Чтение онлайн

На самом деле, проблем с предоставлением желаемого Фрэнку не было. Темный Властелин – большой любитель заключать разнообразные договоры и соглашения с хитрыми условиями, оговорками, торгом и ссылками на мелкий шрифт в конце текста. А у кого, вы думали, была нагло сплагиачена кредитная бюрократия всех финансовых учреждений и прочая людская бухгалтерия? Алекс прекрасно всё это знал, но одно дело подмахнуть кровью замысловатый вензель под скучными параграфами, взваливая на себя невидимые до поры обязательства, и совсем другое, эти самые обязательства попытаться столкнуть со своего, уставшего от опостылевшей жизни, горба. Для такого хитрого финта ушами нужен посредник – маг, желательно очень чёрный и по возможности приближенный к Владыке.

Заковырка заключалась в том, что суровые ребята из Доминиканцев в свое время основательно зачистили мир от талантливых чародеев всех мастей, во имя Священной конгрегации. Александоррусу и самому пришлось какое-то время прятаться от крепких ребят из Инквизиции, чётко отрабатывавших страны и города на предмет отправки на жаркий очищающий костер адептов Самого.

Глория почти закончила разбираться с бумагами и уже рисовала в воображении громадный кусок горячей пиццы с зеленью и маленькими колбасками, когда колокольчик над входной дверью мелодично звякнул. Она взглянула на часы. Рабочий день подходил к концу, и никаких гостей не ожидалось. Может, какой-нибудь припозднившийся детектив или прибыла федеральная почта? Глория выглянула из кабинета, вестибюль был пуст.

"Странно, не могло же мне почудиться!?" – подумала она, – "хотя, с таким напряженным рабочим графиком, подтекающая крыша – это только вопрос времени".

Учитель с Фрэнком собрались по делам фонда в Дарем, и Латтимеру пришло в голову назначить этого слащавого павлина Мейсона заместителем. Только узнав, что остается за старшего, он тут же начал задирать нос и свалил добрую половину бюрократии на неё.

– Ничего, дурилка картонная, мы ещё посмотрим, кому Мастер дарует бессмертие. Я ещё на твоих похоронах напьюсь и буду голой возле гроба танцевать! – зло пообещала девушка.

– Я обязательно посещу это чудное мероприятие, дабы лицезреть ваши нагие телеса! – вдруг раздался приятный мужской голос прямо у неё над ухом.

Глория взвизгнула и опрокинулась вместе со стулом, отбив задницу и сломав каблук.

– Как!? Как Вы здесь оказались!? – завизжала она, с ужасом разглядывая возвышавшегося над ней мужчину.

– Кстати, грудь можете показать прямо сейчас, – предложил он невозмутимо.

– Я буду кричать! Вызову охрану!

– Ладно, забыли про грудь! – примирительно проговорил пришелец и галантно протянул девушке руку. – Я тут, собственно, по делу. По Вашу душу, так сказать.

Глория неуклюже поднялась, с досадой скинула сломанную туфлю от Рикардо Палатини и уточнила:

– Вы от Учителя?

– Что? О, нет! Поверьте, я не имею к этому клоуну Алекандоррусу никакого отношения!

– Да как Вы смеете! – задохнулась девушка в припадке праведного гнева. – Да Вы… Вы…

– Я демон, – подсказал мужчина, чуть склонив голову в полупоклоне.

Под курчавой шевелюрой, там, где заканчивался лоб и начинали расти волосы, Глория разглядела крошечные рифлёные рожки.

– Вот чёрт!

– Ну, или так, – согласился демон, – а вообще меня Самуилом зовут.

– Да хоть Мудапундилом, изыди, нечисть! – завизжав, она сорвала крохотный крестик с изящной цепочки, что висела у неё на шее, и припечатала его Самуилу прямо в лоб.

– А-а-а!!! – заорал не своим голосом демон и начал заваливаться на пол, закрыв лицо ладонями. – За что!?

– Именем святым, заклинаю тебя, дух нечистый, ибо не имеешь ты власти надо мною! – читала Глория нараспев.

Самуил вдруг замолчал и отнял руку от лица, затем хитро посмотрел на Глорию сквозь растопыренные пальцы:

– Да я прикалываюсь! – он вернул ей крошечное распятие. – Ладно, хорош дурковать, дело, говорю, у меня к тебе!

– К… как-кое? – девушка на автомате забрала свою ладанку, не в силах поверить, что ритуал экзорцизма, который в её любимых фильмах проходит на ура, тут как-то не сросся.

– Ты знаешь, куда направились твои друзья, Александоррус и этот, как его – шилом бритый который?

– Латтимер? – она вспомнила глубокие оспинки на лице Фрэнка.

– Ага, Латтимер. Понимаешь, душа моя, патрон очень интересуется, не упоминал ли этот охламон Алекс некоего человека по имени Сармис?

– Почему ты вдруг решил, что я буду помогать вам!? Ты оскорбляешь моего Учителя, желаешь зла нашему фонду! – девушка схватила тяжелый прибор с рабочего стола. – Да я сейчас тебе дыроколом втащу, раз распятие не берёт!

– Я умоляю, Глори! – демон сложил ладошки лодочкой, – ну, подумай ты своей бестолковкой, с кем выгодней сотрудничать? От кого твой горе-гуру получил свой дар, кто наделил его бессмертием и неуязвимостью!?

– Изыди…

– Доктор, вы удобно устроились!? – улыбнулся Алекс и постучал костяшками пальцев по лакированной крышке багажника. – Хотите, я прострелю вам парочку дыр, для вентиляции?

– Спасибо, не нужно. Лучше прострелите себе голову, для вентиляции! – глухо ответил Сармис из недр Кадиллака.

– Ну, как хотите, ехать долго! – услышал Захария, прежде чем зарычал двигатель.

Алекс развалился на заднем диване и, вставив в уши затычки плеера, прокричал:

– Фрэнк, предупреди Мейсона, что, возможно, нам понадобится горелка и садовые ножницы!

Сидевший за рулем Латтимер на секунду потерял концентрацию и вильнул вправо, чуть не протаранив отбойник.

– Да шучу я! – рассмеялся маг, – этого «доктора» пытать нет нужды, расколется после пары оплеух и одного пендаля!

* * *

В Дарем они приехали ранним утром, практически затемно. В университете друзья предъявили службе безопасности кампуса поддельные удостоверения федеральных маршалов и поинтересовались, как им встретиться с доктором Сармисом. Оказалось, что его лекция начнётся ближе к полудню, и Алекс, дав распоряжение охранникам не распространяться никому о том, что у преподавателя химии проблемы с властями, решил караулить Захарию на парковке.

Около одиннадцати дня Фрэнк толкнул в бок задремавшего на водительском сидении шефа:

– Эй, Учитель! Поглядите-ка на этого коротышку, не наш клиент!?

Невысокий грузный человечек в щеголеватом сером костюме-тройке, смешно косолапя, пересекал аллею. Под мышкой он сжимал потёртый кожаный портфель, а поля шляпы скрывали лицо.

– А кто его знает! – пробормотал Алекс, силясь разглядеть сквозь лобовое стекло прохожего. – Иди, проверь!

Латтимер выскочил из машины и, догнав, деликатно придержал толстяка за локоток.