Чтение онлайн

Кэйла уже очень давно перестала воспринимать свое нахождение в мире Денизе как сон, как безумно интересную и сложную игру, в которой магия казалась чем-то исключительно светлым, волшебным, чудотворным. Теперь быть белой колдуньей — ее судьба, ее предназначение. Теперь только от нее зависит, какой запомнят люди Черную Жемчужину — справедливой или жестокой, чуткой или равнодушной… Спасительницей или разрушительницей чужих судеб.

Столкновение с аземой, ледяное дыхание смерти, мимолетно скользнувшее по ее щеке после злоупотребления магией крови, знакомство с обратной волной магии, трагическая история любви Лана и Ильзы — все это дало Кэйле понять, что ее путь белой колдуньи будет сложным, тернистым… опасным.

Как и то, что теперь, избавившись от всех иллюзий и предубеждений, она готова вступить на этот путь.

«Думаю, чувствовать стихию ты уже научилась. А значит, пора приступить ко второй ступени, что называется «колебанием». Она научит тебя легкому изменению стихии. Практиковать эту ступень легче всего на воде, но и огонь сгодится. Протяни руку над емкостью с водой, почувствуй ее, не касаясь. А затем, подключая воображение, постарайся воздействовать на воду, заставить ее поверхность чуть задрожать. Помни, три столпа стихийной магии — это сосредоточение, представление и сила».

Кэйла отложила в сторону дневник Денизе и простерла ладонь над чашей, до краев наполненной водой из ручья. Джеральд, поглаживая пепельную гриву Сумрака, выжидающе замер на расстоянии пары шагов от нее. Их взгляды пересеклись, и концентрация Кэйлы стремительно рассеялась. Щекам стало жарко.

Тряхнув волосами, она медленно выдохнула из сложенных трубочкой губ. Сосредоточилась, хотя сделать это в непосредственной близости от Джеральда было не так-то просто. Представила, как сила, сокрытая в ее ладони, заставляет неподвижную прежде гладь задрожать. Что-то изменилось в окружающем ее пространстве. Кэйла приоткрыла один глаз. Так и есть — по воде пробегали еле заметные волны, словно землетрясение, суженное до размеров крошечного участка поляны, где стояла чаша.

Кэйла едва не взвизгнула от восторга. Нельзя забывать о том, что выглядит она не как подросток, а как двадцати-чем-то-летняя колдунья — уравновешенная и уверенная в себе.

Вторая ступень магии поддавалась ей куда легче, чем она ожидала, но стоило ли удивляться этому после Стоунверда? Пробужденная сила словно горела в ее венах, требуя выхода. И то, что прежде казалось невозможным, стало вдруг понятным и простым.

«Третья ступень называется «изменение» и предполагает несложную манипуляцию со стихией без отрыва от ее источника. Благодаря заклинаниям этой ступени ты сможешь изменять форму языков пламени в костре, поднимать струи воды из реки, двигать песок под ногами. Быть может, ты уже знаешь, что многие стихийники нередко применяют эту ступень магии в «декоративных» целях. Например, именно так создаются фонтаны в роскошной столице Ралуа. Кто-то использует третью ступень для забавы, но самое главное ее назначение — подготовить заклинателя к более сильному манипулированию стихиями.

Следующий этап практики ты знаешь прекрасно: приготовить стихии — настоящие или искусственно созданные. Ты можешь делать с ними все, что угодно, главное — научиться управлять ими, контролировать их. Что значит, добиться того, чтобы первоначальное положение или форма стихий изменились».

Кэйла немедленно взялась за дело. Вновь пододвинув к себе чашу с водой, представила, как из ее центра поднимается струйка воды. Слова Денизе о фонтанах в столице подали ей идею создать их уменьшенную копию.

Вода в чаше задрожала, затем появилась воронка, но вверх не поднялось ни капли. Однако Кэйла уже успела убедиться, что магия никогда не поддается мгновенно, потому набралась терпения и продолжила визуализацию. Спустя несколько минут ее старания были вознаграждены — в чаше появился маленький фонтанчик с четырьмя струями воды, что поднимались в воздух и опадали вниз.

