Чтение онлайн

Он остановился на крыльце, с одобрением вслушиваясь в отдаленный рык дизельного двигателя: -Танк?

Всеслав толкнул дверь и оказался в длинном и каком-то безликом коридоре, теплом и скупо освещенном старинными электрическими лампами под зелеными металлическими колпаками. Некрашеный пол старательно выскоблен, вымыт и, кажется, натерт мастикой. У входа стояла тумбочка с черным телефоном и графином. Над тумбочкой висела табличка с надписью руническим алфавитом: «Дневальный». Слева и справа вдоль коридора тянулись ряды деревянных дверей с простыми ручками-скобами и маленькими застекленными окошечками. Каждую дверь также украшала табличка.

– Это по-каковски? Ну, да, понятно... «Оружейная» никак? Первая, третья, а вот и пятая.

Лунин вошел в небольшую комнату, не отличавшуюся изысканностью обстановки. Три тесно стоящих железных койки, между которыми втиснуты два отабличенных шкафчика-близнеца. На третьем таблички не было. Простой стол, на нем - брат-близнец графина, дежурящего в коридоре. Три табурета у кроватей. Кровати идеально ровно заправлены серо-синими одеялами, на спинках в ногах безукоризненной белизны вафельные полотенца.

– Очевидно, мое.
– Всеслав открыл неподписанный шкаф, - Точно, пусто.

Когда он раскладывал немногочисленные вещи по полочкам, в коридоре хлопнула дверь, послышались шаги и оживленные голоса.

– А, новобранец!
– раздалось за спиной.
– Здравия желаем! Ба, это же команда Анджея!

Всеслав обернулся. В комнату ввалились двое в камуфляжных комбинезонах. Первый, угловатый и оживленный, был высоким, смуглым брюнетом с легкомысленными усиками. Он, сияя ослепительной улыбкой, протягивал Всеславу руку:

– Восьмой технический отдел, Марко Луччатти, рекомендуется называть Циркулем. А это наш практикант, Лев Абалкин, можно - Левушка-ревушка или просто Ревушка.

Бледное лицо Абалкина, с намечающимися складками от крыльев носа к подбородку, было непроницаемым, словно у индейского вождя. Впечатление усиливали длинные темные волосы до плеч, низкий широкий лоб, глубоко запавшие большие глаза[7].

– Привет.
– сказал он. Голос у него был зычный, взревывающий, как у тахорга[8]. "Ага, - подумалось Лунину, - вот почему - Ревушка".

– Здравствуйте. Всеслав Лунин. Пока без прозвища.

– Придумаем!- пообещал Луччатти.
– Мы здесь, независимо от возраста, все на «ты» и по прозвищам. Что ж, судя по всему, с местом определился? Да, это тебе. Униформу уже получил? Вижу, выдали. Ну, так надевай и пошли в столовую. Здесь темнеет рано, а фонари в комплексе, знаешь ли... Все натуралистично, включая недостаточное освещение. Мы сейчас приведем себя в порядок и зайдем за тобой. Ревушка, марш в душ!

Всеслав бросил на кровать зеленоватый сверток. Внутри было что-то крепкое, тугое. После того, как он выдернул шнур, из тут же испарившейся упаковки вывалились комбинезон, пилотка и рубашка цвета хаки. Под кроватью оказались сапоги. Когда Абалкин и Луччатти через несколько минут заглянули в комнату, Лунин оправлял складки под широким ремнем с латунной пряжкой.

– Лихо!
– с уважением признал Луччатти.
– Идем поглощать калории. Не знаем, как ты, а у нас сегодня весь день прошел в поле. Танки, транспортеры... Проголодались, словно местные шакалы. Куртку можешь не надевать - холодно, но здесь недалеко.

Снаружи было уже темно. Фонари бросали желтые конусы света на дорожки. Начала сеяться жесткая снежная крупка.

– Вот столовая. Осторожно, не споткнись о рельсы... Справа - спортивные площадки, слева - штаб, в смысле - управление. Сейчас, конечно, ничего не видно, завтра рассмотришь.

За длинным крашеным столом на двух простых лавках сидели шесть человек разного возраста. Двое - в комбинезонах, четверо - в разной форме. Лунин узнал обмундирование хонтийского егерь-снайпера, капрала Гвардии Страны Неизвестных Отцов, пандейского артиллерийского сотника, а пожилой со шрамом от подбородка до виска был в облачении оберпанцеркомандора бронетанковых сил Войска Хутхойского.

Ужинавшие негромко переговаривались. Обменявшись с ними кивками, Луччатти, Абалкин и Лунин подошли к окну доставки. Без всякого любопытства проводив взглядами новичка, сидящие вернулись к беседе.

– Вначале хотели устроить здесь самую настоящую столовую.
– пояснил Луччатти.
– Чтобы все готовилось вручную и из тех же продуктов, что на Саракше. Собирались даже ввести для стажеров дежурство по кухне по полной программе - с варкой-жаркой и мытьем посуды. Но оказалось, что для этого просто не хватает ни народа, ни времени. Вот и оставили заурядного киберповара. Зато меню стопроцентно саракшианское. Тебе кстати, уже ввели все гастроадаптеры?

– Сразу же после приезда.
– ответил Всеслав.
– И еще какую-то гадость впрыснули, едва из глайдера выбрался.

– Ну да, врачи тут - самые бдительные из всех, мимо них никому не проскочить. Да и не надо проскакивать. Вот сейчас мы закажем кое-что, и сам поймешь, что без гастроадаптеров это может съесть только бо-ольшой любитель.

– Чем будем угощать?
– с ноткой коварства спросил Абалкин, нависший над клавиатурой пульта заказов.

– Мы, гуманисты, внезапно не живодерствуем. Для начала накормим чем-нибудь съедобным. Давай гвардейский офицерский ужин.

– Слушаю и повинуюсь, о повелитель демонов!
– рявкнул Лев, быстро набирая названия блюд. Заслонка с шорохом отползла, и Абалкин извлек из озаренного багровой подсветкой чрева окна доставки три алюминиевых подноса с тарелками и стаканами, один за другим.

– А ну-ка, экзамен.
– потребовал Луччатти.
– Что едим?

Всеслав пожал плечами и по очереди стал пробовать пищу из своих тарелок:

– Первое, конечно вермишелевый суп с курятиной, это ясно. Второе - каша с котлетой. В двадцатом веке кашу называли перловой, а котлета... Говядина плюс свинина, нет? Ну, салат простой: капуста, зеленый лук, специи. Самое сложное - напиток... Ага, компот из сушеных фруктов и ягод: слива, яблоки и, зачем-то малина.

– Все точно, армейское меню. Да у вас там, в пятом отделе, асы!- восхитился Марко, а Абалкин подтвердил кивком.- Тогда - приятного аппетита!

Лунин быстро покончил с ужином.

– Ну, как?
– осведомился Марко.

– Более чем.
– лаконично ответил Всеслав.

В столовой оставались только Абалкин, Луччатти и Лунин. Посуду отправили в утилизатор. Оживился дремавший в углу киберуборщик.

– По домам!
– скомандовал Марко.

Обратный путь пришлось проделать бегом, поскольку начиналась метель.

На столе в их комнате уже лежали квадратики голубоватой бумаги.

– Расписание на завтра. Вот твое.
– вздохнул Абалкин.
– Ознакомься.