Чтение онлайн

— Он кричит, потому что увидел свет твоего факела, — удовлетворенно сообщил Советник прежде, чем Эльга успела задать следующий вопрос.

Крик прервался так же внезапно, как и начался, сменившись хрипом и бульканьем. Затем смолкли и эти звуки. Через минуту Уилар вышел в коридор, завинчивая крышку фляги. На лице чернокнижника было написано глубочайшее отвращение.

— Ну и запашок! — сказал он, сплевывая. — Как будто в выгребной яме искупался…

Эльга молча отдала ему факел. Она не стала спрашивать, почему и руки, и фляга Уилара вымазаны в красном…

…Они бродили по подземельям монастыря уже более получаса, обыскивая одно помещение за другим. Эльга скоро поняла, что Уилар хочет проникнуть еще ниже, но ни один из обнаруженных путей его не устроил. Когда они начали в третий раз спускаться по одной и той же лестнице, она осмелилась заикнуться:

— Здесь мы уже были…

Уилар остановился так резко, что Эльга, шедшая следом, уткнулась ему в спину. В колыхающемся свете факела лицо чернокнижника не предвещало ничего хорошего.

— Это опять ты, — сказал он утвердительно. И поинтересовался, чуть наклонив голову: — Придушить тебя, как в замке Мерхольга?

— Нет! — Эльга отшатнулась назад и упала на ступеньки.

— Я так и поступлю, если ты не перестанешь мне мешать.

— Но я ничего не делаю!..

— Делаешь. Ты смотришь на вещи. Ты запоминаешь их. Я пытаюсь найти трещину в непрерывности вещей, а ты делаешь все, чтобы сохранить видимый мир в целости и сохранности.

— Я не понимаю…

— Ты прекрасно все понимаешь. Если ты не перестанешь вставлять мне палки в колеса, я тебя задушу.

Уилар отвернулся и продолжил путь вниз, в темноту. «Что он от меня хочет?..» — подумала Эльга, отчаянно сжимая кулаки.

— Перестань думать, — посоветовал невидимка. — Перестань верить тому, что видишь.

Так как Эльга не знала, как это сделать, она просто закрыла глаза и стала спускаться следом за Уиларом на ощупь, перебирая ладонями влажные камни стен.

Мир, лишенный единственного источника освещения — факела в руке Уилара, стал тесным и незнакомым. В какой-то момент ей показалось, что она по-прежнему видит лестницу, но не глазами, а иначе, чувствует каждую ступеньку, каждую трещинку в стене. Она так увлеклась своими ощущениями, что открыла глаза, только когда Уилар потряс ее за плечо.

Они стояли в самом низу, на крохотной площадке, заваленной досками, камнями и строительной рухлядью. Справа, под лестницей, была низкая дверь, уводившая в маленькое хозяйственное помещение. Там тоже не было ничего интересного — комнату они осматривали уже два раза.

— Смотри, — произнес Уилар, указывая факелом на стену прямо перед собой. — Что ты видишь?

— Н-ничего…

— Присмотрись.

Эльга послушно стала всматриваться в камни, не понимая, чего же от нее хотят. Перед ней была обыкновенная земляная стена. Монахи еще не успели выложить ее камнем. «Может быть, надо смотреть не глазами?» — подумала она. Но странное ощущение, сопровождавшее ее во время бега в скрипторий, а затем — во время спуска по лестнице, когда она ясно ощущала окружающее без помощи глаз, снова пропало.

Уилар подошел к стене, повернулся, сделал шаг… и пропал. У Эльги округлились глаза — ее спутник, вдобавок ко всем своим прочим талантам, оказался способен проходить еще и сквозь стены. Но стоило Уилару через секунду снова появиться перед ее взглядом, как что-то сместилось в ее голове и она поняла — дело вовсе не в магии. Чтобы убедиться в верности своей догадки, она быстро подошла к Уилару… Так и есть! Это была не одна стена, а две, притом вторая находилась на расстоянии двух футов от первой. В узкий проход между ними вполне мог протиснуться человек, но если смотреть со стороны, две земляные стены казались одним целым.

— Зачем это сделали?. — недоуменно пробормотала Эльга. — Кто?

— Ну кто строил…

Уилар улыбнулся и подтолкнул Эльгу в темный проем.

— Ты думаешь, они знали об этом месте?