Затем Кэйла принялась менять форму пламени в разожженном Джеральдом для привала костре — от банальных сердец до сложных рисунков. Паладин даже не думал возражать, что их путь до Венге несколько затянулся, и она была благодарна ему за понимание.

Порядком наловчившись в третьей ступени стихийной магии, Кэйла взялась создавать из земли под ногами некое подобие песочных часов, что вызвало одобрительный смех Джеральда.

— Занятно, но это все слишком просто для тебя, — заметил он. — Пора переходить к более сложным манипуляциям стихиями.

— И каким же? — спросила Кэйла, потянувшись к дневнику.

Вместо ответа Джеральд указал рукой на костер, который находился от него на расстоянии нескольких шагов. Костер не потух, но стал слабее, словно из него забрали немного тепла. В тот же миг на протянутой ладони Джеральда заплясал огонек, сорвав с губ Кэйлы восхищенный вздох. Он повторил манипуляцию, вернув пламя на законное место.

Открыв дневник, Кэйла прочитала: «Перемещение» — изменение стихии с отрывом от источника». Задумчиво взглянула по сторонам.

— А если я так же призову огонь, он меня не обожжет?

Джеральд покачал головой.

— Прирученная тобой стихия несет в себе твою собственную энергию, а значит, не может причинить тебе вреда. Попробуй — призови огонь в свою руку.

Легко сказать… Кэйла смотрела на пламя костра, и, зная, сколь горячим может быть его прикосновение, перемещать на свою ладонь не спешила.

— Тебе мешает страх, — прочитав все по ее лицу, сказал Джеральд. — Давай так. На первое время я окружу твою руку стихийным барьером, и огонь не сможет причинить тебе ни малейшего вреда. Ты веришь мне?

Кэйла заглянула в такие знакомые, почти родные, серые глаза. Прошептала «верю», против воли вкладывая в слово другой, более глубокий, смысл. Джеральд задержал на ней взгляд на несколько мгновений — то ли поняв ее интонацию, то ли, наоборот, пытаясь понять. Обошел сзади, положил свою ладонь на ее, узкую. Его прикосновение отозвалось сотнями мурашек, взметнувшихся вверх по коже, и непривычным сладко-горьким волнением. Джеральд провел длинными пальцами по руке Кэйлы, окружая ту невидимым барьером.

— Все, — шепнул на ухо, опалив горячим дыханием кожу. — Зажигай!

Кэйла улыбнулась и, прикрыв глаза, представила, как пламя костра перекидывается на ее руку. Приманила огонь, уже не боясь. Она верила Джеральду как самой себе. Пламя зажглось на ее ладони — яркое, чистое, теплое — во всяком случае, Кэйла ощущала его именно таким.

— А теперь я уберу барьер, и ты убедишься, что прирученный тобой огонь никогда не сможет тебе навредить.

Кэйла кивнула, давая Джеральду сигнал продолжать. Спустя несколько мгновений ожидания повернулась к нему, недоуменно сдвинув брови, и, только увидев его широкую улыбку, все поняла.

— Барьера нет? — растерялась она. — Но я совсем не чувствую пламени на своей руке.

— Потому что оно — продолжение тебя самой, стихийное воплощение твоей собственной силы.

Озадаченная и заинтригованная, Кэйла продолжала практику. Переливала воду из одной чаши в другую, образуя широкую водную арку, призвала ветер, с силой растрепавший волосы и поднявший облако пыли. Манипулировала огнем — уж больно ей нравилось ощущать себя неуязвимой для такой сильной и опасной стихии.

Как тихий зверь на мягких лапах, незаметно подкрался вечер. Кэйла зажгла несколько парящих в воздухе сгустков огня — как будто язычки пламени, венчавшие невидимые свечи, они позволяли ей разобрать слова Денизе в дневнике.