Чтение онлайн

— Ваши слова не внушают мне уверенности, — вполголоса говорю я.

— Ты должна справиться. Аметистовая сфера гарантирует большую защищённость. Владычица хорошая женщина.

— Я не буду смотреть в будущее, — мрачно усмехаюсь с толикой уныния. Я могу не дожить до этого момента, потеряв возможность стать покровителем. Поначалу мне хотелось умереть, чтобы никем не становится, а сейчас я намерена пойти на всё, чтобы выжить. Я хочу всем доказать, что люди не жалкие и что именно из людей мы выходим могущественными творениями. «Люди создали вас». Я хватаюсь за это высказывание: обязательно использую его.

— Около пятнадцати часов до начала экзамена. Наблюдение и практика. Первое — простое.

Я хочу спросить: «Вы мне не лжёте?». Грэм бы не стал говорить иначе, чтобы меня утешить. Он не лжёт — начальная часть будет самой безобидной.

— Признаюсь, я переживаю. Я боюсь практики не потому, что не справлюсь, а потому что экзамен будет под контролем Владыки.

— Я подстрахуюсь, — твёрдо заявляет он. Даже сладкая ложь из его уст звучала бы правдиво.

Коши всячески пытается спасти мне жизнь. Я не могу отплатить ему самым желанным, но вспоминаю, что обещала выяснить причину смерти его семьи.

— Могу я как-то рассчитаться с вами?

— Нет.

— Ваши родители…

— Тебе нужно беречь силы. В другой раз разберусь.

— Если посмотрю одно видение, моя жизнь не оборвётся в тот же миг, — наталкиваю Грэма принять мою помощь. — Никаких на «всякий случай» или «а что, если».

Коши переносит нас в его комнату. Хвойный запах покровителя, витающий в спальне, заставляет меня сделать глубокий вдох. На кровати Грэма, между двумя подушками лежит его кот. Пока покровитель ищет камень, я планирую заняться питомцем. Осторожно протягиваю к нему руку, чтобы не спугнуть. Он еле отличим от подушек и по цвету, и по размеру. Учуяв незнакомку, он резко отпрыгивает к боковой спинке, янтарные шары вспыхивают.

— В холодильнике варёное мясо. Покорми его. Миска возле тумбы, — бросает Грэм, увлечённый поиском.

Я накладываю ему нарезанную кубиками свинину и курицу. Питомец крадётся рядом. Когда я отхожу на дальнее расстояние, он шустро бежит к своему ужину.

— Как у вас хватает времени следить за котом?

— Иногда за ним приглядывал Зейн… Теперь Яфа.

Учитель находит ожерелье своей матери и подаёт его мне. Я плюхаюсь в кресло, остерегаясь дотрагиваться до сердца подвески. Я узнаю то, чего не знает Грэм, увижу его историю собственными глазами.

— Мы можем попробовать сделать это вместе? — Учитель вопросительно смотрит на меня. — Возьмёте меня за руку?

Тёплая ладонь учителя соединятся с моей. Я кидаю украшение в образованную нами пригоршню.

Дышать становится трудно, словно кто-то стиснул мои лёгкие как охапку цветов. Чёрная пелена исчезает только через пару минут, демонстрируя хорошо сложённого мужчину.

— Страдают невинные люди, — восклицает он, и его голос выдаёт волнение. Мать Грэма, со злостью вонзает меч в снег.

— Когда дело касается моего сына, мне без разницы, кто страдает.

— Теа, он может сокрушать в сфере! И Грэм не пострадает, и остальные покровители.

— Вчера ты говорил иначе, Уолтер. Уже передумал? Я не хочу для него такой жизни, как у нас. Он будет жить на Земле как человек. Для него так лучше.

— Не дай им сокрушить фаугов, — Уолтер опускает плечи. Решимость. Уверенность. Сожаление.

Воинственные родители переносятся на несколько километров от начального места, где обитают другие покровители.

— Сегодня обещали подвижки ледников, — напоминает покровитель, одетый в майку. Белые хлопья сыплются ему на голые руки. — Как-то мы долго ждём.

Теа и Уолтер, как две птицы, но только без крыльев, подлетают к десятку покровителей и без лишних слов пронзают им животы, некоторым перерезают шею или рассекают грудь. Кровь окрашивает снег в светло-алый оттенок. В лицах сокрушительных я вижу лишь ненависть. Кто-то пробует подняться с колен, взяться за меч. Все до единого бессильны.

Фауги спешат съесть свою добычу. Ледники начинают дёргаться, стая фаугов, быстро кружа в воздухе, моментом прекращает это действие.

— Борись, Уолтер, — выкрикивает мать Грэма. — Во имя нашего сына не будь слабым.

Он прокалывает покровителя, который пытается встать.

Видение резко прерывается. Я встаю с кресла, чтобы не погрузиться в небытие и совсем забываю о Грэме, который сидит на полу.

Он пристально смотрит в одну точку, обрабатывая увиденное.

— Это было ради меня, — проговаривает он. — Они обрекли себя на гибель, их план не сработал. Они поступили опрометчиво, бросили меня в логово зверя.

— Что стало с теми жестокими людьми?

— Вермандо не позволил узнать их имена и местонахождение, но… он заверил, что каждый ни на минуту не перестаёт жалеть о том, что родился. Судьба определила их место и наказание.

— Значит, вас забрал Вермандо.

— Да.

— Ваши настоящие родители были хорошими, но глупыми. Я не понимаю их мотива. Они могли таким способом обратить на себя всё внимание, чтобы о вас забыли. Но для чего? Хранители бы по исполнении восемнадцати почувствовали бы вас. Скрытый смысл.

— Много вопросов. Камень ничего не скажет, — вздыхает Коши и поднимается. — Мы больше не будем к этому возвращаться. Тебе нужен сон.

— Да…

Когда я выхожу, кот Грэма тихо мурлыкает у моих ног, но тереться опасается. Я невольно улыбаюсь звукам, которые он издаёт.

Когда я остаюсь в одиночестве, меня накрывает волна тревожных мыслей. Пока я не стану покровителем, образы моей неестественной смерти будут бесконечно тиранить меня. Завтра я должна надеяться только на себя.

Полупустая трапезная. Я прожёвываю жареную свинину с горячим соком и ядрёным соусом. Вкусно, но я не получаю наслаждения от принятия пищи: мой разум окутала пелена мыслей о смерти, выживании, первом и пугающем Испытании, о сокрушённом мною фауге. Я замечаю за собой прерывистое дёргание ногой, постукивание ногтями по столу или увлечённый в одну точку взгляд. Сейчас где-то конец мая или начало жаркого июня. Неплохо погибнуть на рубеже прекрасных времён года, которые я безумно любила из-за огромного количества лёгких платьев в магазинах. Стоит ли мне найти хранителя, который прервал мою земную жизнь, стёр память знакомым, друзьям и злопамятным встречным, чтобы потребовать обратно мои миллионы, потраченные на шкаф с ветхими и ни разу не надетыми нарядами?