Чтение онлайн

Лейла изумленно качала головой, глядя по сторонам, словно ждала, что из кустов вот-вот выскочит какой-нибудь телеведущий. А потом толпа расступилась, и тренер вывел вперед единорога, на котором сидел Иэн. Он попытался поднять забрало шлема, но оно снова падало со щелчком.

Увидев его, Лейла захохотала, она просто согнулась пополам от смеха. Иэн пыхтел и дергал забрало, потом наконец снял шлем и бросил его на траву.

– Лейла, я люблю тебя всем сердцем! – начал он. – Ты безумная, сексуальная женщина! И если тебе хочется волшебных сказок, пусть даже таких ненормальных, обещаю: я постараюсь дарить их тебе каждый день. Лейла Свейн, ты выйдешь за меня?

Он показал на сияющий фальшивым золотом рог единорога, на котором поблескивало на солнце кольцо его бабушки, и на поющую овечку, стоявшую впереди всех и блеявшую мрачную песенку «Лев сегодня спит» из мультфильма.

Лейла плакала и хохотала, держась за бока, с обожанием глядя на Иэна, а толпа начала аплодировать.

– Слезай оттуда, чокнутый! – крикнула Иэну Лейла.

Тренер и ежик в балетной пачке помогли Иэну спуститься на землю, гремя доспехами. Он потащился к Лейле, попутно раздавив поднос с пирогами и заставив Беверли невольно вскрикнуть.

– Так что? – спросил Иэн. – Ты за меня выйдешь?

– Конечно выйду, ты же совершенно чокнутый! – визжала Лейла, обнимая Иэна и целуя его. – Только сначала объясни мне, что все это значит, что за невероятная фигня здесь происходит? Зачем все эти русалки и овцы, да еще и танцующие ежики?

Минни шагнула вперед, держа аккуратно обернутую в розовую бумагу тарелку с печеньем «Нутелла».

– Это то предложение, о котором ты мечтала, помнишь? – сказала она, улыбаясь от уха до уха, а Лейла уставилась на нее непонимающим взглядом. – Вспомни! Нам было по семнадцать, мы были у меня дома, смотрели романтические комедии, и ты сказала, как представляешь себе идеальное предложение руки и сердца. Ну наверное, это не совсем то, но главная идея – это романтическая диснеевская фантазия, о которой ты мечтала!

Минни раскинула руки, показывая на все, ожидая, что в памяти Лейлы что-то щелкнет.

– Я совершенно не помню того разговора, – смущенно ответила Лейла, глядя на Минни расширившимися глазами, потом повернулась к Иэну. – Только не говори, что ты все это устроил из-за случайного разговора между мной и Минни тринадцать лет назад?

Иэн посмотрел на Минни и закрыл лицо ладонями.

– Я-то думала, это был важный разговор! – воскликнула Минни.

– Определенно он не был важным, – засмеялась Лейла.

– Что происходит? – спросила Флер, подходя к ним.

– Лейла не помнит своих фантазий об идеальном предложении, – покачал головой Иэн.

– Это был важный разговор! – повторила Минни, подпрыгивая на месте.

Как Лейла могла забыть? Она ведь тогда рассуждала обо всем так страстно!

– Да вы шутите? – удивилась Флер, уставившись на Минни и уперев руки в бока.

Толпа восторженно завопила, когда Лейла прыгнула в объятия Иэна и они оба рухнули на одеяло для пикника. А когда они еще и перекатились с места на место, целуясь, все просто завизжали. Минни улыбалась. Если Лейла и не помнила ничего, выглядела она счастливой. Да, ее подруга обручилась с любимым, и теперь даже на глазах Флер выступили слезы.

Хвост Минни завибрировал. Она оглянулась, хлопая по нему, – телефон она сунула под одну из чешуек. И, воспользовавшись предлогом, отошла в сторонку, чтобы избежать новых вопросов Флер.

– Мам?

– Минни… – Ее мать задыхалась. – Кое-что случилось, и я не знаю, что делать…

– С папой все в порядке? – тут же спросила Минни, зажимая пальцем второе ухо и отходя еще дальше от толпы, чтобы расслышать слова матери.

– Я у Тары Хэмилтон, в Примроуз-Хилле…

Почему вдруг она оказалась у Тары?

– Ей нехорошо, говорит, это сердечный приступ, она начала задыхаться… Однако я подумала, что это паническая атака. Я хотела вызвать «скорую», просто на всякий случай, но она закричала на меня, требуя не делать этого. Она хочет видеть Квинна, а я не могу найти ее телефон. У тебя есть его номер?

Минни совершенно не могла понять, как ее мать угораздило попасть в дом Тары. Неужели после всех этих месяцев она наконец решила встретиться с ней и услышать ее версию всей истории?

– Тара страдает повышенной тревожностью… Да, наверное, это паническая атака. Я приеду, я недалеко, а по пути позвоню Квинну.

Минни повернулась к толпе, крикнула: «Мне нужно уйти!» – потом подхватила свой хвост и побежала к ближайшей улице. Она поймала такси на Бейсуотер-роуд и велела водителю поспешить. Из такси она позвонила Квинну. Он ответил мгновенно.

– Минни… – произнес он, и прозвучало это почти нежно, что было странным, поскольку они расстались не слишком хорошо и не разговаривали целый месяц.

– Думаю, у твоей мамы паническая атака, – быстро сказала Минни. – С ней моя мама, она мне позвонила, сказала, что Тара задыхается. И ей кажется, что у нее сердечный приступ.

Квинн на другом конце линии молчал. Минни слышала собственное тяжелое дыхание после пробежки через парк.

– Я сейчас приеду. Минни, спасибо, что сообщила, – хриплым голосом произнес Квинн.

– Я в такси, буду там через минуту.

Такси остановилось перед голубым домом, и Минни выскользнула наружу. Выскользнула, поскольку на ней все еще была юбка-хвост, позволявшая делать шаг не более пяти дюймов. Так что ей пришлось выбросить ноги из машины вперед, а уж потом она смогла встать, как какой-нибудь тотемный шест, который поднимают перед домом. Пока бежала через парк, Минни расстегнула боковую молнию хвоста, но эта молния либо открывалась до конца, либо закрывалась, – и Минни сверкала ярко-розовыми трусиками на виду у всех гуляющих в парке. В спешке она не прихватила сумку со своей одеждой, взяла только маленькую сумочку и кошелек. И теперь, шаркая ногами, подошла к переднему окну машины, чтобы рассчитаться с водителем.

Водитель был пожилым ливерпульцем с длинными седыми баками, в бежевой плоской фуражке.

– Я думал, вам нужно будет в парк Финсбери, – сказал он, в улыбке демонстрируя Минни желтые от табака зубы. – Рыба, – пояснил он, кивая в сторону ее хвоста, – как в парке Финсбери. – Он насмешливо подмигнул, наклонив голову набок.

– А, понимаю, ха-ха, очень смешно, – ответила Минни.

Она запрыгнула на крыльцо и нажала на кнопку звонка. Дверь открыла Конни. Она застыла, оглядывая Минни с головы до ног. Ее губы шевельнулись, как будто она пыталась найти слова, но те не находились. Наконец она спросила:

– Что это значит?

– Долгая история. Как Тара, в порядке? И что ты вообще тут делаешь?

Мать коротко махнула рукой, ее взгляд метнулся из стороны в сторону, как будто она боялась, что соседи увидят на крыльце русалку.

– Мы просто разговаривали, – зашептала Конни Купер, ведя дочь в гостиную. – Я не знаю, что на нее нашло, но у нее началось что-то вроде панической атаки, она стала хвататься за грудь. Дрожала с головы до ног, задыхалась, словно вообще не могла вдохнуть.

В гостиной на диване лежала Тара, опираясь на гору подушек. Она была белой как бумага. Ладони она прижала к глазам и медленно качала головой вперед-назад.