Чтение онлайн

— Эй, чего завис? Твой бросок!

Посмотрел на говорящего. Седовласый мужчина среднего возраста в майке цвета хаки и в милитари-штанах. Короткие волосы с выбритыми справа тремя полосками. Суровое лицо человека, привыкшего командовать и повидавшего в жизни всякого дерьма.

— Ага.

Я сделал трехочковый бросок. Мяч ударился о доску и упал ровно в кольцо.

— Двадцать один. Ты выиграл. Снова. Ещё партию?

— А давай. И прости, я несколько выпал из реальности. Как тебя зовут?

— Джоэл. Смотрю пришел в себя. Проблемы в жизни?

— Да кое-что сильно стрессовое случилось. В такие моменты моё сознание будто отключается, и я несколько часов могу бродить ничего не помня. Особенности организма, — пояснил.

Когда в первый раз такое случилось, мать никому не позволила ко мне подойти и дождалась, пока я сам приду в себя.

— Хреновый день, да?

— Медики всю душу вытрясли, — усмехнулся я, кидая мяч новому знакомому.

— Это они умеют. Поэтому мне проще ходить вот так, — и он выгнул неестественно ладонь.

— Это протез? А с виду и не отличить от руки, — пригляделся я.

— Можно вырастить новую руку, но я к медикам без необходимости ни ногой.

Мы сыграли ещё три раунда, больше не касаясь каких-либо тем, сосредоточившись только на игре. Потом попрощались, так как время было уже ближе к полуночи. Живот бурчал, требуя еды.

В этом зомбическом состоянии меня занесло далеко. Пришлось вызывать машину, чтобы добраться до дома.

Как ни странно, игра в баскетбол с рандомным человеком прочистила мозги, и я пришел к следующим выводом. То, что я не копаюсь в прошлом, а жду, что память сама восстановится — правильно. Если даже часть из того, что всплывает в памяти правда, то я мог участвовать в секретных операциях, о которых не найти ничего в сети. И мой интерес к ним может вызывать не нужное внимание. А учитывая случай с Чейзом и мутантов в «Чайке» — внимания ко мне и так выше необходимого.

Глядя на подсвеченные улицы Фрея, я вспомнил, как бригады ремонтников восстанавливали полотно. Вспомнил, что рядом со мной был механоид. Нола. Мы шли вот по этой улице, и она хотела присоединиться в мою команду. А вот тут, на набережной искусственной реки я сражался с гидроидами. Их было очень много, вылезающих их пространственных разрывов.

Как-то непроизвольно захотелось послушать тот самый плейлист Ле-Ле. Шикарный женский вокал добавил картины воспоминаний яркости, будто бы я действительно крошил Ксилусов под этот плейлист.

А дома меня снова перед дверью ждала Принцесса с коричневыми глазами.

— Ненавижу марионеток, — пробурчал я. — Впрочем, в каком месте ты марионетка?

За что получил направленный пси-сигнал, в котором звучало осуждение, что её не выпустили погулять.

— Выпустить Королеву Роя гулять? Ты серьезно? Сиди дома. Иначе Юму сдам, чтобы на волю выпустил.

Тигрид фыркнула и вернулась к себе на лежанку.

Интересно, в прошлом я тоже стоял перед вопросом — что делать с Королевой Роя? Скорее всего да, потому что осознание того факта, что у меня на кухне Принцесса, а не марионетка, меня не волновал от слова вообще. Как будто, так и должно быть.

— Смотри, здесь находятся механоиды, в которых переносят сознание наши пилоты, — Стокман снова перехватил меня, едва я отметился в офисе, чтобы потом пойти к медикам и утащил в пристройку к офису. Его офис располагался рядом с полигоном, поэтому его и называли в обиходе «полигон».

По обе стороны от нас стояли закрепленные в выключенном состоянии белые механоиды. С виду, обычные универсальные роботы гуманоидного типа. Лицо — сплошное с одним единственным визором из стекла.

— Именно в одного из этих мы попытаемся перенести. Вот кстати пример успешного переноса, — указал руководитель.

Визор одного из механоидов загорелся голубым светом. Крепления медленно отсоединились и механоид твердо шагнул вперед и оказался перед нами.

— Норат, как слышно? Приём? — Щелкнул пальцами керр Стокман.

— Связь устойчива. Слышу хорошо.

— Отлично, идём на полигон.

Мы втроём покинули ангар. Глядя на то, как идёт механоид, я ощущал восторг. Ведь я прикладываю усилия к созданию такого феномена — как механоиды в Т-Нуль-Пространстве.

— Какого это — перенестись в Т-Нуль-Пространстве? — Спросил я Нората.

— Какого тебе использовать для взаимодействия с виртуальной реальностью адаптатор, а не чип?

— Хм, я бы сказал ограничено, — озвучил я.

— Вот так и я. Ограничен. Не поворотлив. Сигнал нестабилен. Механоид пустой, даже пространственного кармана нет. И как будто яркость отключили.

Полигон — закрытая квадратная площадка площадью пять гектаров, разделенная на секции. Мы зашли в первую и подошли на склад. Нората вооружили штурмовой винтовкой, гранатами, дробовиком и мечом. Керр Стокман и я спрятались в зоне управления за стеной щитов, а перед Норатом материализовались пауки Хнэй.

Норат принялся по ним стрелять и уворачиваться от плевков и прыжков. Глядя на его движения и движения пауков, я сделал вывод.

— Медленно. Слишком медленно двигается. В реальном бою он бы и пяти секунд не продержался. Паук телепортировался бы ему за спину. При этом движения Нората правильные, но как будто он двигается не в воздушной среде, а в желе.

— Удивительно. И ты все это понял, едва посмотрев? Моим ребяткам пришлось просидеть неделю, чтобы прийти к этому же выводу. Задержка действительно есть. Но мы не можем понять из-за чего, — покачал головой Стокман. — Поэтому все наши разработки годятся разве что для стационарной защиты стен форпостов, для разведки и защиты в замкнутом пространстве внутри города.

— А за пределами?

— За пределами связь нестабильна. При том, что имперские механоиды перемещаются спокойно. Так что, ты как сотрудник отдела связи, теперь должен приложить ещё больше усилий для решения задач с переносом сознания.

Посмотрев ещё пять минут на тренировки Нората и убедившись, что ничего не поменялось, мы вернулись в офис.

— А как же обследование?

— Обязательное я сделал. А необязательное потом пройдешь.

Меня утащили в святая святых проекта — к капсулам переноса сознания. Глядя на них сразу же на ум, пришла ассоциация с Элейн, лежащей в капсуле в колонизационном корабле, над которой висела циклопических размеров установка.

Капсулы местные отличались разве что тем, что установки, висевшие над ними в разы меньше. Причем каждая капсула располагалась в своём отдельном помещении. Моя была под номером пять. В помещении меня уже ждал медик и три оператора поддержки. Проведя предоперационный осмотр, врач дал добро. Пришлось переодеться в специальный эластичный черный костюм с нашивками проекта и сходить в туалет.

— Так. Мы начнем с самого слабого сигнала и попытаемся подключить тебя к пятому механоиду. Операция по оценкам должна занять максимум часов пять. Два на подключение, час на саму тренировку на полигоне и ещё два на выход. Готов?