Чтение онлайн

— Папа! — тонким голосом закричал в трубку Саша. — Папа, я здесь! Да, я здоров. Нет, ничего со мной не сделали. Нет, не били. — Бык одобрительно покивал головой. — Нет, я еще не кушал. Я не хочу кушать, папа. Да, папа. Хорошо, папа. А скоро ты меня заберешь домой?

Бык отобрал телефон у мальчика и сказал в трубку:

— Вы убедились, Виталий Борисович? С мальчиком все в порядке. Он немного напуган, но содержится в хороших условиях. Вам беспокоиться нечего.

После разговора Сашу опять закрыли в другой комнате.

— С пацаном обращаться хорошо, — предупредил Бык. — Сегодня с ним останешься ты, Хамаз, а завтра тебя кто-нибудь подменит.

Только через несколько дней из телефонных переговоров и болтовни сменяющихся охранников стало ясно, в чем состоит, собственно, дело и зачем понадобилось Быку похищать мальчишку.

— Кем твой папа работает? — спросил как-то от скуки Штырь, который больше, чем другие, вызывал доверие у пленника.

— Он взрывчатку охраняет. У него взрывчатки на работе — о-ого-го! Он меня один раз водил смотреть. Если хоть одна искра сюда попадет, сказал, взрыв далеко будет слышно, аж на сто километров!

Из этого Леня сделал вывод, что отец Саши служит на складе в одной из военных частей, которые чаще, чем грибы, разбросаны по всему Подмосковью. Очевидно, для того, чтобы он согласился снабжать ореховскую группировку тротилом, бандиты и похитили сына, — только это могло заставить отца Саши пойти на контакт.

Теперь Кореец ждал только первой поставки взрывчатки, чтобы удостовериться, что офицер действительно готов работать с ними. Если первая поставка состоится, то тогда ему придется согласиться и на все последующие из опасения, что в отместку за отказ Кореец сообщит куда надо об их прежнем сотрудничестве. После успешной передачи взрывчатки мальчика планировали отдать обезумевшим от горя родителям.

Но поставка задерживалась. Охранники узнали об этом из уст Быка, который приехал узнать, в каком состоянии находится пленник.

— Ну что, Бык? — проворчал Хамаз. — Долго мы будем еще сопли ему вытирать? Надоело уже здесь сидеть, настоящего дела хочется.

— Когда скажут — хватит, тогда и прекратишь.

— Что там папаша его? Вроде согласен был, а чего ж теперь тянет?

— Да не знаю, все что-то у него не получается… То, говорит, не может никак фальшивую накладную оформить, то тротила на складе мало, на учения все истратили, то ревизия началась и надо ждать, когда она закончится.

— А Кореец что?

— Кореец дал ему последний срок, до завтра. Если завтра ничего не достанет, придется принять меры.

— Пацан? — понимающе спросил Хамаз.

— Да, — кивнул Бык. — Попугаем… Чтобы быстрее шевелился.

Сыщик, насторожившийся было после многозначительного вопроса, опять успокоился. Просто они хотят припугнуть отца. Хотя он и так, наверное, места себе не находит от тревоги и страха за жизнь сына. Наверное, следует ожидать что-то вроде звонка с угрозами и демонстративного плача ребенка в трубку. Это должно произвести сильное впечатление на родителей, которые томятся в безвестии и с ума сходят от беспокойства за судьбу ребенка.

Может быть, сюда приедет сам Кореец? Момент важный. Уж тогда Леня не упустит его! Все кадры, свидетельствующие о причастности шефа «орешков» к похищению мальчика, будут один к одному.

Но на следующий день Бык приехал, как всегда, один.

— Скоро нас отсюда снимешь? — спросил Штырь, сегодня была его очередь сторожить мальчика. — Что Кореец говорит?

Вместо ответа Бык протянул ему нож:

— Вот что Кореец сказал. И приведи мальчишку. Ты отрежешь ему ухо — пошлем его отцу. Таков приказ Корейца.

Штырь оторопело смотрел на своего главаря и растерянно качал головой:

— Ты что, Бык? Не… Я, что ли? Не, я не могу… Нет, Бык, ты пойми. Только не пацана…

Бык холодно посмотрел на него и спокойно сказал:

— Таков приказ, Штырь. Исполняй. Ты знаешь, что будет, если откажешься. Лучше не отказывайся.

Долговязая фигура в окне покачивала головой, отступая в угол, невидимый для наблюдения.

— Не могу, Бык. Хоть убей меня, не могу я пацана тронуть, — приглушенно бормотал голос в наушниках. — У меня такой же дома бегает… Это как если бы я своего сына… Ну пойми, Бык, не могу я!

— Бери нож и не разговаривай. Тащи мальчишку!

Штырь отбросил нож и повалился на колени, крича почти в истерике:

— Не могу, не могу я!.. Пусть Хамаз. Я не могу!

Бык плюнул и с презрением сказал:

— Хуже бабы. Ну, твое дело… Отвечать перед самим Корейцем будешь.

Он набрал номер телефона и вызвал Хамаза.

— Особое задание, — предупредил он. — Штырь отказался.

Хамаз прибыл через полчаса.

— Веди пацана, — спокойно сказал он, выслушав, что ему предстоит сделать.

Штырь привел упирающегося заплаканного Сашу. Мальчик обводил своих сторожей испуганным взглядом. Кажется, он слышал, что с ним должны сделать, но не верил в это и находился как будто в шоке. Сам Штырь старался не смотреть на ребенка, отводил взгляд и страдальчески морщился. Видно, он один из всех еще не потерял то человеческое, что в нем когда-то было.

— Ну давай, чего тянуть, — хмуро проговорил Бык. Ему вся эта история стала надоедать. Такое нечасто бывает — один из самых доверенных людей не выполняет приказ, впадает в дурацкую сентиментальность. Теперь попадет и самому Быку, и Штырю. Быку за то, что допустил моральное разложение подчиненного. А Штырь… Его судьбу решит сам Кореец.

Хамаз взял в руку нож, холодно блеснувший при свете электрической лампочки, проверил пальцем лезвие и, как молния, бросился к мальчику. Полоска металла ослепительно блеснула над головой. Саша закричал и схватился за ухо. По его щеке и по руке текла алая кровь.

— Вот сволочи! — ошеломленно прошептал Леня, опуская объектив. Он в пылу работы забыл об эмоциях и только теперь дал им волю, бессильно сжимая кулаки. — Вот зверье!

Бык достал бутылку водки и смочил ею какую-то более-менее чистую тряпку.

— На, приложи, — бросил он брезгливо Штырю.

Штырь притянул к себе мальчика, зашедшегося криком, еле оторвал его руки, зажимавшие рану, и быстро приложил тряпку к голове. Саша дернулся от обжигающей боли и вырвался из цепких рук. Леня увидел мельком, что верхней части уха уже не было, но мочка, видимо, уцелела.

Спокойный Хамаз тем временем тщательно заворачивал отрезанную часть уха в полиэтиленовый пакет. Штырь еще шептал что-то успокаивающее мальчишке, а Бык набрал номер телефона и доложил: