Чтение онлайн

Багдасаров со "свитой" осматривает РОФ. Производство пыльное и грязное, мокрое и грязное. Но отношение рабочих, инженеров - от низших до высших - к этой руде, проходящей все стадии дробления, сортировки, промывки, сухого и мокрого обогащения, агломерирования, - отношение к ней на всех стадиях ее прохождения такое же, как у хлебопеков к муке, тесту, потом хлебу. Потому что имеют дело с продуктом таким же насущно важным в жизни людей, как хлеб, - отношение не брезгливое, заинтересованное, свободное, бережное. Когда она выходит из какого-нибудь реечного классификатора или осаживается в медленных осадочных машинах, люди ее берут в жменьку, перетирают между пальцев, щупают, взвешивают, едва не пробуют на язык. Все - даже те, кто пришел (как Багдасаров) в своем обычном во время командировок приличном костюме - ходят запачканные, вымазанные шламом, запыленные, как хлебопеки в муке или в тесте.

Строятся коксовые батареи. Строители возводят стометровую железобетонную дымовую трубу (новинка, строит "Союзтеплострой"). Она уже поднялась под самое небо, близка к концу. Балышев и Багдасаров, после того как осмотрели строящиеся коксовые батареи, остановились, смотрят, как две девчонки (одна из них - казашка, воспитанница Агриппины Голубевой) на дощатом, без всяких перил, узком помосте вокруг трубы, у самой ее вершины, под небом, сидят, закусывают, свесив ноги, болтают ногами. Девчонки веселые, в комбинезонах, измазанных цементом, лиц их хорошенько не видно, но видно, что им весело, что они оживленно обсуждают что-то свое и хохочут. Багдасаров и Балышев - старые приятели, "на ты".

Балышев. Видал?

Багдасаров. А им что на земле, что на небе! Такое поколение… Выросли в век авиации, высотных строек, не боятся высоты. Да и понятие высоты совершенно иное: по отношению к чему высота? Какие-нибудь их подружки водят самолеты или прыгают с парашютом с многокилометровой высоты, да еще, поди, летят почти до самой земли, не раскрывая парашюта, а нас с тобой заставь? Вот именно, разве что заставят!..
– смеется.

Балышев. А прыгнешь, если заставят?

Багдасаров. Дойду до ЦК, а там уж если скажут, - прыгну.

Оба хохочут.

Девчонки на трубе, под самым небом, жуют белые булочки и хохочут по своему совершенно независимому поводу, - дела им нет до двух пожилых инженеров.

Губанов Александр Евдокимович, секретарь обкома, о неравномерности распространения передового опыта на комбинатах и предприятиях. Нежелание ломать привычное (даже на предприятиях, где в других сферах есть свое, передовое), - это с одной стороны, а с другой, - прожектерство, шум вокруг пустяков, мнимых изобретений и мнимого новаторства. Государство всегда пойдет навстречу, сломает все препоны бюрократизма и даже действительные объективные трудности поможет преодолеть, если руководитель предприятия подлинный хозяин, организатор, государственно мыслящий человек докажет опытом, делом, что он не прожектер и тем более не иждивенец на государственных ресурсах, а дает эффективные результаты, если ему помочь. Надо иметь напор и уметь найти максимальные резервы у себя, чтобы осуществить подлинно новое, нечто кардинальное, решающее в реконструкции и движении вперед всего предприятия.

В колхозах, получивших огромную технику, при изобилии земли, нехватка рабочих рук. Вынуждены прибегать к помощи комбината. Колебания секретаря обкома Губанова ("Опять"!). Ведь сколько времени ушло от конца войны. А вынуждены опять согласиться!..

Рабочие комбината в колхозе. Две женщины заправляют колхозом. Одна - старая, бездетная, мужа убило молнией, жила в няньках, Марфа-посадница - предсельсовета. Другая, - средних лет, многодетная, мужа убили в Отечественной войне (или муж "возвысился" за время войны, женился на другой, ее оставил) - красивая, хозяйственная, а была застенчива и робка смолоду - предколхоза. Когда мужа убили (или муж бросил), Марфа-посадница приходила к ней, нянчила ее детей своими умелыми, сильными руками. Путь Марфы-посадницы от неграмотной женщины к общественной деятельности, давшей возможность полного применения таланта ее. Путь предколхоза - от робкой забитой женщины к подлинной всесоюзной славе.

Губанов и Арамилев.

