Через год в это же время
Шрифт:
– Ладно, ответь мне честно, – сказала Лейла, глядя на программу, как будто искала вопросы на ее страницах. – Ты думаешь о нем, когда вечером ложишься в постель?
Постоянно… и о нем же всегда ее первая мысль, когда она просыпается…
– Ну не каждый вечер… время от времени, – соврала Минни.
Лейла снова нахмурилась:
– А кто-нибудь еще приглашал тебя куда-нибудь за последние месяцы, но ты отказалась, поскольку они не Квинн?
– Нет… ну… – Говорила ли она Лейле о Тино из их кейтеринговой компании? Черт, коварный вопрос! – Был один парень, но я отказалась, потому что у него странные бакенбарды, а не потому, что он не Квинн.
– Ну странные бакенбарды раньше тебя не пугали. Ладно, еще один вопрос. Как ты себя почувствуешь, если он приведет в ваш маленький клуб пловцов какую-нибудь свою подружку?
– Да откуда тебе знать, что у него есть подружка? – Минни сдвинулась на стуле вперед и наклонилась к подруге. – Ты что, видела его с кем-нибудь?
У Минни перехватило горло, слова прозвучали сдавленно.
Лейла раскинула руки, как ведущий, готовый поклониться:
– Отзываю вопрос. – И тут же показала на подиум. – Посмотри-ка, это один из самых интересных модельеров… Как тебе?
На подиуме появились семь моделей, одетых в семь цветов радуги; их бальные платья казались одновременно и жесткими, и элегантными.
– Все это сделано из пластика, выуженного в море, – объяснила Лейла.
– Ух ты… невероятно! Бев это понравилось бы. – Платья и в самом деле были эффектными, но Минни поспешила вернуться к главной теме разговора: – Я серьезно, ты его видела с кем-то? Мне все равно, просто скажи.
Лейла снова всмотрелась в подругу:
– Ты сама-то прислушайся к тому, что говоришь. Твердишь себе, что он настоящий фанатик долга. И по какой-то причине предпочитает одноразовые отношения, которые не требуют от него слишком многого. Может, у него никогда не было дружбы с крутой, интересной женщиной и он не хочет все портить. Черт побери, в этой накидке жарко! – Лейла сняла накидку из сахарной ваты и сунула ее под стул. – Как я выгляжу без нее?
Лейла могла точно так же спросить верблюда, что он думает о политической ситуации в Мозамбике.
– Лучше некуда, – ответила Минни. – Так ты полагаешь, Квинн пока просто ждет своего часа?
– Нет, я полагаю, он уже имеет все самое лучшее. Он может поболтать с тобой по душам… без каких-либо обязательств или ожиданий, потом он может переспать с очередной мисс Tinder, если ему захочется… и тоже никаких обязательств или ожиданий. С любой стороны для него выгода, а для тебя с любой стороны проигрыш. – Лейла помолчала, погладила колено Минни. – Ты яркая, забавная, потрясающая женщина! И не продавай себя дешево, Минни, вот и все, что я говорю.
Лейла встала и принялась аплодировать, когда модельеры по очереди вышли на подиум со своими моделями. Минни тоже уныло захлопала. Возможно, Лейла права. Минни никогда не думала обо всем именно так. Была ли она платонической подружкой выходного дня? Подружкой без ожиданий, без свиданий, без обязательств? Однажды он мог просто прекратить все это, и у нее не осталось бы возможности с ним встретиться… А что будет, если она сама не придет завтра? Они встречались уже семь недель. Если она не явится, позвонит ли он? Будет ли разочарован? Заставит ли это его броситься на поиски, связать себя какими-то обязательствами, не ограничиваясь булочной болтовней после плавания?
На следующее утро Минни проснулась в шесть, все еще перевозбужденная после модного показа и мучаясь нерешительностью. Накануне вечером она решила, что не должна идти на пруды. У нее накопилось слишком много дел. Наконец у нее было достаточно денег на депозите, и она нашла квартиру в Уиллесдене – и даже получила вчера ключи. Ей нужно перевезти свои вещи и устроиться перед завтрашней работой.
Шесть пятнадцать. Но ей отчаянно хотелось пойти в парк. Она просто не могла отказать себе в коротком наслаждении от встречи с ним. Шесть тридцать. Нужно выйти уже сейчас, если она хочет добраться вовремя. Минни оделась. Ладно, она отправится в ту сторону и по пути решит, что ей делать. Она всегда может выпить кофе одна в Хайгейте. Незачем ехать так далеко, на пруды, если она все-таки надумает…
Семь тридцать. Кого она дурачит? Конечно, она пойдет туда и увидится с ним. Да она уже шла по дорожке к прудам с внезапно возникшим чувством слабости. Проверка самой себя заставила Минни осознать, насколько она стала зависеть от этой еженедельной дозы счастья. Она оглядывалась, взглядом ища Квинна. Обычно он приходил в половине восьмого. А что, если на этой неделе он не придет? Что, если он не придет, и она бы не пришла, а он бы даже и не узнал, что она не приходила, и ее глупая проверка оказалась бы бессмысленной…
– Привет!
Она ощутила прикосновение к локтю, и это было похоже на электрический удар.
Минни обернулась, а он смотрел на нее сверху вниз с улыбкой. Кровь быстрее побежала по венам Минни… Наркотик подействовал.
– Я подумала, может, ты не придешь, – сказала она, глядя ему в глаза.
– С чего бы это? – ответил он, не отводя взгляда.
Они поплавали, как обычно, вытерлись, оделись. Иногда, когда они вытирались, Минни казалось, что Квинн посматривал из-под полотенца на ее ноги, но тут же отводил взгляд. А потом Минни гадала, не померещилось ли ей это.
Когда они вместе шли к фургону Барни, Минни на ходу продолжала вытирать полотенцем волосы.
– Ну и как прошла неделя? – спросил Квинн.
– Неплохо. Я получила ключи от новой квартиры в Уиллесдене. Сегодня днем переезжаю.
– Больше не будет тикающих часов или я могу зайти и повесить какие-нибудь в твоем новом жилище, чтобы ты чувствовала себя как дома? – И он как-то криво усмехнулся.
– Нет, спасибо. Я с нетерпением жду, когда смогу просто выспаться без этого шума. – Минни помолчала. – Но ты мог бы мне помочь перевезти несколько коробок… если у тебя нет каких-то планов.
Что она делает? Она нарушила неписаное правило, разбила стеклянный колпак, открыв границы. Их дружба действовала только в Хэмпстед-Хите, а переезд в новое жилье был неведомой территорией, не отмеченной на карте.
Квинн повернул голову, чтобы посмотреть на Минни, и в его глазах вспыхнул вопрос. Она была уверена, что он подумал то же самое. Да, просьба прозвучала вроде бы невинно, как призыв к дружеской помощи.
Но они оба знали, что это не так.
– Ты уверена, что тебе хочется, чтобы я помог? – тихо и серьезно спросил Квинн. – Я ведь могу оказаться, скорее, помехой.
Он пытался переубедить ее. Глупо было просить. С чего бы вдруг ему захотелось помогать ей с переездом?
– Забудь! – отмахнулась Минни, изображая чересчур бодрую улыбку. – Конечно, никому не захочется тратить вот так воскресный день. – Она прибавила шагу, желая обогнать Квинна; ей не хотелось, чтобы он заметил ее разочарование. – Ладно, чья очередь покупать булочки? Вроде бы твоя, приятель.
Они подошли к фургону, у которого стояли двое. Квинн ничего не говорил уже несколько минут, и Минни вдруг заметила, что щиплет сама себя за руку.