Чтение онлайн

Он порывисто выпрямился. Смерил меня взглядом с высоты своего роста, отчего я ощутила себя маленькой и хрупкой. Светлые глаза словно подернулись морозной дымкой, когда он спросил: 

– Почему раньше не сказала? 

Я слабо подернула плечами: 

– Это сильно бы все усложнило. И для тебя, и для меня. 

По лицу Вани скользнула тень, словно он вспомнил нечто неприятное. Мне вдруг стало страшно, что он уйдет сейчас, оставит меня одну, скажет, что это только мои проблемы, а у него своя жизнь… 

И так ведь все и было. У него была своя собственная, счастливая жизнь, а я… А я по кругу повторяла себе, что у меня попросту нет иного выхода. Нет выхода! 

– Нам нужно сделать тест на днк, - решительно заявил Ваня. 

Я вздернула голову. Стоило этого ожидать, но почему-то я совершенно об этом не подумала. 

– Только не сейчас, - буквально взмолилась я.
– Лиза и так очень… переживает. Она плакала почти всю дорогу от страха, что он нас найдет. Что догонит… 

Я и сама вспоминала этот путь с дрожью. Как постоянно оглядывалась в ужасе по сторонам, ожидая заметить преследование. Как боялась, что каждое мгновение может стать последним… 

Не переживала ничего страшнее в своей жизни, чем в тот момент, когда он отобрал у меня дочь. Когда поняла, что не могу сделать ничего, чтобы ее защитить. Что моя девочка - в руках монстра, а я - беспомощна перед ним. Одинокая, бессильная… 

Лицо Вани переменилось, снова сделалось мягким, понимающим. Он осторожно спросил: 

– Ты же понимаешь, что он станет искать вас здесь в первую очередь? 

Я нервно кивнула: 

– Да, но он нашел бы нас где угодно… А здесь я хотя бы… могу надеяться на помощь. 

Я отчаянно вцепилась в его напряженную руку. Наверно, никогда не прощу себе еще и этого греха. Вероятно, это моя участь - сжирать себя день за днем за свои ошибки. 

– Помогу, раз обещал, - серьезно произнес Ваня.
– Но я должен знать правду о том, кто ее отец. 

На душе заскребло. Но мне не оставалось ничего иного, как сказать: 

– Конечно… 

Он снова присел напротив, не делая попытки приблизиться, но простое его присутствие рядом успокаивало. 

– Почему ты не привезла Лизу сюда раньше?
– спросил негромко и я покачала головой в ответ: 

– Я отчаялась. Поняла, что все бесполезно. Что все, что мне остается - это тайно ездить к дочери, чтобы увидеть ее хоть глазком… 

– И что изменилось? 

Я подняла на него глаза: 

– Я снова встретила тебя. 

Он промолчал, лишь сурово поджал губы. 

Мой рот искривился в слабой, болезненной улыбке. 

– Знаешь, у меня ведь так и не появилось никого ближе, чем ты… За всю мою жизнь я так и не нашла ни в ком… того, что было в тебе. 

Руки снова начали подрагивать, не находя поддержки и опоры. Я вскочила на ноги, отвернулась к окну. 

– Прости… - выдохнула совершенно искренне.
– Я не имела права… 

– Мы не чужие люди, - грубо перебил он. Я всем телом ощущала его присутствие за своей спиной, напряглась, как струна, не зная, чего ждать дальше… 

– Уже поздно, - добавил он после паузы.
– Хочешь, останусь тут, чтобы вам было спокойнее? 

Он произнес последние слова как-то странно, словно бы неуверенно… 

Я обернулась к нему: 

– А ты сам хочешь остаться? 

Он нахмурился. Отрезал жестко: 

– Речь не о том, чего я хочу. Речь о том, как для вас безопаснее. 

– Тогда оставайся, - сказала я, ощущая, как от сердца, пусть и ненадолго, отступает тяжесть. 

И он кивнул. Коротко, смиренно, словно принимал нежеланную участь.

Мне удалось войти в то состояние, которое я называла самосохранением. Получилось отключить в себе все чувства, все эмоции, всю ту боль, что испытывала, когда думала о Ване и о том, как он со мной поступил. Я так хвалила себя за это… Так надеялась, что все ощущения, что я упорно загоняла куда подальше, никогда больше не вернутся…

Мысленно называла себя не иначе, как «молодец», но во снах неизменно все возвращалось с новой силой. Тогда я просыпалась, садясь на постели и надсадно дыша. Следом пробуждался Никита, хотя, сын всегда спал богатырским сном, а я старалась ничем это состояние не потревожить. В такие моменты я была настолько уязвимой, что на меня вновь и вновь накатывали чувства горечи и отчаяния. Так было поначалу. Позже я научилась справляться и с этим, приказав себе злиться. Я тащила это чувство откуда-то изнутри и понимала, что с каждым таким усилием мне приходится перерождаться. Превращаться совсем в другую Мию.

Впоследствии дело стало за малым - не позволить себе пожалеть о том, что в итоге я перестану быть собой прошлой…

– Девушка! Девушкаааа!
– раздался позади глубокий низкий голос.

Я резко обернулась и крепче ухватилась за ручку коляски. Появилось иррациональное желание спрятаться и, первым делом, укрыть Никитку. Я даже удивилась тому, что испытала именно эти эмоции, ведь для них не имелось никакого повода.

Напротив меня стоял невысокий и коренастый мужчина. Он широко улыбался и протягивал мне… погремушку.

– Вы это обронили, - сказал мужчина и сделал шаг ко мне.
– Наверно, о чем-то задумались.

Я присмотрелась к игрушке. Такой у нас в арсенале с сыном точно не имелось. Помотав головой, тоже растянула губы в улыбке, насквозь, надо сказать, фальшивой.

– Она не наша, спасибо, - сказала в ответ. Собралась уже развернуться и уйти, но подумала, что это будет не очень-то вежливо, потому прибавила: - Попробуйте расположить ее на той скамье. Или на ветках дерева на уровне глаз. Думаю, тот, кто ее потерял, обязательно отыщет игрушку, если так сделать.

Мужчина кивнул, я же отвернулась и продолжила путь домой. Странное ощущение, будто мне нужно попросту взять и сорваться с места, не отступало. Но всему виной наверняка было мое нервное состояние, ведь в последнее время я не узнавала саму себя. И да… злись, Мия, злись… Лишь бы только снова ощущение горечи не затопило тебя с головой.

– Можно я вас провожу?

Голос того самого мужчины раздался чуть позади меня. Я обернулась и с удивлением обнаружила, что он опять рядом. Шагает возле меня буквально в полуметре, но при этом делает это так бесшумно, что даже страшно стало.