Чтение онлайн

Луччатти с изумлением разглядывал свой комбинезон, который переливался всеми цветами радуги, притом до ряби в глазах мерцал и источал густой аромат лилий.

– С днем смеха, шуток и розыгрышей!- жизнерадостно поздравил его Всеслав.
– Как тебе камуфляж?

Из коридора донесся могучий рык Абалкина. Через считанные секунды он возник на пороге, мокрый и в надетых наизнанку трусах. Его длинные волосы не топорщились, нет, они тянулись стрункой строго вверх.

– Я хочу знать, - взревел Лев, - кто скрутил регулировку ионного душа?!

– Он!
– хором сказали Луччатти и Лунин, тыкая друг в друга пальцами.

Лунин, оправив складки новенького черного мундира гвардейца, принялся натягивать сапоги. Обувь сыграла бравурный марш и принялась деловито распадаться на шестиугольные фрагментики. Всеслав перестал улыбаться и озадаченно замер. Луччатти и Абалкин загоготали.

Полигон "Кобра", Южная Монголия

Комплекс "Саракш", бокс имперсонификации

30 мая 2158 года, 12.01

– Всеслав, Лев, на сегодня все занятия для вас отменены. Нагрузки оказались слишком велики. Зайдите к медикам, потом - в столовую. На этот раз откажитесь от саракшианских казарменных деликатесов, закажите что-нибудь земное, лучше овощи и фрукты. А после обеда - прогулки в оранжерее, бассейн, какая-нибудь бессодержательная комедия. Никакого чтения, никакой работы. Перед сном - стакан теплого молока.

– Да, пожалуй, - устало согласился Лунин, - что-то я сегодня не в форме.

– Вы здесь не при чем. Сам характер имперсонификации подразумевал углубленное воздействие. Что ж тут удивляться реакции организма. Так что отдых, отдых и отдых.

Полигон "Кобра", Южная Монголия

Комплекс "Саракш", комната №5 общежития

30 мая 2158 года, 21.50

Лунин убрал стереографию с тумбочки.

– Всеслав, - Абалкин окликнул не по прозвищу, значит, хотел спросить о чем-то личном, - это кто?

– Мама. Ее уже нет. Сегодня её день рождения.

– Понятно. Твоя мама была доброй?

– А как иначе?! Очень!

– Завидую... А вот я своих биологических родителей вообще не знаю. Они ушли на звездолете в черную дыру, и я... В общем, родился без них.[12]

Полигон "Кобра", Южная Монголия

Комплекс "Саракш", комната №5 общежития

1 июня 2158 года, 20.34

– Орлы! Соколы! Грифы!
– торжественно возгласил Лунин.
– Угадайте, где я сейчас был?

– Пил чай с медсестрой Алисой?
– тут же спросил Луччатти.

– Голодной куме все хлеб на уме.
– вздохнул Всеслав.
– В штаб я заходил, Циркулище ты наш неугомонный. В шта-аб! Так вот: всё!

– Что «всё»-то?
– буркнул Лев.

– А то, что завтра в Улан-Батор прибывает «челнок». Летим!

[1] БВИ. Архив документации КОМКОНа-2 (GPI:\\СС2-Archiv files\volume0009\file37\p71)

[2] БВИ. Архив документации КОМКОНа-2 (GPI:\\СС2-Archiv files\volume0008\file456\p1)

[3] БВИ. Архив документации КГБ (GPI:\\CGU-Archiv files\volume304\file81\p36) (кодировано)

[4] БВИ. Архив документации КОМКОНа-2 (GPI:\\СС2-Archiv files\volume0009\file7\p1)

[5] БВИ. Архив документации КОМКОНа-2 (GPI:\\СС2-Archiv files\volume0009\file7\p22)

[6] БВИ. Архив документации КОМКОНа-2 (GPI:\\СС2-Archiv files\volume0009\file7\p88) (кодировано)

[7] См. БВИ. А. и Б. Стругацкие. Жук в муравейнике (GPI:\\S15-Literature-Historical\S\Strugacky\55\p.144)

