Чтение онлайн

–  Ну чё орете!
– Есеня опустил простыню.
– Это я, Балуй.

–  Да перестаньте, наконец!
– Сухан зажал уши.
– Сил же нет.

Девчонки покричали еще немного, но так и не сдвинулись с места.

–  Успокойтесь!
– Звяга намотал простыню на руку, чтобы она не развевалась на ветру.
– Это всего лишь простыня!

–  Есеня?
– робко спросила девочка, и только тогда он узнал сестренку - в темноте не так просто было ее разглядеть, а визжат они все одинаково.

–  Опять ты?
– расхохотался он.
– Батя прислал?

Он подошел поближе - точно, и аппетитная Чаруша тоже притащилась с ней. Наверное, опять ужинала у них дома.

–  Нет. Есеня, меня мама прислала. Тебя стражники ищут.

–  О то великая печаль!
– хмыкнул Есеня.

–  Нет, дурак! Мама велела уходить из города. Она и денег тебе дала на дорогу, велела идти к ее сестре, на хутор. Помнишь, мы там были маленькими?

–  Помню. Только не пойду. Чего я не видел на этом хуторе?

–  Ты не понимаешь. Они говорили с отцом, а мама подслушала у двери и меня послала. Меня выпускать не хотели, но мама их уговорила, сказала, что мне Чарушу проводить надо домой, что уже темнеет и потом поздно будет.

–  И что она подслушала?

–  Она мне не успела сказать, но что-то очень страшное. Говорят, что у тебя какая-то вещь спрятана. Есеня, уходи, пожалуйста. Когда все утихнет, мы тебя на хуторе найдем.

–  Да не пойду я на этот хутор!

–  Слушай, ты что, что-то украл?
– сестренка прижала руки к губам.

–  Нет!
– рявкнул Есеня.
– Я ничего такого не делал! Так батьке и передай, поняла? Ничего я не воровал!

Он успел забыть про медальон - ему было не до того. А вот стража, видно, не забыла. Наверное, кто-то все же видел, как благородный отдал медальон ему, и теперь вспомнил об этом. Может, отдать его - и дело с концом? Ну нет, раз он такой ценный, что стражники за ним уже неделю бегают, значит, стоит попытать счастья.

–  Есеня, ну пожалуйста, - сестренка заплакала, - я очень тебя прошу. Вот, денег возьми.

Он машинально подставил ладонь - Цвета высыпала на нее пять серебреников. Ничего себе! Какой хутор! Да тут так можно развернуться!

–  Ладно. Из города уйду, но на хутор - ни за что. В лесу поживу, тут, недалеко.

–  А где же ты спать будешь?
– спросила молчавшая до этого Чаруша.

–  В лесу и буду. В первый раз, что ли?
– спать Есеня пока не хотел, и его этот вопрос не сильно заботил.

–  А есть? В лесу еды не продают…

–  Найду что-нибудь. Звяга принесет.

–  Не дело это. В лесу тебя найдут, - вздохнула Цвета.

–  Не найдут. Если ты не расскажешь. А матери скажи, что я на хутор пошел, ладно?

–  Ладно, - подумав, согласилась сестренка.
– Только прямо сейчас уходи. Они тебя здесь в первую очередь начнут искать.

–  Хорошо, хорошо, уговорила, - хмыкнул Есеня. Ему вовсе не было страшно, ему даже нравилось это приключение - пожить в лесу он всегда мечтал. Впрочем, встречи со стражниками Есеня тоже не боялся - он вовсе не собирался рассказывать им про медальон, хоть на куски его режь! Он окончательно решил, что оставит медальон себе: такие вещи на дороге не валяются.

–  Ну иди!
– Цвета потащила его за рукав.
– Иди же скорей!

–  Уже иду!
– Есеня подмигнул Чаруше, которая стояла и комкала передник: у нее на глазах тоже были слезы, как и у Цветы. Он развернулся к ребятам и помахал им рукой: - Прощайте! Неизвестно, что меня ждет. Буду я у старого дуба, так что завтра еды приносите - я уже сейчас есть хочу, а завтра и вовсе помереть могу от голода.

