Чтение онлайн

– Ученый, я жду…

– Хорошо, я отвечу… Просто я никогда об этом не думал. Я вообще не люблю цветы, они не долговечны, тонкие, легко сорвать, а если уж сорвал, то быстро сохнут.

– А аромат цветов? Он тоже не привлекает, неужели совсем?

– Аромат? Ну, если посмотреть под таким углом, хм…тогда мне нравится аромат, исходящий от ваших волос, простите, – немного покраснев, произнес он.

– Ох мои волосы… Это масло из цветков мирта.

– Тогда пусть моим любимым цветком будет он.

– Как замечательно всё складывается, я думаю.

– Вы это о чем?

– Мы столько нового узнали друг о друге, это же замечательно. Совсем недавно мы даже не были знакомы, а теперь вот идем одной дорогой и обсуждаем такие вещи.

– Мы идем одной дорогой потому что, это прямой путь до наших домов. Это логично.

– Логично, но неинтересно. Кстати, а почему Ученый, вы ходите более длинной и менее удобной дорогой, когда есть более короткий и оживленный путь?

– Там слишком шумно, многолюдно и.... и там столько храмов по пути, что я предпочитаю эту тропу.

– Храмов? Да, там есть один, он был воздвигнут в честь основательницы нашего города, Богини Афины.

– Основательницы? Хм… город основали и создали таким каким мы его знаем люди. Великие Цари, архитекторы, мастера и рабы, ну уж точно никакая там вымышленная богиня. Надеюсь, это была дань старым традициям, а не ваше истинное мнение.

– Вы недолюбливаете Богов? Вы в них не верите?

– Не верю? Мой ответ – да! Недолюбливаю? Мой ответ – конечно! Я уверен, вместо того, чтобы тратить время на бесполезные молитвы и подношения им, эти глупые люди могли бы заниматься самообразованием, интересоваться окружающим их миром, заниматься семьями и уделять больше времени детям.

Все в совете ученых знали, что Маттиас не особо верующий, но никто никогда не осмеливался задавать вопросы на эту тему, а уж тем более вступать с ним в дискуссию. Так же и Мина знала это, но в тот момент она осознала всю глубину его болезненной обиды. Его глаза светились ненавистью, а речь стала настолько резкой, что она решила сменить тему, да бы не вызвать ещё более болезненной реакции.

– Я понимаю, наверное, и что самое главное каждый имеет право на свою точку зрения, тем более такой образованный человек как вы.

– Я рад, что вы со мной согласны, значит мы похожи, и в отличие от этих примитивных людей не тратим свое драгоценное время на глупые молитвы, которые кроме разочарования ничего со временем им не принесут.

Но услышав эту фразу прежнее желание улетучилось, голос задрожал и как будто на секунду она потеряла самообладание:

– Нет, я не согласна! Я согласилась с тем, что ваше мнение имеет право на существование, как и мнения тех верующих, которые посещают Храм каждый день. Вера, в Богов, в светлое будущее не может быть глупым! Если нет Веры, нет жизни, а если нет жизни, то человеческое существование еще короче и бессмысленнее чем жизнь цветка, который сорвали, насладились его красотой и ароматом, а затем выкинули! Вот что я думаю.

В воздухе повисла тишина, было слышно, как бьются их сердца, как ветер колышет деревья и как земля под ногами издает скрежет от шагов.

– Простите, меня. – Прервав столь тяжелое молчание произнесла она. – Я не хотела…то есть…просто, я же объект Вашего исследования, а раз так, то укрывая свои истинные мысли я искажаю его.

– Вы напоминаете мне мою маму, – тихо, почти шепотом произнес он. – Вы так её мне напоминаете, что иногда страшно…Вы такая же, как и она невообразимо живая, с блеском в глазах, открытая этому миру, с живым умом и глядящая далеко в будущее. И к сожалению, с любовью к ним, к этим Вашим Богам! Мне жаль…

– Жаль? Но почему именно это чувство? Жалость обычно испытывают к слабым, больным или немощным, а верующих людей к таковым отнести никак нельзя. Вы знаете, Маттиас, – продолжая теперь уже более нежным и спокойным голосом, – Я ведь тоже раньше была немного зла на Богов и думала, что они оставили меня и мою семью, и что помощи ждать от них не стоит. Но со временем я всё поняла и самое главное приняла. А затем…затем наступила гармония, радость и меня окутала любовь ко всему что нас окружает. Вы, наверное, сейчас меня совсем не понимаете и считаете глупой, но это ничего, у нас с вами огромный путь, и мы пройдём его вместе, чтобы не случилось.

– Ваш дом, кажется? – прервав её он тяжело вздохнул.

– Да, а я и не заметила, что мы уже дошли, но меня радует, что в этот раз, заметили, Вы. Ну что же тогда до завтра! – с улыбкой произнесла она и свернула на небольшую тропинку, вдоль которой на протяжении всего пути росли благоуханные цветы, в сторону огромного белого дома, который был окружен со всех сторон цветущими деревьями и от этого весьма выделялся среди прочих.

– Прощайте. – произнёс почти себе под нос Маттиас и проводив взглядом свою собеседницу двинулся по направлению к своему дому. Он шёл еще медленнее чем обычно, почти волоча ноги по земле, он был не в настроении. Осадок от столь бессмысленной и раздражающей, по его личным убеждениям беседы, еще давал о себе знать. Но даже это не могло унять то ноющее, не отпускающее, но такое теплое и родное чувство где-то глубоко внутри, что ему хотелось плакать…Он вдруг вспомнил себя десятилетним мальчиком, хотя не делал этого так давно. Подойдя к своему дому, он посмотрел на скамью, которая стояла вся заросшая травой и выглядела весьма шаткой и не надежной. Задержав взгляд на несколько секунд, он сделал глубокий вдох и зашел внутрь.

– Ученый, как Вы себя чувствуете? – робко, с легкой нотой сожаления спросила Мина.

– Хорошо, – сухо последовал ответ.

– Мы сегодня продолжим наше общение, как обычно после окончания собрания?

– Возможно, если меня сильно не задержат для обсуждения предстоящего события, – не меняя интонации и даже не посмотрев в сторону собеседницы продолжал он, – Вы же понимаете, какое грандиозное оно будет и что приготовлений еще слишком много. К тому же я еще не начал готовить свою речь. Я дам ответ чуть позже, а сейчас простите меня, но я слишком занят. – после этих слов Маттиас развернул очередной свиток и углубился в его изучение, всем видом давая понять, что более не готов вести беседу.

Собрание было долгое и как всегда весьма оживленное, но уже подходило к концу. Все спешно собирались и только двое особо никуда не торопились. Мина стояла на привычным для нее месте, облокотившись о колонну и внимательно смотрела в сторону Маттиаса. В отличие от других он не останавливаясь продолжал делать записи, то и дело открывая и закрывая очередную книгу.

– Мина, вы не собираетесь идти домой? Вас что-то задерживает?

– Я жду Маттиаса, знаете, Христофор нам с ним по пути.

Но не дав закончить он прервал её:

– Вы уверены?

– Простите?

– Вы же понимаете, Мина, о чем я? Ведь так? – немного раздосадованным голосом произнес он.

– Да понимаю, но не желаю принимать.

– Мы здесь все как одна семья и я переживаю за вас обоих. Маттиас, он не совсем такой как мы, то есть он совсем не такой как мы. Вы сейчас смотрите на светлое будущее всего античного мира, в этом мальчике и его потенциале скрыто еще столько всего. И если он будет отвлекаться на всякие мелочи, то сойдет со своего пути и потеряет свой ориентир.