Чтение онлайн

— Дом, это я. Дом!

— Он без сознания… — услышала она извиняющийся, почти беспомощный голос Сим Симыча. — Проклятый ловец…

Ринка не слушала. Она прижалась к Доминику, приказав самой себе: «Пусть вся моя Сила перейдёт к Доминику!»

На миг ей стало так плохо, что захотелось упасть в обморок, чтобы не испытывать ничего подобного. Но ни в какой обморок она не упала. Зато с недоумением обнаружила, что её саму окутал зелёный Свет, но, затрещав тысячами искорок, не смог оторваться от хозяйки. Ринка всхлипнула:

— Я не могу передать ему Силу!

— Может, оно и к лучшему?.. — загадочно проговорил Сим Симыч.

— Почему?

— Потом всё сама поймёшь. А сейчас — Время пришло. Я больше не могу медлить. Пора!

Ринка хотела спросить, куда пора и что всё это значит, но в голове у неё уже загудели тысячи мерзких комариков. Комната завертелась вокруг оси. И последним взглядом Ринка ещё успела увидеть странное свечение циферблата часов богини Уаджет. И поняла: стрелки — секундная и часовая — крутились назад. Время возвращалось к истокам.

И стало темно. Или это и было темно?

Ринка очнулась от страшного всполоха. На миг ей привиделось, что она снова в доме Беллы в то время, когда там запускают фейерверк. Но воздух был иной. Не морозный, привычный воздух московской зимы, а странно-тягучий тёплый воздух, наполненный непривычными испарениями, влагой и тиной. Но если так много влаги, почему в воздухе зарождается запах гари?! О, этот запах оказался одинаковым — что на пепелище дома Беллы, что здесь… Неужели и здесь, где-то в недрах этого дома, начинается пожар?!

— Доминик! — Ринка протянула руки в темноте, лихорадочно ощупывая все вокруг. — Сим!

Ответа не было. Она здесь одна! В этой кромешной темноте. Она умрёт здесь от страха. Или сгорит заживо, если пожар действительно где-то рядом. О, бабушка, а ты уверяла, что ничего не случится!..

Рина в ужасе захватила слишком большую порцию воздуха, закашлялась, упала навзничь. И тут её рука попала в ворс ткани. Пальто.

Рина подползла и ощупала ткань. Под ней — Доминик. По-прежнему без сознания. Но дышит. Тяжело, хрипло. Но дышит.

Что же делать?! Как оживить его? Как выбраться? Как спастись?!

Рина не знала ответов. И паника накрыла её с головой.

— Ри-и-на! — прозвучал вдруг шёпот в ее мыслях. — Я жив. Но без сил. Зови помощь, Риина!

Девушка провела рукой по лицу Доминика. Он очнулся и может общаться с ней мысленно. Но говорит — зови помощь. Но как?! Она же ничего не умеет! Бабушка не учила. Или… это она не слушала?..

Лицо Варвары всплыло в подсознании, словно Рина увидела его в зеркале. Амальгама дрожала и подёргивалась полосами, видно, бабушке нелегко было выходить на связь.

«Вспомни, Рина! — приказала бабушка. — У нас есть оберег невероятной мощности!»

Аграф! Ринка схватилась за лацкан пиджака и отстегнула волшебную заколку. «Аграф, я одна из твоих Хранительниц! Из рода в род мы Хранили тебя. Теперь твоя очередь! Помоги мне!»

Огромный световой столб ярко-нефритового цвета вырвался из аграфа и осветил помещение. Рина увидела, что они находятся в крошечной комнатушке с земляным полом. У стены какой-то странный то ли стул, то ли табурет, сплетённый из веток. На стене опять же плетёная циновка. Что это за время, что за эпоха?!

А нефритовый свет уже окружил Доминика. Мгновенный ярчайший всполох — и спад. И только всё тело Дракона засветилось мягким зеленоватым оттенком. Свет, словно живая вода, впитывался кожей, тускнел, пока не погас вовсе. И только сам аграф продолжал еле-еле светиться в темноте.

— Доминик! — прошептала Рина. — Доминик?

Он ответил с трудом, но ответил:

— Сейчас! Сейчас починимся.

Он зашептал что-то. Слов не разобрать. Ринка ничего не смыслит в заклинаниях. В слабом свечении аграфа она только видела, что Доминик медленно поднялся и раскинул руки, словно призывая кого-то. На лице появилась полуухмылка — на целую ещё не хватало сил. Но зато его услышали. Вот он снова зашептал что-то. Рина разобрала только своё имя. И вдруг — стон! Доминик глухо стонал, схватившись за голову. Рина кинулась к нему, обхватила, и тут… прямо в тело ей впились тысячи странных иголок. Рина чуть не заорала в голос, но рука Доминика опять закрыла ей рот.

— Тихо, маленькая! Это Мгновенный Поток. Его больно принимать. Но надо. Потерпи! Зато у нас будет Сила. Такой Поток способен послать только Глава Братства. Не лезла бы под руку, не было бы сейчас больно! — Последние слова он произнёс уже совершенно обычным голосом. Только тихо. И добавил: — Приколи аграф на место.

Рина разомкнула руки. И Доминик почему-то снова застонал. Но не от боли. Просто потому, что лишился Ринкиных объятий.

И тут они услышали гул. Дракон мгновенно принюхался.

— Господи, спаси! Это огонь. Где-то наверху полыхает.

Он кинулся к двери. Как ни странно, высадил её плечом с первого раза.

— Впереди огонь! — закричал он, стаскивая своё знаменитое пальто и завёртывая в него Ринку. — Но это не обычный огонь. Кто-то зажёг магическое пламя. Мы побежим, и будет очень больно. Но это не настоящая боль. Её просто надо перетерпеть, чтобы пробежать сквозь огонь. Иначе не спастись. Держись как можно крепче за мою руку!

— Но как же ты?! — закричала Ринка. — Ты сгоришь!

— Не привыкать! — буркнул он сквозь зубы.

И Ринка поняла, что ему страшно. И тогда она закричала:

— У нас Ал-Наг и аграф. Мы прорвёмся!

— Они боятся огня! — выдохнул Дракон. — Они уже попадали в такое.

И тогда Ринка закричала в голос:

— Никто! Ничего! Нам сделать! Не может! — Она выхватила «глаз Уаджет» и подняла над собой. — Это глаз богини Луны. Луна — вода! Все воды Нила!

«Глаз Уаджет» засветился молочной белизной и зарыдал. Сначала появились ручейки, потом потоки. И вот уже огромная волна сшиблась с огнём где-то впереди. Встреча воды и огня оказалась настолько яростной, что на миг у Рины заложило уши от жуткого шипения. Она беспомощно забарахталась в водном потоке. Пальто потянуло её вниз. Но Доминик был рядом. Он рывком сорвал мокрую ткань. Ринка замолотила руками по воде.

— Осторожно! — простонал Доминик. — Хорошо, что девятый вал ударил не по нам.

Но тут новая серия волн захлестнула их и понесла куда-то. В отчаянной схватке со стихией Доминик пытался сделать только одно — оставаться рядом с Ринкой. Водоворот закрутил их и выплюнул из проклятого дома — прямо под звёзды тёмной жаркой ночи.

Доминик почувствовал под собой песок. Вода, соприкоснувшись с ним, мгновенно впиталась. Ведь, как и огонь, это была мистическая вода. А к ним уже бежали люди. В свете Большой Белой Луны их было отчётливо видно. Сначала гортанный язык не воспринимался Ринкой. Но уже через минуту она уловила нечто странное — словно кто-то переводил ей местное наречие, на котором кричали люди.