Чтение онлайн

— Привет сестрёнка! Еду к тебе на твой двадцать первый день рождения, соскучился ужасно. Жди!

Мариэль присела на край кровати, оставалось ещё одно послание, от нехорошего предчувствия у неё похолодели руки, и закололо в груди.

— Джонни, Джонни, мне уже двадцать два, а ты так до сих пор и не доехал. Где же ты?!! — горько проговорила она.

Второе послание было тоже для неё, только от Вуа. Озабоченное лицо фивийки смотрело на неё из шара:

— Мариэль, Джон пропал! Обещал вернуться и исчез! Почему ты не даешь о себе знать? Я так волнуюсь! Он же знает, как я его люблю, почему он оставил меня?!!

— Хотела бы я знать ответы на все твои вопросы, Вуа. Ещё есть надежда, что он жив, только вот где он! — сказала Мариэль, глядя туда, где только что испарилось последнее послание.

— Ответы? А ты разве ещё не знаешь?!! — на пороге появился ван Мид, только уже настоящий, без притворства. Мариэль обмерла от неожиданности, такого внезапного появления она никак не ожидала.

— Что, не ждали? Вы забыли ваше величество, что эту крепость строил я! Необязательно входить через ворота, для этого есть тайный ход. Мои люди тихо перебили стражу и уже открывают ворота для остальных. Ты проиграла! Жаль, что я пока не могу убить тебя. Дух Сиязары надежно охраняет тебя до тех пор, пока ты не продолжишь династию по женской линии! — самодовольно, угрожающе проговорил он.

— Пилатион! Нападаешь со спины как трус? Гнусный и изворотливый лжец! Вот почему ты меня здесь держал, надеялся, что родиться девочка и тогда меня можно было бы легко прикончить! А родился мальчик, и ты стал ждать! — закричала Мариэль.

— О, я с самого начала предвидел, что это будет мальчик от этого мерзкого охийца! Сила моего рода такая же древняя, как и династия Сиязары, я многое знал о тебе наперёд и даже рад, что родился мальчик, потому что действительно хочу слить две династии в одну. Ты родишь девочку от меня, а потом я тебя убью, и тебя и твоего любимого сыночка!

— Ты не человек! Ты демон из черного мрака! Это ты управлял мной, когда я разговаривала с подставным наместником, и ты заставил меня убить его, ты один разыграл перед таким количеством людей целое представление, заставил поверить всех, что Пилатион мертв. Столько месяцев ты цинично лгал мне и представлял, как через время лично отправишь меня к праотцам! — в ужасе прошептала Мариэль.

— Да, это так и я доволен собой! То, что ты из другого мира и не знаешь законов Азарона, сыграло мне на руку. Тебя легко обмануть! Ты сама помогла мне остановить битву, я сохранил своих людей, ты предоставила нам земли. Я захвачу Охию позже и земли этих благородных выродков будут моими! Вот чего мне не стоило делать, так это позволять тебе общаться с твоим кузеном Сивиллом, этот мальчишка, отмеченный династией, испортил мне всю игру. Его надо было убить, как и этого бывшего азаронского ястреба Рамса. Что ты так побледнела? Удивлена? В этом мире у тебя не один человек с родственной кровью, можно сказать был не один. Их скоро не станет! Мой долг перед моими предками истребить всех наших врагов, в чьих жилах течёт кровь династии Сиязары.

На улице послышались крики, звон оружия. По коридорам раздался топот бегущих ног и детский плач.

— Тео!!! — Мариэль рванулась к выходу.

— Стой! — наместник уперся мечом ей в грудь. — Хочешь, чтобы твой сын остался жив — покорись мне!

— Чтобы ты убил нас позже? Никогда этого не будет! Я тебя не боюсь! Сам сказал, что пока меня убить нельзя!

— Но охийского щенка можно! — жутко расхохотался он.

