Чтение онлайн

– Ты слишком много от них хочешь.

Мужчина спокойно посмотрел на голубя:

– Ну, так я все-таки отец. А родители всегда хотят лучшего для своих детей. Я действительно люблю их: глупых и умных, взрослых и маленьких, красивых и уродливых. Детей не выбирают, их просто любят и воспитывают.

– Тогда помоги им, Ты же знаешь - они не выживут друг без друга!

– Если поймут – сами со всем разберуться. Да и не могу же я всем помогать. Для этого есть хранители, и то, как ты понимаешь в разумных пределах. – покачал он головой.
– Дай им немного свободы и прекрати следить за каждым шагом.

– Я слежу так только за последними воплощениями, - тихо возразил собеседник.- Потому что думаю, что в этот раз они справяться.

– Блажен, кто верует. Справяться , говоришь? Смотри, что было в ее голове год назад. Тебе напомнить?

Мужчина протянул руку над столом ладонью вверх, и в тишине, нарушаемой только негромким стуком ставень, вдруг зазвучал наполненный мукой женский голос:

– Смотрю в окно твоими глазами, суицидальным взглядом…Четко представляю, чего не хватает на этой площадке внизу. Очерченного мелом силуэта на асфальте, белые линии ,отображающие чьё-то тело в причудливой позе. Что тебе больше нравиться, Бог: венки или маленькие засушенные цветочки , а может, просто клочки бумаги, чьи-то вопли или, размытыми от дождя и времени, рисунки?! Почему? – в голосе послышались слезы.
– Кто-то вернет то, что забрал, кто-то унесет то ,что даровал. Кто-то останется, кто-то вслед плюнет, кто-то улыбнется , а у другого рот искривится в улыбке .Чьи-то глаза застынут от безысходности. Большинство всё же не заметят, а те ,кто заметят, изо всех сил будут стараться забыть или забить в себе то, однажды увиденное. У одного хватит сил и он признается себе, хотя бы себе… Другой будет беззвучно расправлять свои сгнившие крылья в помутневшей ночи и шептать. И шепот его будет будить всех вокруг: ” Господи, прости, Господи, прости…”

Голос становился все тише и скоро пропал совсем. Мужчина достал из кармана джинс серебрянную табакерку и неторопливо начал набивать трубку во второй раз. Его собеседник снова заговорил:

– Ты знаешь, что я не имею права читать мысли, но право видеть души Ты мне оставил…

– Да и что ты хочешь этим сказать?

– Она никогда не отказывалась от веры.

– Я знаю. – голос у мужчины потеплел.
– Даже, когда по ее мнению, хуже быть не могло, когда она отказывалась говорить со мной, когда дулась, и когда страдала по-настоящему, я все равно слышал ее голос и горжусь ею.

– Тогда почему Ты в нее не веришь?

– Кто тебе сказал такую глупость? Время покажет, я просто думаю, что она еще не готова, вот и все. Момент не подошел, хоть ты и уверен в обратном.

– Тогда, может, хватит ее испытывать?

– Ну это уже не тебе решать. И потом, я никогда не даю больше, чем человек может выдержать. Мой сын смог… - он помолчал, и по лицу словно пробежала тень. – И она тоже справиться.

– Твой сын. – слова были повторены с той же интонацией.
– Иногда мне и правда кажется, что у Тебя нет сердца.

– Так было нужно… Я чувствовал каждый гвоздь, который впивался в его тело. Каждый терновый шип, терзающий кожу. Не суди ни их, ни меня.

– Никого я не сужу. Я ведь не имею права. – послышался горький голос.
– Я не тень и не свет, всего лишь хамелеон.

– У тебя тоже был выбор. То, что т вое прошлое всегда будет с тобой - всего лишь результат твоих деяний.

– Ты, - голос запнулся, - Ты никогда не простишь меня?

Мужчина не торопился с ответом. Он убрал ноги со стула, встал, подошел к печи, выложенной керамической плиткой, достал большими щипцами оттуда уголек, раскурил трубку и лишь после всего произнес:

– Не мое прощение тебе нужно. Я и так люблю тебя, ты ведь тоже мой сын, и давно простил, - ты знаешь.

