него предубеждение против воздушных путешествий.

– Человек с причудами, – заметил мистер Тагоми.

Круг его интересов позволяет ему быть хорошо осведомленным о состоянии рынков на Родных Островах. Он сможет дать вам ценную информацию, а в Сан-Франциско он едет все равно для лечения. Все это не так уж важно, но придаст большую точность нашим переговорам.

– Да, – сказал мистер Тагоми. – Он поможет избежать ошибки, связанной с рынком родины. Я не был там больше двух лет.

– Вы хотели дать мне эту пилюлю?

Мистер Тагоми удивленно опустил глаза и увидел, что он до сих пор держит в руках пилюлю и стакан воды.

– Простите меня. Это очень сильное средство, называется заракаин и производится фармацевтической фирмой в одной из провинций Китая. – Разжимая ладонь, он добавил: – Не вызывает привыкания.

– Возможно, этот пожилой господин, – сказал мистер Бейнис, собираясь взять пилюлю, – появится непосредственно в вашем торговом представительстве. Я запишу его фамилию, чтобы ваши люди его не завернули. Встречаться с ним я не встречался, но слышал, что он слегка глуховат и чудаковат. Хотелось бы быть уверенным, что он не разозлится.

Казалось, что мистер Тагоми понимает, о чем идет речь.

– Ему нравятся рододендроны. Счастье его будет полным, если вы сможете подсунуть кого-нибудь, кто смог бы поговорить с ним об этом в течение хотя бы получаса, пока мы будем договариваться о встрече. Да, фамилия. Сейчас я запишу.

Приняв пилюлю, он достал ручку и записал.

– Мистер Шинджиро Ятабе, – прочел мистер Тагоми на листке бумаги.

Он аккуратно вложил его в записную книжку.

– Еще один момент.

Мистер Тагоми медленно поднял чашку за край и изобразил на своем лице внимание.

– Несколько деликатный. Этот джентльмен в стесненном положении. У него почти ничего нет. Некоторые рискованные предприятия в конце его карьеры не привели к успеху. Понимаете?

– И теперь у него нет состояния, – продолжил мистер Тагоми, – возможно он вообще живет на пенсию.

– Вот именно. А пенсия чрезвычайно небогатая. Поэтому ему приходится время от времени ее чем-то подкреплять.

– В нарушение некоторых постановлений, – добавил мистер Тагоми, – правительства Метрополии и его раздутого бюрократического аппарата. Я понял ситуацию. Пожилой джентльмен получает вознаграждение за консультацию, произведенную у нас, не сообщая об этом в свой пенсионный отдел. Следовательно, мы должны держать его посещение в тайне. Им известно только то, что оно проходит курс лечения.