Мариэль бросилась в сторону и, схватив первый попавшийся стул, со всей силы швырнула его в Пилатиона, он увернулся, и у неё появилась возможность выскочить из комнаты. Она на ходу сбросила узкие туфли и босиком, подбирая тяжелую юбку, побежала за похитителями Тео. Наместник ринулся за ней вниз по ступеням. Во дворе крепости азаронцы отбивались от людей Пилатиона. Плач ребёнка сливался с криками сражающихся людей и стонами раненых. Мариэль перепрыгивая через лежащие тела и уворачиваясь от взмахов мечей дерущихся воинов, бежала на голос сына, которого уносили верные приспешники наместника. Она услышала, как прискакавший всадник громко крикнул:

— Сюда приближаются отряды охийцев!

— Я так и знал, что ты послала мальчишку за помощью! — раздался рядом с ней голос Пилатиона. — Они не помогут тебе! Твой сын — твоё самое слабое место. Ты отправишь охийцев обратно и покоришься мне, а с тобой и все азаронцы! Навеки!

— Нет! Ни за что! — она бросилась бежать дальше, к всадникам держащим на руках её сына и отражающим нападение азаронцев, которые были на её стороне.

Наместник, как заговоренный от пролетающих стрел, вскочил на коня, и быстро опередив её, прокричал:

— Значит, я скормлю его своим драконам!

Он выхватил у одного из своих людей арбалет и выстрелил ей прямо в грудь. Стрела вонзилась в правое плечо Мариэль. Она пошатнулась, но не упала. Тогда он замахнулся мечом, мечтая срубить ей голову, но с криком выронил свой меч, прижимая сведенную судорогой руку:

— Тогда ты умрешь сама! От горя! — бросил он, зло, глядя на неё.

Его небольшой отряд сорвался с места, покидая Новый Азарон.

— Наследница ранена! Госпожа, вам нужна помощь! — к ней подбежали азаронцы. Взволнованные лица. С заботой поддерживающие руки.

— Стоит ли нам запереть ворота и продолжать обороняться? Охийцы уже совсем рядом! — задал ей вопрос, обеспокоенный Азур.

— Нет, это друзья! У нас больше не осталось лошадей? — отчаянно проговорила Мариэль. Сейчас она не чувствовала боли, она широко распахнутыми от горя глазами смотрела вслед удаляющимся воинам Пилатиона. Ей казалось, что её тело осталось здесь, а душа летела в погоне за сыном.

— Наместник увёл всех лошадей, мы не можем броситься в погоню, но если охийцы нам помогут… — топот приближающегося конного отряда заглушил слова азаронского стражника.

Мариэль с трудом вышла за ворота. Каждый шаг отдавался сильной болью в плече, кровь залила всё платье на груди. Она уже чётко видела среди всадников Вааса, Нила и … Орланда. Пошатнувшись, Мариэль оперлась здоровой рукой о стену. Когда первые идущие впереди лошади поравнялись с воротами крепости, она упала на колени, умоляюще сложив ладони, и посмотрела на подъехавших охийцев глазами полными отчаяния.

— Не останавливайтесь! Я прощу вас, догоните отряд наместника! Верните его! — с мольбой в голосе простонала она.

— Мариэль, что здесь случилось? Ты ранена! — прокричал Ваас, соскакивая с коня и с тревогой глядя на изменившееся от страдания лицо девушки.

Сильные руки другого человека уже осторожно поднимали её с земли и такой родной, до боли знакомый ей голос спросил:

— Кого вернуть? — Орланд твердо взглянул ей в глаза.

— Сына … он забрал моего сына. Он хочет убить малыша… — прошептала ему Мариэль.

— Ваас! — резко обернулся он к первому лорду. — Я поведу твоих людей, останься с ней! — Орланд снова вскочил в седло, — Ты поможешь здесь больше чем я! Вперёд! — и охийцы во главе с Орландом и Нилом рванули с мест, бросаясь в погоню.

Ваас поддерживал одной рукой слабеющую Мариэль. Они остались стоять в облаке пыли, провожая взглядом охийцев, он тяжело вздохнул:

— Он всегда поступает вопреки здравому смыслу! Было бы лучше, если бы Орланд всё-таки остался с тобой. Нужно вытащить стрелу и обработать рану. Пойдём, Мариэль. — заботливо проговорил первый лорд.

— Я никуда не пойду! Останусь ждать! — упрямо, еле слышно ответила она.

— Нет, так нельзя! Орланд найдет его, он найдет своего сына! — Ваас поднял её как пушинку на руки и направился в башню.