Черный интернационал
Шрифт:
– Летом я снова буду в Чечне, – заключил он.
– Ты же четыре года там оттрубил. Зачем тебе это? Ты свой долг выполнил…
– Я еще Аиде долг не возвратил, – хищно усмехнулся Феликс. – Как рассчитаюсь с ней, так и успокоюсь…
– А если она сейчас здесь, в Битове или в Москве? – озадачил его Степан.
– Все может быть.
– А добраться до нее хочется?
– Не то слово.
– А возможностей у тебя нет.
– Нет, – уныло кивнул Феликс. – В Чечне тяжело было, но там все проще. Есть «поле», есть боевики, есть боевая группа, которую ты нацеливаешь на уничтожение… А здесь я сам по себе. И вокруг такая суета…
– И еще Сафрон в затылок дышит… – подсказал Степан. – Я почему-то уверен, что не ты первым драку начинал. И обещаю, что разберусь с твоим делом. Если ты был прав, то выпущу тебя… А что дальше? Сафрон – человек серьезный, а ты ему руку сломал. Как думаешь, он тебя простит?
– А мне плевать на его прощения!
– Это понятно, что плевать. Но прецедент создан, могут возникнуть негативные последствия. Или ты его убьешь, или он тебя. А мне на моей земле беспорядки не нужны…
– Что же мне делать?
– Да ты, Феликс, насчет Сафрона не беспокойся. Я с ним лично поговорю. Он хоть и резкий дядя, но здравого смысла не лишен… Но все равно, было бы спокойней, если бы ты с нами был, тогда он точно в твою сторону даже не рыпнется…
– Я что-то не очень понял, как это я с вами могу быть?
– Очень просто. Ты по какой статье уволен?
– По собственному желанию.
– Отлично. Уголовное дело в отношении тебя закрыто?
– Закрыто.
– Высшее образование, воинское звание – капитан.
– Ну да.
– Тогда какие проблемы, Феликс? Пишешь заявление с просьбой принять на службу в ОВД «Битово»… У меня в уголовном розыске вакансия появилась. Я бы с удовольствием взял тебя к себе на должность оперуполномоченного…
Степан нисколько не кривил душой. Он в самом деле положил глаз на этого парня. Судя по всему, он один из тех, с кем он бы мог отправиться в разведку. Такие люди нужны ему позарез. Тем более что вакансия в самом деле есть. Савельев и новый опер Шмелев пошли на повышение – освободилась должность оперуполномоченного уголовного розыска. То, что в сыскном деле Феликс ничего не смыслит, так это не страшно. Степан лично натаскает его, сделает из него первоклассного сыскаря…
– Вы шутите? – опешил от такого предложения Феликс.
– Нисколько. Все очень серьезно.
– Но я же не имею никакого отношения к милиции.
– Это не имеет значения.
– Но я же собираюсь восстановиться в армии. Мне в Чечню нужно…
– Святое дело. Отговаривать тебя не собираюсь… В общем, давай так, Феликс, ты хорошенько подумай над моим предложением. А через недельку скажешь, хочешь ты быть с нами или нет…
– Ладно, подумаю, – смущенно пожал плечами Феликс.
– Думай, думай… Под замок я тебя сажать не буду, это слишком. Но и отпустить не могу, пока с Сафроном не разберусь…
Степан оставил его в своем кабинете, заглянул к Федоту, рассказал про Феликса, дал свою оценку и спросил, правильное он принял решение или нет.
– Да боевые офицеры нам не помешают, – сказал Федот. – Если ты, Степаныч, считаешь нужным его взять, то какой вопрос. Но мне бы на него посмотреть…
– Само собой… В общем, так: я сейчас к Сафрону съезжу, а Феликса к тебе отправлю, поговори с ним, пообщайся. Потом скажешь свое мнение…
Степан отправил Феликса к Федоту, сам сел за телефон, вышел на Сафрона, договорился с ним о встрече. И вместе с Саней Куликом отправился к нему домой.
Сафрон жил в красивом трехэтажном особняке на берегу Глубокого озера за чертой охраняемого поселка. У него была своя охрана, что Степана нисколько не смущало. Сафрон хоть и зверь, но в принципе ручной. А Степан, как тот дрессировщик, знал все подходы к нему. И сейчас смело совал голову в пасть этого циркового льва…
Сафрон встретил его в холле. С появлением Степана он медленно поднялся с белоснежного дивана. На лице кислая мина, загипсованная рука на подвязке.
– Болит? – спросил Степан.
– Да ноет…
– Это потому, что гипс тебе наложили. Ты же крутой, Сафрон, надо было в мрамор руку класть…
– Зачем шутишь, Степан Степаныч? И так на душе хреново, а он шутит… Между прочим, увечье средней тяжести…
– Ага, с утратой трудоспособности… – с насмешкой на губах продолжил за него Кулик.
– Ох, и не говори, Саша, – посетовал изувеченный авторитет. – Видишь, даже никуда не поехал сегодня. И завтра весь день на больничном… Что с тем паразитом сделали? Он уже у вас, да?
– У нас… Разбираемся вот…
– А что тут разбираться? Натворил бед, пусть отвечает…
– Отвечать будет тот, кто первый начал.
– А кто начал? Этот хмырь и начал! Да любой подтвердит, что он на меня первым наехал!
– Мне твои «любые» не нужны. Мне правда нужна… – Степан грузно опустился в широкое, мягкое, как вата, кресло.
– Да ты же знаешь, Степаныч, я всегда за правду! Если натворил дел, значит, надо отвечать…
– Что ж ты тогда с тех отморозков не спросил, которые людей твоих этим летом постреляли?
– Так это ж, как их спросишь? – смутился Сафрон. – Это ж, говорят, чечены были, типа, террористы. Они же ноги сделали, да…
– Тебя испугались, поэтому и сделали…
– Снова прикалываешься, да? – обиженно поджал губы авторитет. – Да если бы они мне попались, я бы их, гадов, собственными руками…
– Так собрал бы братву да в Чечню рванул. Там в Аргунском ущелье банда Кабира, а в ней те отморозки. Нашел бы их да спросил по всей строгости понятий…
– Не, ну ты в натуре точно прикалываешься, – скривился Сафрон.
– Да ты не парься, нет больше этой банды. И отморозков больше нет. Завалили их…
– Кто?
– Спецназ армейский. А ты что, думал, братва постаралась?
– Да нет, не думал я… А то, что спецназ, так это их дело, «чехов» гонять…
– Вот они их и гоняют.
– Так большое дело делают, да, я ж не спорю.
– И я о том же… Капитан есть один, спецназовец. Он боевой группой командовал, которая на Кабира вышла. Сильный бой был. Кабир уцелел, зато тех отморозков, которые тебе навредили, всех положили. Выходит, тот капитан за тебя отомстил.