– …

– И тут тоже нужно время. – мужчина снова выпустил кольцо сизого дыма.
– Много времени, быть может, но когда нибудь, ты снова обретешь то, что так глупо потерял.

– Но я не мог иначе!

– Мог, сын, мог. Но разве в этом теперь дело? Бери пример с Дари. Думаешь ей нравится жить, покровительствуя тем, кого раньше даже не замечала? Нет, но за все ошибки нужно уметь отвечать.

– Тогда обьясни.

– Обьяснить что? Что черное- это черное, а белое – белое? Ты просто не хочешь принять, а понимать , ты все понимаешь. Однажды... – он загадочно улыбнулся.
– Слушай свое сердце.

Мужчина подошел к окну и мечтательно облокотился на подоконник:

– Смотри, разве это не прекрасно?

Голубь вспорхнул на подоконник:

– Ты все сделал так, чтобы Ей понравилось?

– Ничего-то от тебя не скроешь…

Вид из окна, действительно, открывался сказочный. Горы вобрали в себя все оттенки синего, серого и черного. Чем дальше стояла вершина – тем темнее она казалась, но местами, окутанные туманами скалы висели в молочно- белой дымке, смешиваясь с заснеженными шапками льдов. Облака низко лежали почти прямо на камнях, окутывая мягкой пушистой периной острые горные пики. Солнце переливаясь играло на снежном насте, так что было больно глазам. Мужчина, однако, даже и не подумал сощуриться. Он отодвинул занавеску и выглянул наружу:

– У меня даже яблони цветут. Сами по себе. – похвастался он.

– Ага, в конце лета. Самое время для цветения. Странное у тебя чувство юмора.

– А у меня здесь всегда весна. – парировал мужчина. – Имею право.

– Да пожалуйста, хоть крокодилов в пруд запусти.

– Я делаю лишь то, к чему сердце лежит. А крокодилы - то тут причем?
– спохватился он.

– Ну драконов можно. Маленьких. – уточнил голос.
– Или еще кого. А вообще-то, Она любит родниковую воду.

Мужчина усмехнулся, отодвинул занавеску и осторожно взял голубя на руку:

– Как тебе это?

Маленький горный родничок, обложенный камнями по краю и белой мраморной крошкой по дну, бил в глубине сада. Из чаши брал начало звонкий быстрый ручей, который потом спускался дальше по склону. Над ним нависали серебристые тополя, а по поверхности воды скользили белые яблоневые лепестки.

– Гмм... – протянул тот. – Не хватает только золотых рыбок и…

– Удочки…- закончил мужчина и рассмеялся. – Ладно тебе, Боги тоже иногда хотят отдыхать, если уж пить, так чистую воду, а если Ей нравиться гольф, не сложно и устроить маленькое развлечение. Не так уж часто у нас каникулы.

– Слава Тебе, не часто. Каждый раз, когда ты уходишь в отпуск, внизу, черт знает что, происходит.

– Не выражайся, пожалуйста. – поморщился мужчина.

– Не буду, - согласился голос.
– Но дела это не меняет, в прошлый раз у моих началась вторая мировая. Не очень- то весело было, знаешь.

– Знаю. Но , поверь, она случилось бы и без меня. В этом мире закономерно все и уравновешено. Как часы. Если где-то убудет, где-то сразу же прибудет. Закон сохранения энергии.

– До поры, до времени.

– Да. До поры, до времени. – повторил мужчина и пожал плечами. – Я же говорю – еще пару тысяч лет…

– Я не про это. Что Ты хочешь делать с медальоном?

– Я?
– удивился он.
– Ничего. А что ты хочешь, чтобы я сделал? Это твои подопечные. Единственное, я бы тебя попросил не мешать временные рамки. История с Гармоном уже закончилась, ты же сам в ней участвовал. Не поднимай ее из аналов.

Он отошел от окна и направился к входной двери. Ответ застал его на полпути:

– Это одно из воплощений - я тут не причем.. Она сама видит то, что происходит с ее другой жизнью. Да, та история закончилась, и не без моего участия, но раз медальон нарушил рамки, может измениться ход всех событий и всех воплощений. Мне пришлось оставить там одно из лучших тел, и все пошло прахом. Я только надеюсь, но Ты? Ты ведь знаешь, чем все закончится?