Губанов о партийном просвещении. Здесь главный бич - шаблон. Однако, когда идет речь о воспитании сотен тысяч и миллионов, нельзя обойтись без известного "порядка", "правил", "образца". Сочетание подлинного точного знания с индивидуальностью и талантом в передаче этого знания другим.

Агриппина Голубева - воспитательница. Ребята - "трудовые резервы" - люди бессемейные. Часто живут безалаберно, по-холостяцки. Она приучила ребят делать складчину для поочередного приобретения костюмов и других полезных вещей.

По поводу одного начальника мартеновского цеха: "Это Ленский нашего завода (лучше - завода такого-то), слетка восторженная речь и кудри черные до плеч". Это как раз по адресу одного из "прожектеров", любителя славы, изобретателя пустяков.

Размышления автора (от скуки, в поезде) по поводу внутренней связи людей и событий в романе.

Поезд идет по мосту через Днепр, в поезде еду я. Рыбак выезжает с подъемкой на веслах на середину Днепра. Меня провожали школьники, писатели, представители власти, мы долго прощались, было шумно, представитель облисполкома, выпивший на вокзале, целовал меня. А рыбаку - все это безразлично. Писатель обязан прежде всего понимать такие вещи. Иначе произведение его будет в дурном смысле слова тенденциозным. В романе люди связаны, но они связаны реальными жизненными стечениями обстоятельств, а не только замыслом автора. На обязанности автора вскрыть жизненную связь людей и именно такую и ту, какая нужна ему по мысли. Это, конечно, не будет моей связью, связью человека, едущего в поезде, с рыбаком, выплывающим на середину Днепра, поскольку это чисто случайное совпадение. Но благодаря этой записи я и рыбак уже связаны, нас связала авторская мысль. И не зависящая от моей воли, объективная и случайная ситуация получила свое содержание благодаря заключенной в этой записи авторской мысли.

Мой геолог (Дорохин) в больнице, история с веткой, которая сама находит воду (см. книжку № 16). Сюжетно - это возможная "экспозиция", то есть первое появление Дорохина в романе. И одновременно это первый выход на работу жены Сомова - врача.

Линия инженерская, хозяйственная, быт - все в книжке 16. Вообще не забыть эту книжку, как необходимую в первую очередь в разработке плана романа.

Сомов в самолете. Он очень неразговорчив. Бука. Но он летит со своим маленьким сыном. Сын капризничает. И вот маленькая ручка сына в его большой руке. Сомов достает из портфеля книжку Маршака для маленьких детей. И, не обращая внимания на других пассажиров, читает вслух сыну все то лучшее и благородное, что всегда существует в стихах Маршака. Ребенок затих и слушает, слушает папу.

Сельская линия. Старик, участник войны 1905 года, сказал о Ляодунском полуострове: "Их лошади никогда там не паслись".

Великий энтузиазм первых лет строительства и история стройки (см. тетрадь Г.).

Вера Каратаева. Разве есть на свете город лучше нашей Магнитки!

Две подруги-вальцовщицы, члены партии, мужей потеряли на фронте, никак не могут выйти замуж. Однажды, в хорошую минуту, сидят, выпивают четвертинку, одна, старшая, говорит:

– Скушно, знаешь, без мужика. Я бы хоть погуляла, да неудобно, скажут, партийная…

– Слыхали вы ее? Партия ей мешает, погулять мешает.

– А ей-богу, мешает.

Смеются.

(Найти в записных книжках старых (37-38 годы) записи - заготовки к пьесе, - вполне подойдут сюда.)

Старик вальцовщик (или кто-нибудь вроде) как-то им говорит:

– Ух, какие вы молодые бабки - привереды. И как же это вы замуж не выскочите у нас на Магнитке? Вы больше на доменщиков, на сталеплавильщиков поглядывайте, там одни мужики…

– Нужны они нам, грязнули! Мы - прокатчицы.

– Ишь аристократия какая!

Багдасаров воспитывает своих детей в демократическом духе, - они похожи и по манере одеваться, и по требовательности, предъявляемой к ним, соединенной с их "пролетарской" свободой, то есть ранней самостоятельностью в жизни, и по всякому отсутствию привилегий в их быту, столь часто предоставляемым ответственными людьми их детям, и по естественности и простоте отношений между родителями и детьми, - они похожи на обыкновенных детей обыкновенных родителей, и именно поэтому они очень хорошие дети.