Чтение онлайн

— Это же мне письмо, правда?

Стивен умудрился даже подпустить в голос нотку возмущения, и Летти вдруг пошла на попятный. Как бы там ни было, она без спросу прочла чужое письмо. Найти этому оправдание нелегко.

Впрочем, она попыталась.

— Стивен, письмо действительно тебе, но если оно от девочки, то это и мое дело. Если твоя подружка залетит, нянчиться с ребенком придется именно мне.

Разум Стивена попытался проследовать той тропой, какой долгое время блуждал разум его матери. Чуть не впав в агонию от умственных усилий, Стивен с удовольствием отхлестал бы себя по щекам за бестолковость. И все-таки до него дошло. Мать думает, что у него есть подружка. Тайная подружка, с которой он занимается сексом.

Стивен едва не расхохотался. Какой секс! Он даже не знает, нужно ли засовывать язык во время поцелуев или это просто чья-то тупая шутка. Весь секс для него сводится к выслушиванию фантазий Льюиса.

Прежний Стивен и впрямь расхохотался бы. Но нынешний Стивен, вступивший в переписку с маньяком, увидел шанс для себя — и воспользовался им.

Он протянул руку за письмом, решительно и деловито:

— Чтобы сказать, от кого оно, мне надо сначала прочесть, правда?

Этот спокойный тон и собственное чувство вины заставили Летти вручить Стивену письмо, хотя бабушка демонстративно поджала губы.

Стивену хватило одного беглого взгляда.

И все. Ни инициалов Эйвери. Ничего подозрительного. Даже непонятно пока, что вообще это значит, но тут уж он разберется. Стивен не сомневался, что разберется. Буквы «Д» и «Б» — заглавные, но никаких ассоциаций пока нет. Среди жертв не было никого, чье имя и фамилия начинались бы на Д.Б. Впрочем, неважно. Выяснит позже.

Сейчас главное, чтобы не выяснила мать.

— Это опять от А.Э.?

С удивившей его самого уверенностью Стивен пожал плечами:

— Мам, это просто девочка.

— Девочка, которая просит твою фотографию! — Летти попыталась разбудить в себе прежнюю ярость, но открытость Стивена обескураживала.

Он снова пожал плечами, сунул письмо в конверт, а конверт — в задний карман черных школьных брюк.

— Ну что ж поделаешь, раз я такой красивый.

Как ни странно, и это сошло ему с рук. Даже больше — Летти вдруг улыбнулась и потянулась обнять его. Он деланно отстранился, пытаясь уклониться от поцелуя.

Летти победила, и оба рассмеялись. Бабушка отвернулась к раковине, но Стивен успел заметить и на ее лице подобие улыбки и — на один благословенный момент — вспомнил, зачем он начал раскопки на плато.

Вот именно за этим.

Мысль о том, что когда-нибудь они смогут стать нормальной семьей, пересилила разочарование и обиду и оставила ощущение счастливой грусти.

Он перестал сопротивляться и позволил матери обнять его, как она не обнимала уже долгие годы. Стивен положил голову ей на плечо, а Летти поглаживала его по спине, как, должно быть, поглаживала когда-то утомившегося от первых шагов малыша.

— Ты ведь не наделаешь глупостей, правда, Стиви?

— Конечно, нет, мам.

— Я просто беспокоюсь за тебя.

— Я знаю. Все нормально.

— Спроси, предохраняются ли они, — велела бабушка. Снова в своем репертуаре.

Летти отпустила Стивена и сердито воззрилась на мать. Очарование момента ушло. Стивен неохотно выпрямился.

— И не смотри на меня так, моя девочка. Если бы я вовремя поговорила с тобой о контрацепции, ты бы не… — Запас энергии иссяк, и бабушка просто кивнула на Стивена.

Стивен вспыхнул — отчасти от возмущения бабушкиными словами, — и Летти взяла его за руку.

— Ты ведь знаешь, что надо предохраняться, Стивен?

— Ма! — Стивен покраснел еще сильнее, но где-то внутри ощутил гордость от того, что и мать, и бабушка допускают такую возможность, пусть и в отдаленном будущем: он, Стивен Лам, привлекателен для кого-то настолько, чтобы заняться сексом.

В этом было что-то лестное.

Но смущение побеждало.

Стивен отстранился от матери, чувствуя, как стук сердца волнами отдается в голове.

Мать все еще держала его за руку, и он, видя тревогу в ее глазах, нашел единственный подходящий ответ.

— Не волнуйся, мам.

— А ты не заставляй меня волноваться, ладно?

Он кивнул и пошел к себе. По мнению бабушки, он явно легко отделался.

Стивен поднялся по лестнице, перескакивая через две ступеньки. Это было непросто — Льюису, например, не удавалось, так что Стивен решил потренироваться, раз уж это умение в цене. Наверху он перевел дыхание.

Д.Б. Кто такой Д.Б.? Ребенка с таким именем нет. Или есть? Эйвери намекает на нераскрытое убийство?

В комнате Стивен внимательно изучил письмо в тусклом свете, проникавшем в окно. Не обнаружив ничего нового, достал карту Эксмура.

Пришли мне фото, будь ДоБр.

Эйвери просит фотографию Д.Б. Но кто это?

Догадка явилась откуда-то изнутри три ночи спустя. Стивен проснулся с ощущением, что знает ответ.

Д.Б. — не «кто», а «что».

Самая высокая точка плато, неподалеку от нее и нашли все трупы.

Эйвери просил фотографию Данкери-Бикон.

Дорога до Данкери-Бикон заняла больше часа — при том, что без лопаты Стивен передвигался куда быстрее.

Без лопаты.

Уже само слово «лопата» заставляло Стивена содрогаться от стыда в ожидании неудачи.

И все-таки без лопаты идти было легче, руки болтались свободно, ноги шагали четко, Стивен слегка вспотел — дорога шла все время вверх. В этот раз он даже не захватил бутерброды, карманы старого анорака оттопыривали только бутылка с водой да фотоаппарат.

Фотоаппарат принадлежал Дэйви. Дешевый одноразовый фотик, последний из трех подаренных на день рождения. Первым Дэйви сделал несколько мутных портретов, а еще увековечил собственные ноги и потолок. Второй уронил в ванну, запечатлевая историческую битву Экшн Мэна и представителей внеземной цивилизации, принявших форму разноцветных ароматических шариков. Дэйви слишком поздно осознал, что разноцветные капсулы тают в горячей воде, превращаясь в белую масляную пленку и похожий на фруктовую жвачку гель, — и что мать, нечасто позволявшая себе такую роскошь, разъярится. В ужасе он и выронил фототехнику.