Чтение онлайн

– Ты чего здесь делаешь, стрекоза? Марш отсюда, не отвлекай молодого человека.

– Всего то на минуту зашла...

– Давай, давай, уходи.

– Ну вот, всегда так, - уныло тянет Людмила и покорно идет к двери.

Как только она исчезает, Алевтина мне говорит.

– Вы уж, молодой человек не обижайтесь на нее. Бабы, они все бабы, хочется им хорошей жизни и любви, вот некоторые и маются на свете в поисках принца.

– Но это же не плохо.

– Конечно, но где взять этих прекрасных принцев. Кстати, она вам здесь ничего не наболтала?

– Да нет.

– Ну и слава богу. А то такая болтушка, такая... Вам еще чего-нибудь принести?

– Нет, не надо. Я лучше приду завтра, а вы мне не подготовите материалы переписки между Копянском, министерством и другими организациями по поводу развития энергетических мощностей.

Бабка кивает головой.

– То что найду, дам.

– Тогда, я пойду. Можете взять все эти документы.

– Хорошо. До свидания, молодой человек.

Всю неделю, как примерный мальчик, хожу в контору и просматриваю документацию по Копянску. Болтушка, Людочка, часто застревает в моей комнатенке и выкладывает обо всем и обо всех. Так я узнал, что у Марии два года назад умер муж, что ее сестра Катя - стерва, а в Копянске все больны и вагонами пьют водку.

– Мы здесь набирали уже несколько групп специалистов в этот город и всегда одно и тоже, - рассказывает она, - либо сбегают, либо там спиваются.

– Как это сбегают?

– Да так. Доедут до Копянска, осмотрятся и назад...

– А как же договор, деньги?

– Никак. Одни сбегут, потом ищи-свищи их по всей России. А те которые возвращаются сюда, готовы пересмотреть договор и вернуть деньги назад.

– Что же там такого страшного, что люди не выдерживают?

– Химия... Вредность большая...

– Ты так напугала, что я тоже наверно сбегу.

– Нет, вы не сбежите. Начальство не сбегает. Это работягам тяжело, а начальник что..., дал команду и ушел с опасного места...

Раздается стук двери, входит Алевтина и с укоризной смотрит на Людочку.

– Ты опять здесь? А ну давай, на свое место.

– Я объясняю Андрею наши порядки, он их еще не знает.

– Давай, давай..., знаю я твои порядки.

Расстроенная Людочка покидает комнатенку.

– Она вас не очень отвлекала?
– спрашивает бабка.

– Да нет.

– Вам бы надо сходить в первый отдел. Я там с Аллой Васильевной договорилась, она вам еще кое-какую почту покажет. Это переписка касается Копянска...

– Это по поводу происшествий?

– Да и еще кое что, что вам необходимо знать.

– Большое спасибо, сейчас пойду.

Быстро пролетело две недели, наконец наступил день отъезда. Я стою у вагона и жду Катю. До отхода поезда осталось пять минут, а ее все нет. Одна минута... и тут я вижу как к нам несется группа людей с носильщиком. Впереди Катя и Мария.

– Вот он..., - вопит Мария, показывая на меня пальцем, - носильщик вещи сюда.

Небритая личность стала скидывать в двери вагона чемоданы. Вокруг Кати образовался кружок, где поцелуи смешались со слезами и глупыми шутками. Состав тихо дернулся, крики усилились, Мария стала подталкивать Катю к вагону и та вместе с проводницей застряли в проеме двери. Обо мне забыли и, взяв два здоровенных Катиных чемодана, я попер их в купе.

Через минуты две, таща еще два чемодана, туда вползла моя попутчица.

– Не могли мне помочь?
– сразу набросилась она на меня.

– Я вам помог, принес часть вещей и бросил их в багажник.

– А эти?
– она кивает на свои.

– Эти... вы принесли сами.

Гнев прошелся по ее лицу.

– Вы..., - но тут она замолчала, увидев, что в купе сидят посторонние люди, пересилила себя и ледяным голосом спросила.
– Где мое место?

– Выбирайте любую полку, наши места на верху.

– Я беру эту.

– Тогда я беру ту.

Похоже она съела дракона, налилась краской и засверкала глазами.

– Уберите мои чемоданы, вы хоть это можете сделать...

До Копянска мы ехали трое суток и Катя за это время даже не улыбнулась и вообще не разговаривала со мной. Мы так... перекидывались нужными репликами и занимались своим делом. Я читал газеты, а она добивала книгу Леонова "Пирамида".

На вокзал мы прибыли под утро. Стоянка была две минуты, но я сумел спихнуть на перрон все вещи и свои, и Катины. Поезд ушел и мы остались на платформе, а вокруг... никого. Из-за густого тумана едва видны строения и еще, осталась тишина... разрываемая гулким стуком колес, уходящего поезда.

– Подожди здесь, я сейчас.

Пробился через туман к вокзалу, попал в слабоосвещенный зал для пассажиров и стал искать хоть одну живую душу. Нашел. Это пожилая женщина, которая зевает в окошке с надписью: "Дежурный по вокзалу".

– Простите, вы..., - пытаюсь ей сказать, но она меня перебивает.

– Из столицы, случайно не командированные на завод?

– В общем то... да, я и еще один инженер...

Она просматривает какую то бумажку.

– У меня здесь есть телефонограмма, должен прибыть главный энергетик и... действительно инженер. А где он?

– На платформе с вещами.

– За вами через пятнадцать минут придет машина. Выходите на площадь, она подъедет туда.

Чертыхаясь, в два приема, дотащил чемоданы, как я посчитал, до площади. Сырой туман накрыл город серым одеялом. Почти ничего не видно, даже ближайших строений. Действительно, за нами прибыл грузовик, пробив стену тумана, но только не через пятнадцать минут, а через пол часа. Катя сразу забралась в кабину, а мы с шофером побросали вещи в кузов, потом я забрался туда. Поехали, но как? Еле-еле плелась машина, видно шофер все же плохо видел дорогу.

Остановились у деревянного, прогнившего забора, за которым среди чахлых деревьев и кустарника, едва проглядывал каменный одноэтажной дом. Туман еще не рассеялся и все казалось слишком мрачным.

– Вот ваш дом, - говорит мне шофер.
– Просили передать ключ.

Он протягивает связку ключей.

– Это что, для меня? Разве там никто не живет?

– Так... это... Директорский фонд, для начальства.

– А куда разместите инженера?

– В общежитие. Там комнат много.

Я скидываю свой чемоданы и подхожу к кабине. Катя сидит напряженно глядя в окно.