Чтение онлайн

– Иди сюда, – позвал ее детектив в проход между столиками, – встань ко мне спиной. Смотрите, пацаны. Представим, что я вампир. Я нападаю на нее сзади – как это описали все жертвы, приславшие письма в газету. Поскольку я правша, то обхватываю ее левой рукой, а правой прижимаю к ее носу и рту тряпицу с хлороформом…

Алексей выполнил означенные действия, обратив на себя внимание по меньшей мере половины ресторана.

– И что вы видите? – спросил он, все еще держа Кристину в своих руках.

– У нее свободна правая рука! – высказался Игорь. – Которой она могла бы попытаться оторвать маску с хлороформом от лица! И царапаться, щипаться…

– Именно. Это оставляет шанс, что жертва могла справиться с нападающим. Но у нас нет ни одного свидетельства, в котором бы жертва победила!

– Но, может, просто такой человек не написал?

– Допустим. Но зато написали остальные, и их достаточно много, чтобы делать выводы!

– А хлороформ, он разве действует не мгновенно? – спросил Роман.

– Нет, в том-то и дело, что нет! Усыпляет он только через три-четыре минуты, хотя сознание мутится примерно через минуту.

– Что означает, что у жертвы есть как минимум одна-две минуты для сопротивления? – уточнила Кристина, вернувшись на место.

– Да. Вывод? – он обвел глазами молодежь.

– Может, это был не хлороформ? – спросил Роман.

– Он самый, можешь не сомневаться. И судмедэксперт так считает, и жертвы нападения описали «тряпицу со слабо и довольно приятно пахнущим веществом», что указывает на него же!

Они молчали.

– Хорошо, – смилостивился детектив. – Игорь, поди сюда. Кристина, поработай еще, пожалуйста, в роли жертвы. Роман, ты тоже иди к нам.

Представим, что нападавших двое. Игорь, ты обхватываешь Криску двумя руками, на уровне локтей, прижимая их к телу, лишая ее тем самым возможности двигаться. Роман, ты малость повыше, – ты становишься позади Игоря и тоже двумя руками одновременно прикрываешь нос и губы Кристины, типа маску накладываешь. Давай, давай, смелее, Криска, по имеющимся у меня сведениям, не кусается!

– Эй, полегче! – прогундосила она из-под ладоней Романа. – Я так задохнусь!

Скульптурная композиция из двух крепких молодых мужиков, заграбаставших в жесткое кольцо хорошенькую хрупкую девушку, вызвала на этот раз в ресторане не только удивление, но и возмущение.

– Вы чего, мужики? – спросил кто-то.

– Эй, парни! А ну отпустите ее! – громогласно проговорил другой голос.

– Вот-вот, – поддакнул ему третий, – я сейчас милицию вызову!

– У нас следственный эксперимент, – буркнул Кис. – Соблюдайте спокойствие, граждане!

– Какой еще эксперимент? Вы из ментовки?

В глубине зала мелькнуло обеспокоенное лицо хозяйки ресторана.

– Это шутка, – лучезарно улыбнулась Кристина, которая уже выпуталась из рук Игоря и Романа. – Мы занимаемся созданием моделирующих систем!

И, тихо дернув Алексея за рукав, она поспешила вернуться за стол. Кис понял знак, тоже сел на место, Игорь с Романом последовали их примеру.

– Тут такой контингент, – тихо произнесла Кристина, – что про милицию лучше не надо. Может послужить дурной рекламой заведению.

– А что такое «моделирующие системы»? – спросил Роман.

– Да я специально так сказала, непонятно, чтобы от нас отстали! – засмеялась Криска.

Роман настаивать не стал, но Алексей, метнув на него взгляд, понял: первое, что сделает сын, вернувшись домой, это влезет в Интернет и найдет там все, что относится к «моделирующим системам»!

«Браво! – подумал он. – Любознательность есть залог широты мышления… и вообще мышления как такового».

– Ну что, теперь понятно? – он обвел глазами своих волонтеров.

– Их было двое! – объявил Роман.

– Два вампира?! – изумилась Криска.

– Или кто-то ему помогал? – спросил Игорь.

– Женщина, – ответил Кис. – Любящая женщина.

– Жена? – недоверчиво спросила Кристина.

– Мать, – ответил Роман.

– Или сестра, – возразил Игорь.

Они даже не подозревали, эти пацаны, как выбор слова – «мать» для одного и отрицание такой гипотезы для другого – выдавал их личные биографии! То, что было святым для Романа, – являлось пустым звуком для Игоря… [8]

С Криской же еще понятнее: в данный период своей жизни она потихоньку примеряет на себя роль жены, испытывая меру собственной толерантности в грядущем семейном общежитии. Откуда и ее предположение.

– Поскольку это болезнь генетическая, то наш вампир проявил признаки порфиризма еще в раннем детстве. Сестру нельзя исключить, но я все-таки голосую за мать, – произнес Кис. – Скажем так: мать в процентном соотношении более вероятна, чем сестра. Так что будем отрабатывать сначала эту версию. Если не сработает, тогда рассмотрим версию сестры. Что же касается жены, – посмотрел он на Кристину, – то вряд ли наш клиент женат. Такие больные обычно асоциальны и, кроме того, страдают импотенцией.

– И что является нашей задачей? – спросил Игорь.

– Найти его мать в районной поликлинике.

– Это понятно… Но по каким признакам? В районной поликлинике работают в основном женщины, их там уйма!

– А вот думайте, пинкертоны!

Детки молчали.

– Это болезнь генетическая, напоминаю, – подсказал Алексей. – То есть с детства. А нападения на людей у нас только с прошлой осени!

– Она в поликлинике недавно работает! – воскликнул Игорь. – Раньше она находила другой способ добыть кровь, но он накрылся по каким-то причинам… И она перешла в поликлинику!

– …для того чтобы найти людей, чья группа крови соответствует ее сыну… – добавил Роман, – или ее брату, к примеру… Таким человеком мог оказаться и старший брат, между прочим!

Алексей посмотрел на него. Конечно, конечно же, СТАРШИЙ БРАТ! Еще одно слово, которое так безапелляционно, беззастенчиво, с потрохами выдает человека. Он сам, Роман, был таким старшим братом, который умел любить, умел жертвовать, умел пойти даже на преступление… Он слишком много чего умел, этот мальчик.