Чтение онлайн

С другой стороны, в нашей милиции есть, так называемые, показатели работы. Это означает, что каждое подразделение должно в отчетный период завести столько-то уголовных дел и раскрыть столько-то преступлений. Короче говоря, плановое хозяйство. Как же выполняется план, если учесть, что наша милиция охраняет тех, на кого нужно заводить дела?

Есть разные способы. Один из них всем известный — бить подозреваемого до тех пор, пока он не сознается в том, что совершил или чего не совершал.

О другом способе я узнала, работая в рамках благотворительности в женской колонии. Одна из заключенных, девушка 18 лет, рассказала мне, за что она получила срок. Эта девушка поссорилась с матерью и ушла из дома. А кушать — то хочется, вот и посоветовала ей подруга подзаработать. Местные милиционеры по борьбе с наркотиками платили по 300 грн. тем, кто позволял на себя завести дело за употребление наркотиков, которые никогда не употреблял. Дело открывалось, план выполнялся, а потом это дело закрывалось. Так решила подзаработать и эта девушка, однако, ее дело не закрыли, как обещали, а дали ему ход. В результате она попала в колонию на 2,8 лет, а отдел по борьбе с наркотиками выполнил план.

Люди боятся нашей милиции и не хотят с ней связываться. Там круговая порука и, если надо, посадят невиновного, а отпустят убийцу. Те, кто призваны нас защищать, вселяют в нас страх.

Конечно, есть и те представители милиции, которые пришли по призванию, но таким там очень тяжело, они там чужие.

У нас в голове: у меня нет никаких прав.

Еще совсем недавно считалось, что бизнеса в нашей Социалистической Родине не было, а само слово было нарицательным. Однако это совсем не так. Бизнес в Советском Союзе был очень развит. Причем виды деятельности в этом «бизнесе» были ноу-хау нашего народа и не были известны всему цивилизованному миру, до тех пор, пока их туда не привезли наши сограждане еще в первую волну послевоенной эмиграции в 70-е годы 20го века.

Бизнесмены при Советском Союзе были разные. Например, существовали, так называемые, «цеховики». Это предприимчивые люди, работающие на государственных заводах и фабриках, и организовавшие на этих фабриках выпуск продукции из сэкономленного сырья, деньги, от реализации которой, шли непосредственно им в карман. Нужно сказать, что, так как сырье было ни твое, ни мое, а наше, то экономить его никто не собирался. А они экономили, на чем хорошо зарабатывали. Это была целая подпольная индустрия, которой занималось руководящее звено предприятий, порой, совместно и с министерствами.

Следующая категория «бизнесменов» представляла собой работников торговли, которые ухищрялись делать большие деньги на своем месте. Например, при помощи пересортицы, т. е. выставляли в продажу товар более низкого качества по более высоким ценам. При тогдашнем тотальном дефиците люди расхватывали все, что продавалось, причем в огромных очередях, и были счастливы, если им доставалось. Тогда так и говорили «я достал», не «купил», а именно, «достал», а уж сортом никто не интересовался. Этим занимались заведующие магазинов совместно с торговыми базами, управлениями торговли и т. д. Непосредственно продавцам в этом «бизнесе» доставались крохи.

Но у продавцов были свои виды «бизнеса» — это продажа «из-под полы», недовес и обсчет. Не хочу сказать, что они не платили «дань» своему начальству и ОБХСС — органу МВД, который тогда контролировал всю хозяйственную деятельность, но себя не обижали.

Остановлюсь на этом поподробнее для тех, кто, по-молодости, не помнит тех времен и для тех, кто, по-старости, уже успел забыть и скучает по ним.

Так вот, в магазинах при Советском Союзе ничего не было, в буквальном смысле. Не было мяса, не было колбасы, не было сыра, не было кофе, не было одежды, которую не стыдно было надеть, не было приличной обуви, не было мыла, не было лака для ногтей, не было краски для волос, не было, не было, не было НИЧЕГО. Исключение составляла Москва, в которой все-таки что-то было, и вся страна ездила в Москву «скупаться».

Полки в магазинах были пустые. Однако периодически товар «выбрасывали». Это значит, что вдруг что-то привозили в магазин, например, колбасу, и тут же организовывалась огромная очередь из скитающихся по пустым магазинам женщин. Кто первый увидел, что «выбросили», старался занять очередь не только для себя, но и для своих родственников и знакомых. Положение осложнялось тем, что в «одни руки» не разрешалось давать больше, чем устанавливала очередь. Например, «выбросили» колбасу, но мало, как обычно всем в очереди не хватит. Очередь сзади кричит: «В одни руки не больше полкило». Вот так! Впереди возмущаться начинают, но ничего не поделаешь, приходится подчиниться, а то очередь «загрызет».

Иногда «выбрасывали» в самые неподходящие моменты нашей жизни и приходилось менять все свои планы, чтобы приобрести дефицитный товар. Мои знакомые до сих пор вспоминают, как будучи молодоженами, решили прогуляться по Дерибасовской. Лето в Одессе, красота, идут, радуются жизни. Вдруг увидели, что посреди улицы резко собирается толпа и самоорганизуется, выстраиваясь в рядочек.

«Что-то дают», — решили они. Подбежали, действительно «дают», и «дают» туалетную бумагу по 10 рулонов в руки.

Очень повезло ребятам, ведь у них две пары рук, и им «дали» 20 рулонов. Правда, прогуляться в тот день так и не удалось, но «достать» столько этой самой бумаги удовольствие дорогого стоит. Ведь в те времена «достать» ее было практически невозможно, «выбрасывали» ее редко, и простому смертному приходилось для «этой цели» пользоваться газетами. Благо этого добра было предостаточно. Тираж только одной газеты «Правда» мог удовлетворить потребности в этом деле всего нашего народа, тем более, что выписывать ее был обязан каждый коммунист, из которых состояла наша страна.

Обратили внимание, что нигде не звучит глагол «купить»? В те времена говорили: выбросили, давали, достал. То, что «давали» и «выбрасывали», как правило, было отвратительного качества. Все, что представляло интерес, с точки зрения советского человека, не «выбрасывали» и не «давали», а продавали «из-под полы» по завышенным ценам. И это уже называлось «достал».

Вспоминаю анекдот:

Идет иностранец, видит, толпа людей сбегается в кучу.

«Что случилось», — спрашивает он у своего спутника.

«Так это, наверное, что-то выбросили», — отвечает тот.

Подошел иностранец, посмотрел и говорит: «Понимаю, у нас такое тоже выбрасывают».

Особо прибыльным «бизнесом» считалась торговля разливным пивом. Любителей выпить кружку холодного пива всегда много, а самого пива в стране не хватало. Но наши, от природы предприимчивые люди, быстро сообразили, как, не увеличивая количества пива, увеличить количество его продажи. Во-первых, они наливали пива всего пол бокала, а остальное заполняли пеной. Для этого нужна была особая сноровка при наливании. Кроме того, некоторые продавцы добавляли в бочку с пивом пенящееся вещество, например, стиральный порошок, что делало наше советское пиво таким пенным.