Чтение онлайн

— Что это за существо? — спросила Кэйла Джеральда. — И почему оно так похоже на человека?

— Потому что это и есть человек, Денизе, — с какой-то обреченностью в голосе ответил он. — Я не знаю, что это за проклятие. Никогда не видел ничего подобного.

— Человек? — ахнула она.

Создание, которое Кэйла видела перед собой, походило скорее на дикого зверя, алчущего крови и волей творца принявшего человеческий облик. Вот только пальцы, тянущиеся к ним, были скрючены, а с оскаленного рта капала слюна.

— Оскверненный, — прошептал бледный жрец.

Кэйла впервые услышала это слово в мире Денизе. Сглотнула, пошатнувшись. Выходит, вовсе не люди Нового мира дали Скверне такое название. Они лишь… унаследовали его.

— Можешь попытаться почувствовать силу, которая сделала его таким? — тихо спросил Джеральд.

Чуть успокоившись, Кэйла поразмыслила несколько мгновений. Помотала головой.

— Так — нет. Но способ, я думаю, есть. Мне нужно несколько капель его крови.

Один из жрецов — совсем молодой юноша в длинной светлой рясе — беспомощно взглянул на беснующееся в клетке создание. Перевел взгляд на мокрый пол.

— А слюна не подойдет? — с трудом сдерживая дрожь в голосе, спросил он.

— Нет. Кровь — куда более сильный носитель. Его слюна не даст мне ответов.

Джеральд приблизился к клетке.

— Самое странное, Денизе, что сковывающие чары на это… кхм… на него совершенно не действуют. Точнее, действуют иначе, чем на обычных людей. Его движения замедляются, будто ему что-то мешает, но никакого паралича не наступает.

В голове мелькнула догадка.

— Накинь на него сеть, хочу кое-что проверить, — попросила Кэйла.

Джеральд кивнул. Не стал допытываться, просто сделал рукой едва уловимое движение. Человекоподобный зверь в клетке зарычал, разъяренный тем, что его лишили свободы. Кэйла медленно выдохнула, сосредоточиваясь. Попросила Амерей влить в нее немного божественной силы, помочь ощутить окружающую ее магию. Когда кончики пальцев потеплели, коснулась ими своих век.

Кэйла все чаще ловила себя на том, что действует уже не по наказу Денизе, словно беседующей с ней с помощью дневника, а по наитию. Опираясь на опыт колдуньи, она понемногу училась творить свои собственные чары.

Открыв глаза, Кэйла поразилась тому, насколько переменилось окружающее пространство. Сфера света Амерей на алтаре сияла словно десятки солнц — ярко, почти нестерпимо. От рук Джеральда к существу в клетке тянулись сверкающие серебристо-белые нити созданной им магической сети. Путы оплетали оскверненного, и под его кожей взбухало нечто черное, похожее на дымчатый сумрак, поглощающее — пожирающее даже — свет.

И то черное, что было в нем — что было им — разрушало сияющие нити ловушки. Одна за другой, они рвались с едва слышимым звуком, похожим на приглушенный стон лопнувшей струны.

Кэйла развеяла чары, чтобы вновь увидеть мир простым и привычным.

— Он рвет магическую сеть. Надолго она удержать его не сможет.

— Рвет? Как? — поразился молодой жрец.

— Что-то сидит глубоко внутри него, — помедлив, ответила она. — Что-то темное, неправильное… Думаю, именно оно сделала его таким, стерло в нем человеческие черты.

— Ты можешь выяснить, кто наслал на него проклятие, чем бы оно ни являлось? — спросил Джеральд.

— Попытаюсь. Но мне нужна его кровь.

Без лишних слов пададин приблизился к клетке с оскверненным. Молниеносно просунул меч между прутьев, полоснул по коже. Кровь — темно-бордовая, густая, окропила лезвие клинка. Кэйла поспешно вынула из кожаного чехла пустой флакон, в который Джеральд аккуратно влил кровь оскверненного.

Уходя из храма Амерей, она бросила тревожный взгляд на клетку. Желая развеять ее беспокойство, Джеральд сказал:

— Клетка зачарована. Ему не выбраться из нее.

— Да, но… Что нам делать? Тот, кто заперт в ней, наверняка прежде был человеком.

— Вот именно, был. И если он попытается причинить вред людям, я убью его без колебаний — не оглядываясь на то, кем он когда-то был.

Голос Джеральда звучал как всегда хладнокровно, но теперь от его хладнокровия Кэйле стало не по себе.

— Надеюсь, этого не произойдет, — прошептала она, крепче сжимая в руках флакон с кровью. — Мне нужно во всем разобраться.

Оказавшись дома, Кэйла попросила Джеральда оставить ее одну. Он наотрез отказался.

— Я знаю, как далеко ты можешь зайти. Я должен быть рядом. Должен знать, что с тобой ничего не случится.

Поразмыслив, Кэйла кивнула. Возможно, это и к лучшему. Она все еще не могла чувствовать себя полностью уверенно, когда дело касалось новых для нее чар.

— Тогда просто побудь в другой комнате. Мне сложно сосредоточиться, когда ты рядом.

Кэйла вспыхнула, осознав, как двусмысленно прозвучали ее слова. Поспешно отвернулась, чтобы Джеральд не успел прочитать смущение на ее лице. Страшно даже представить, как он истолковал ее слова… особенно после того эпизода на поляне.

Как только за паладином захлопнулась дверь, Кэйла приступила к делу. Прежде она хотела прочувствовать магию, таящуюся в крови оскверненного, но после того, что ей открыло особое зрение, усиленное прикосновением Амерей, в этом уже не было нужды. Она и так знала, что в крови существа было нечто темное, что изменило его безвозвратно. То, что лишило его права быть быть человеком и даже называться им.

Вместо этого Кэйла решила сотворить новые чары. В них соединилась сила трав, о которых рассказала ей Денизе, и мощь магии крови. Она впервые пробовала нечто подобное, и присутствие Джеральда за стеной и впрямь придавало ей уверенности. Что бы ни происходило между ними, он не позволит, чтобы с ней случилось что-то плохое.

Кэйла разложила на столе необходимые атрибуты: ампулу с кровью, несколько пучков солнечной травы. Задумчиво взглянула на порошок из летяги. Она помнила рассказы Денизе об этом чудотворном живительном сосуде, таящем в себе силу ясновидения. Денизе предупреждала, что выявить всю мощь летяги может только опытная и сильная белая колдунья. И пускай Кэйла еще не считала себя таковой, появление оскверненного в Венге стало толчком и символом перемен.

Его появление в Венге — не случайность, а первое звено в цепи закономерностей, которая вот-вот должна обрушиться на город, оплести его в тесном, удушающем объятии. Стихийное предчувствие… Кэйла назвала бы его колдовским. Оно терзало ее, сжигало изнутри, требуя немедленно сделать хоть что-то. Глядя в окно, она видела залитый солнцем город, но внутреннее чувство не позволяло невинному пейзажу ее обмануть.

Надвигалась буря.

Кэйла смешала в нужных пропорциях травы и, помедлив, добавила в зелье пару капель крови оскверненного. Не сказать, что перспектива пить его кровь, уподобившись вампиру, ее привлекала. Однако, придавая эликсирам ясновидческие свойства, летяга могла помочь ей понять, что случилось с оскверненным, отчего в его душе, в его теле поселилась тьма.