–  Простыню возьми, - щедро предложил Сухан, и Есеня не стал отказываться.

Он высыпал серебреники в руку Сухану, хлопнул Звягу по плечу, вышел со двора и направился к городской стене - выходов хватало, даже если ворота были заперты. Не успел он пройти и десятка шагов, как услышал цокот копыт: а сестренка оказалась права, во двор кабака въезжали стражники с факелами. Если они увидят Цвету, то догадаются, зачем она здесь была! Есеня остановился и подкрался поближе к воротам. Нет, сестренка успела уйти. Он выдохнул с облегчением и, не особо таясь, направился своей дорогой.

Вдруг сзади него раздались торопливые шаги и шумное дыхание: Есеня остановился и прижался к забору. Интересно, кто это? Если стражник, то почему без огня? Он присмотрелся, замерев неподвижно, и фигура в белом платье остановилась прямо перед ним, растерянно оглядываясь по сторонам, - Чаруша!

–  Эй, - шепотом позвал Есеня, и она подпрыгнула от неожиданности.

–  Ой… Это ты, Есеня?

–  Ага, - ответил он и шагнул в просвет улицы.
– А зачем ты меня догоняешь?

–  Я… послушай… Ты только не смейся. Возьми меня с собой, - прошептала она и опустила голову.

–  Чего?
– Есеня заорал в полный голос.

–  Возьми, ты не пожалеешь. Я тебе еду стану готовить. И вообще…

–  Иди домой!
– рявкнул он.
– Только тебя мне не хватало. Тоже мне…

Она всхлипнула, подняла на него печальные глаза, покорно развернулась и пошла назад. Плечи ее дрожали, и это было заметно даже в темноте.

–  Эй. Не реви, - сказал он ей вслед, и она сразу же остановилась и оглянулась.
– Я не со зла. Просто девчонкам в лесу делать нечего. Что про тебя подумают, если ты дома ночевать не будешь?

–  Да мне все равно, что обо мне подумают!
– со слезами выкрикнула она и побежала прочь.

Почему-то это ему понравилось. То, что ей все равно.

К старому дубу он не пошел. Во-первых, старый дуб стоял близко к краю леса, и это несколько снижало остроту ощущений: Есене хотелось в чащобу, где не ступала нога человека. Во-вторых, слишком близко к медальону: если стражники его найдут, то могут и медальон поискать в окрестностях. А в-третьих… в-третьих - чересчур много людей знает, где он собрался ночевать.

Есеня шел по лесу долго, изредка посматривая на звезды - ясной ночью он бы не заблудился: звезды он изучил хорошо и мог по ним безошибочно определить время. Наконец, чащоба вокруг него стала такой непролазной, что он остановился у маленького пруда с черной водой. Ему хотелось пить, поэтому место он нашел подходящим. Комары, вившиеся вокруг головы на ходу, набросились на него целой тучей, стоило только перестать двигаться. Об этом Есеня не подумал: в городе комаров не было вообще, а на краю леса они не проявляли такой злости. Он сорвал ветку и, отмахиваясь от назойливых тварей, начал осматриваться по сторонам. Спать все еще не хотелось, сидеть было невозможно, а босые ноги, исколотые и избитые о лесные дорожки, ныли и требовали отдыха.

Через час непрерывной работы веткой Есеня понял, что жизнь в лесу - это увлекательно, но, пожалуй, чересчур, и отправился искать место посуше. Но, куда бы он ни шел, комаров не убывало. В конце концов, он догадался залезть на дерево и посмотреть, нет ли поблизости какого-нибудь лесистого холма, где этих тварей, наверное, будет поменьше. Холм он увидел так далеко на горизонте, что отчаялся добрать до него к утру. Но на дереве, как ни странно, комаров было немного, и Есеня понял, что может его спасти. Елка, которую он выбрал, явно не подходила для отдыха: слишком шершавая и колючая, да и ветви ее клонились вниз, сидеть на них было неудобно. Он осмотрелся еще раз и увидел неподалеку подходящую сосну - она стояла на краю поляны и разрослась в сторону открытого пространства густыми и длинными ветвями.