— Но…

— Ты думаешь, это место всегда такое же, как сейчас?

Эльга начала кое-что понимать.

— Это и есть трещина, о которой вы говорили?.. — прошептала она.

— Совершенно верно, — кивнул Уилар.

По мере их дальнейшего продвижения узкий проход расширялся, несколько раз менял направление и под конец превратился в полукруглый туннель, в котором могли идти рядом два человека. Свет, исходивший от факела, неоднократно менялся — иногда он сносно позволял видеть впереди на расстоянии шестидесяти футов, иногда радиус обзора сокращался до двух-трех шагов, за пределами которых нельзя было рассмотреть ничего. Взглянув на факел в руке Уилара, Эльга увидела, что огонь горит ровно и гаснуть не собирается: ветра тут не было… «Значит, — подумала девушка, — меняется мир… Меняется незаметно для нас…» Ей представилось, что мир пульсирует, сжимаясь и разжимаясь, словно человеческое сердце, выставленное на всеобщее обозрение. Ей показалось, что еще чуть-чуть — и она поймет многое из того, что прежде говорил Уилар, поймет, каким образом окружающий мир может существовать и не существовать одновременно. Видимость теряла свое значение, а то, что простиралось за пределами видимости, описать было невозможно: вещи переставали быть вещами, переходя в какое-то иное состояние. Туннеля больше не было; было пространство, изрытое норами и щелями, Уилар уверенно выбирал определенный маршрут и двигался по нему, перемещаясь вместе с Эльгой от одной дыры в пустоте до другой, но были и иные направления, расходящиеся и переплетающиеся, как клубок паутины.

Эльга почувствовала неестественную легкость; она быстро слабела и более не могла оставаться в этом состоянии. Мир сжался до точки; Эльга моргнула и увидела, что по-прежнему идет вместе с Уиларом по бесконечному древнему туннелю… И хотя здесь не было ни боковых проходов, ни ответвлений, она знала, что они могли — и могут до сих пор — выбрать иное направление движения и достигнуть альвийской сокровищницы или тысячи других таинственных мест… Эта мысль вернулась к ней с особенной силой, когда туннель закончился. Прежде чем они уткнулись в тупик, он стал очень ветхим и неровным, с потолка свисали корни деревьев, воздух сделался душным и влажным. Там, где туннель упирался в стену, корней было особенно много. В большинстве своем сухие или полусгнившие, они создавали некое подобие рваного и очень толстого ковра.

Уилара, однако, это не смутило. Он отдал Эльге факел, снял с пояса кинжал и принялся очищать проход. Чем больше он резал, тем яснее становилось, что за корнями — сплошная земляная стена. «Надо было пойти в другом направлении», — подумала Эльга. Как бы в ответ на эти мысли Уилар протиснулся вперед, обрывая корни, до которых не успел добраться кинжал, и толкнул плечом земляную стену. Ничего не произошло. Колдун уперся обеими ногами в пол и, перенеся вес тела на руки, попробовал еще раз. Стена поддалась. Комья земли посыпались вниз, в верхней части «тупика» появилась светлая щель. Глубоко вдохнув, Уилар толкнул створки еще раз и, не обращая внимания на сыплющийся вниз мусор, наконец-таки распахнул их.

Когда они выбрались наружу, Эльга поразилась увиденному. Здесь тоже была осень — но какая! Было светло, почти как днем. Серебряно-золотистый ковер устилал пространство между деревьями. Величественный лес дышал вечностью. Узловатые корни переплетались в запутанные клубки. Необъятные стволы деревьев казались колоннами исполинского храма, созданного без помощи чьих-либо рук. Воздух был чист и ясен; огромная луна, прорываясь сквозь облака и ветви деревьев, казалась серебряным огнем, зажженным в небе… Было поразительно тихо.

— Что это за место? — шепотом, не смея тревожить тишину, спросила Эльга.

— Альфхейм, — также тихо ответил Уилар. — Так говорят на севере.

— Мы увидим их?..

— Нет. Альвы ушли. И вместе с ними ушла почти вся жизнь, наполнявшая это место.

Они двинулись сквозь лес. Все, что видела Эльга, вызывало в ней какие-то странные, сложные чувства; ей хотелось петь и плакать одновременно; все казалось странным, как будто бы она шла не наяву, а во сне потерялась во сне и не могла проснуться. Сердцу было тесно в груди.