[8] См. БВИ. А. и Б. Стругацкие. Жук в муравейнике (GPI:\\S15-Literature-Historical\S\Strugacky\55\p. 32)

[9] С.Б.Переслегин. Последние корабли свободного поиска. Предисловие к 6 тому Полного Собрания Сочинений А. и Б. Стругацких, Претория, 2211, с.6

[10] «…я, молодой, веселый, запыхавшийся, доложил ему, что Тихоня-Прешт взят наконец с поличным и сидит внизу в машине с кляпом во рту, совершенно готовый к употреблению. Это я взял Тихоню, но мне тогда было еще невдомек то, что прекрасно понимал Странник: саботажу теперь конец, и эшелоны с зерном уже завтра двинутся в Столицу..." БВИ. А. и Б. Стругацкие. Жук в муравейнике (GPI:\\S15-Literature-Historical\S\Strugacky\ 55\p102)

[11] Прошу извинить за возможную бестактность, но мне встречалось также выражение «ротвейлер Экселенца» - Сяо Жень

[12] "Родители Льва Абалкина не существовали - по крайней мере, в обычном смысле этого слова. Возможно, они не существовали вообще. Дело в том, что Стелла Владимировна и Вячеслав Борисович в составе группы "Йормала" на уникальном звездолете "Тьма" совершили погружение в черную дыру ЕН-200056. Связи с ними не было, да и не могло быть по современным представлениям. Лев Абалкин, оказывается, был их посмертным ребенком. Конечно, слово "посмертный" в этом контексте не совсем точно: вполне можно было допустить, что родители его еще живы и будут жить еще миллионы лет в нашем времяисчислении, но, с точки землянина, они, конечно, все равно что мертвы. У них не было детей, и, уходя навсегда из нашей вселенной, они, как и многие супружеские пары до них и после них в подобной ситуации, оставили в институте жизни материнскую яйцеклетку, оплодотворенную отцовским семенем. Когда стало ясно, что погружение удалось, что они более не вернутся, клетку активировали, и вот на свет появился Лев Абалкин - посмертный сын живых родителей ". БВИ. А. и Б. Стругацкие. Жук в муравейнике (GPI:\\S15-Literature-Historical\ S\Strugacky\55\p22). Такова официальная версия происхождения "подкидыша №7"- Сяо Жень

Улан-Батор

аэрокосмовокзал

2 июня 2158 года, 19.10

В 24 километрах севернее Улан-Батора находилась посадочная площадка автоматических «челноков» класса «альфа». Таких площадок на Земле, наверное, оставалось всего-то одна-две. Ее поддерживали в великолепнейшем техническом состоянии, но морально она абсолютно устарела еще полвека назад. Это было углубление в каменистой почве идеально цилиндрической формы, диаметром в 150 метров и глубиной около 20 метров. Стены, выложенные плитами термофага ядовито-оранжевых тонов, неприятно поблескивали. Там уже находился «челнок». К входным люкам на его куполообразной макушке вели серые матовые трап-переходы. «Челнок» выглядел солидно и деловито, словно заслуженный специалист среднего возраста, знающий себе цену. Его темно-зеленый глянцевый корпус внизу был покрыт серебристым инеем, чуть выше - крупной росой, а скругленный верх совершенно просох на нестерпимой жаре. На дне же стартовой шахты вообще все было белым-бело от снега. Именно сильное вымораживание «альфами» округи при посадке и старте заставило сооружать подобные шахты, а впоследствии - вообще отказаться от использования этих «челноков». Заправка, техобслуживание и прием груза уже завершились, объявили посадку немногочисленных пассажиров.

– А где Циркуль?
– спросил Лунин.

– Звонит родным на Сардинию. С терминала. Там чудесный голограммный видеофон.
– ответил Абалкин, - Дистанционные приветы, поцелуи в объектив, прощальная тарантелла и все такое. Да вот и он бежит.

– Тогда по местам. Наши контейнеры, надеюсь, уже в багажном отсеке.

И Лунин шагнул в прохладный и темный входной овал трап-перехода.

– Да на кого ж вы меня покидаете, сердешные!
– заголосил сзади Луччатти, нагоняя товарищей. – Стойте, я все прощу!