Черная смерть
Шрифт:
Девчонки забегают часто. Приносят чтонибудь перекусить. В один из своих рейсов за сеном они привезли и мою винтовку. Хрисанф все оружие попрятал гдето в доме. Даже гранату в вещах отыскал.
– А на кой оно тебе сейчасто, железо твое? Воин из тебя нонеча, как из дерьма - пуля, прости Господи! На солдата ты сейчас не особо похож, кому ты такой нужон? В зеркало себя видел? Нет? Ну, так глянь! Краше в гроб кладут. Если и придет кто с расспросами, так сродственник ты мой и все дела. Привезли тебя на лечение. Тут этим никого не удивишь, все знают, что я людей пользую.
– И часто ходят?
– Частенько. Только я по мелочам не берусь. Зубы там, синяки - это и без меня есть кому поправить. А вот, так, как у тебя… Это уж мое дело…
Вообще дядька поговорить любит. Любопытный и любознательный. Из своей деревни отродясь не выезжал и не собирается. Но пытливым умом впитывает все, что я только ни рассказываю ему вечерами. Подетски непосредственно удивляется и качает головой.
– Это ж надо такого наворотитьто!? За каким, прости Господи, рожном?
И как я ему объясню, за каким рожном человечество столько всего понаизобретало? Особенно смертоубойного и членовредительского…
Сам он чтото рассказывает редко, все больше слушает. Только иногда его пробивает на откровенность и он начинает объяснять мне различные хитрости своего ремесла.
– Дядька Хрисанф, а что ж вы в такой глуши сидите? Вам с такими талантами место в больнице какойнибудь большой. Там и людям бы помогли, да и других своему ремеслу обучили бы.
– Хех! Там все больше по книгам народ лечат. А я уж лучше тут, поближе к земле, да к лесу. От них и жизнь наша пошла, и здоровье - тоже от них! А энти… - махнул он рукой.
– Пигалицы в белых халатах, вон, навроде Аньки. А туда же - доктора! Молоко еще на губах не обсохло…
В один из дней нас посетила с визитом местная интеллигенция. В лице бывшего бухгалтера лесотреста. С приближением фронта все работы в нем закончились и его работники разошлись по домам. Так и Борис Викторович Немков оказался в своей бывшей деревне. В город, где у него была квартира, возвращаться было страшновато - бои шли на окраинах. Именно поэтому, предвидя такую ситуацию заранее, он и оформил себе командировку на участок, откуда и вернулся в деревню. Тут у него жил дед, у которого он и остановился. Немков был страшно горд своей предусмотрительностью, о чем не уставал напоминать окружающим. К дядьке он зашел по его просьбе, старику в очередной раз занедужилось. Вот и попросил он сделать ему лечебную мазь. Хрисанф поморщился, видимо, гость был ему не по душе, но возражать не стал. Кивнул ему на лавку и ушел в сарай, где у него хранились всяческие снадобья. Нимало не обескураженный холодным приемом гость важно на ней расселся.
– А вы, прошу прощения, кто будете?
– спросил он у меня.
Практически все время я лежал на кровати в единственной большой комнате дядькиного дома. Тут спал и сам хозяин - его место было в углу, около окна. В остальных двух комнатах он хранил какието вещи. В одной из них стояла кровать, на которой иногда задремывали девчонки. Их визиты были почти ежедневными. С собой они приносили различные травы, и Хрисанф тщательно их разбирал, попутно рассказывая об их свойствах.
– А?
– гость снова обратился ко мне.
– Сродственник я дяде Хрисанфу. Спину вот зашиб на лесоповале. Он и согласился меня обиходить…
Видок у меня был самый затрапезный. Щетина уже оформилась в некое подобие бородки, а одежда с чужого плеча и вовсе преобразила мою внешность до неузнаваемости.
– Это где же это вас так? Чтото при мне таких случаев не было…
– А где это, простите, при вас?
– В лесотресте.
– Ааа… так это мы для себя лес валили… избу поправить надо было.
– Ууу… не повезло вам. А кем при Советах работали, извините за любопытство?
Както мне резануло слух это слово… «При Советах»… Самто, поди, не ломом махал - вон, руки какие чистые да ухоженные…
– Слесарь я. Машины чинил.
– Так что ж вы тут бездельничаете? Вон, у немцев работы полно! Машинто у них, чай не как у прежней власти - в разы поболее!
– Из меня сейчас работник…
– Ну, дядькато Хрисанф вас на ноги поставит, не сомневайтесь! А немцыто как раз и объявление вывесили третьего дня, там список специальностей, которые им требуются. Автослесари так чуть не на первом месте стоят!
– А вы?
– Что я?
– Вашей специальности там нет? Ноне не воскресный день, что ж выто не на службе?
– Что ж мне, снова бухгалтером идти? Как при Советах?
– А чем работа плоха? Чай не с ломом да не в кочегарке…
– Для интеллигентного человека сейчас большие возможности открываются! Немцы, они грамотных людей уважают! Я уже был на приеме в управе, обещали устроить меня, соответственно способностям!
– И вы к немцам работать пойдете?
– А к кому ж еще? Эти надолго пришли. Будьте уверены, они тут порядок наведут!
– Да уж… эти точно наведут…
– Напрасно вы иронизируете! Умные люди давно уже поняли, где их место.
– И где?
– С немцами! Где ж еще?
– Так они напали на нас…
– На вас лично?
– Нет. На страну они нашу напали.
– Да бросьте вы! Что хорошего сделала вам эта страна? Палочки трудодней в бригадирской тетрадке? Демонстрацию на Первое мая? А… - он раздраженно махнул рукой.
– Ну, васто старая власть не обидела? Вы же на хорошем месте работали?
– Служил! Вы разницу понимаете?
– Не очень…
– Служить можно и изпод палки. И по принуждению тоже. А вот работать … Для этого талант нужен! Мое ли это было дело - считать баланс?
– Хм… Кем же вы хотите работать ?
– Я умею руководить! Это вы можете понять?
– Могу. Это, вроде, как наш инженер?
– Инженер… - интерес Немкова ко мне поубавился.
– Это мелочи… Вот увидите, я добьюсь многого!
Стукнула дверь, это пришел дядька Хрисанф. Откровенничать при нем гость не стал, взял склянку с мазью, поблагодарил и попрощался.
– Трепло!
– коротко резюмировал свое впечатление дядька.
– Чего так?
– Пустозвон - и все дела! Постоянно около немцев крутится. Все ждет, что его бургомистром назначат. Будто у них своих холуев не хватает…
– Что так сразуто - в бургомистры?
– Гонору у него до хрена. И язык подвешен хорошо. В иное время такие речуганы задвигал…
– А не заложит он меня фрицам?
– Чего?
– Ну, я в смысле - немцам он про меня не расскажет?
– Сиди уж… Я давеча в полицию ходил, тут у нас двое обалдуев теперь полицаями заделались, так и сказал им, что сродственник у меня лежит, спину зашиб. Самогонки им принес, ажно две бутылки! Тьфу! Добро на г…но переводить!