Чтение онлайн

– Бензин кончается, – заметил Синявский.

– Сольём у кого-нибудь?

Внедорожник остановился на обочине. Разведчики вышли, потянули затекшие спины и разошлись в поисках бензина. Ближайшие машины оказались пусты.

– Блин, и что теперь делать? – проворчал Женя. – До Москвы не доедем.

Антон огляделся.

– Может в городе есть, – сказал он и посмотрел в сторону многоэтажек.

– Поехали.

Видное был типичным замкадышем, где старые дома начала XX века соседствовали с огромными человейниками. Автомобиль свернул на городскую улицу. Слева тянулись трёхэтажные кирпичные дома с угловатыми крышами, справа – белые хрущёвки. Внедорожник остановился на небольшой заставленной машинами площади.

– Дальше ехать опасно, – сказал Антон.

Друзья вышли на улицу. Женя достал из багажника шланг и пошёл к первому брошенному автомобилю.

– Есть! – крикнул он и начал переливать бензин в канистру.

Антон остался в автомобиле, достал из бардачка карту и стал искать дорогу к измайловским гостиницам. Через минуту он услышал стук по стеклу машины. Думая, что это Женя он медленно повернулся, и вдруг его рука дёрнулась к пистолету. Снаружи стоял мужик с красным распухшим лицом, за ним был другой в шапке. Последний держал пистолет у головы Жени. Недалеко тёрлась низкорослая рыжая женщина, она наблюдала за дорогой и постоянно оглядывалась.

– Выходи, – приказал мужик.

Антон медленно открыл дверь. К нему подбежала женщина, быстро ощупала холодными руками и вытащила пистолет.

– Во! Смотри! – прохрипела она.

– Позже насмотришься, – буркнул мужчина. – Вяжи его.

Женщина достала из кармана моток бечёвки и крепко связала Антону руки.

– Теперь вперёд! – грабитель подтолкнул лейтенанта.

Пленников повели по улице вглубь города. Похитители остановились у большого сине–белого здания, на крыше возвышалась покосившаяся вывеска «Курс. Торговый центр». У входа стояла старая железная бочка, из которой пахло жжёным мясом, вокруг неё скамейка и два деревянных стула. В грязи у бочки валялись кости и прочие объедки.

Один из мужиков постучал в дверь. В окне мелькнула перекошенная женская рожа. Сторожиха размотала цепь и открыла дверь. Внутри были ещё трое мужчин. Пленников провели через просторный холл в другой конец здания, где раньше располагался продуктовый магазин. Похитители прошли мимо пустых покорёженных полок и оказались на кухне.

С потолка свисали три железных крюка для свиных туш. Грабители подвесили на них Синявского и Женю, а затем, довольные уловом, удалились. Пленники оглянулись: из раковин торчали куски мяса, на полу лужа крови, столешница была измазана в чём-то, на ней валялись окровавленные ножи. Воняло жутко.

Вдруг из-за стены послышался мужской дрожащий голос. Сначала это было непонятное лепетание, затем истошный крик. Женя и Антон морщились после каждого надрыва голоса. И вдруг стоны замолкли. Послышался тяжёлый стук. Через полчаса из дверей вышел полуголый толстяк в запятнанном кровью фартуке. Его обвисшая грязная кожа шлёпала по ногам. Перед собой он толкал железную тележку с надписью «Сырая продукция». Мясник проехал мимо, Антон краем глаза заглянул в тележку. Голова закружилась, начался приступ тошноты. Синявский закрыл глаза и стал дышать. Быстрый вдох и медленный выдох. Женя увидел, как лицо Антона исказилось и побледнело, парень понял, что было внутри, и почему замолчал тот бедолага за стенкой. От этой мысли стало дурно.

Мясник приказал одному из товарищей стеречь пленников, а сам накинул куртку, достал пачку сигарет и потолкал тележку к выходу.

Охранник недолго походил вокруг да около и приблизился к пленникам.

– А вы аппетитные, – сказал он, уставив своё уродливое худое лицо на Синявского. – Особенно вот этот молоденький, – он оглянулся на Женю. – Я раньше любил есть молочных поросят. Они только родились, хрюкают такие, а их сразу на сковородочку, – хихикнул людоед, затем улыбка с его лица исчезла, и оно стало грустным. – Сейчас мясца стало не хватать, хорошо хоть вы любопытные попадаетесь… А вы жирненькие, не то, что ходят тут скелеты на один укус.

Каннибал снова ухмыльнулся и подошёл ближе к Антону. – Знаете, а мы вас приготовим по-особому. Я попрошу мясника пощекотать вас перед разделкой, мясо должно получиться посочней, – он причмокнул губами. – Потом он достанет нож из холодильника… – людоед закатил глаза, представляя будущее гастрономическое блаженство. – Его обязательно надо остужать, а то тёплый… Синявский резко хлопнул ногами по вискам людоеда, послышался хруст, и тот упал.

– Круто ты его уделал, – вытаращил глаза Женя.

– Давай выбираться, – проворчал Антон.

Синявский подтянулся и резким движением вверх сорвался с крюка. Потом он подбежал к Жене, подсадил его, и парень смог освободиться. Пленники перерезали путы и осмотрелись. За кухней была дверь, через которую раньше принимали продукты. Синявский и Женя выбрались на улицу и, озираясь, побежали к машине. Каннибалы тем временем стояли у входа и топили бочку. Не успев как следует отдышаться, Женя схватил канистру и спешно стал заливать бензин в бак. Вдалеке послышались беспокойные крики. Людоеды обнаружили потерю и погнались за сбежавшей добычей.

– Заводи быстрее! – крикнул Женя.

Внедорожник зарычал, и путники на полном ходу вылетели из города.

Автомобиль медленно вилял по МКАДу, десять полос которого были заставлены машинами; Антон поэтому поводу то и дело не по-офицерски ругался. Женя смотрел в окно на Москву. Проезжали Совхоз им. Ленина.

– Да, клубнички в этом году не поели, – усмехнулся Синявский, глядя на простирающиеся вдалеке поля.

Женя не ответил.

– Ты чего?

– Да, так, вспомнил, – уныло ответил парень.

– Понимаю. Сам из Москвы не при лучших обстоятельствах уезжал, – Антон вспомнил разграбленные магазины, брошенные автомобили, разъярённую толпу, мужика с проломленной головой, его пожилую жену, рыдающую над телом мужа и призывающую к совести, которой у толпы никогда и не было.

Автомобиль выехал на северо–восточную хорду – широченную магистраль, наискось пересекающую город. Здесь было свободнее. У станции Выхино за внедорожником увязалась стая собак, но они вскоре отстали и ещё долго обиженно лаяли вслед. Справа и слева тянулись мрачные кварталы Выхина и Вишняков. Показалось огромное чёрное поле, посреди него были видны пруд и усадьба Кусково. Шпиль колокольни блестел в редких лучах солнца, которым удалось прорваться сквозь дыры в тяжёлых зимних тучах.

Впереди показались четыре высоченных белых здания, стоящих в форме креста. Измайловские гостиницы. Автомобиль остановился на просторной пустой стоянке у входа в гостиницу «Дельта».

– Так, приехали. Возьми фомку, кто знает, что там внутри, – сказал Антон и потянулся на заднее сиденье за рюкзаком. Женя вышел из машины, мрачно посмотрел вверх и двинулся к входу. Антон шёл следом и постоянно оборачивался по сторонам: вдруг опять какой-нибудь людоед выскочит.

В гостинице никого не было. На полу лежали осколки стёкол, мебель была опрокинута, в лобби залетал снег. Чем дальше от окна, тем было темнее. Слабый зимний свет солнца едва дотягивался до стойки регистрации. Антон пощёлкал выключателем света. Лампы не загорелись.