Чтение онлайн

Сергей походил по квартире, выключил везде свет и тоже скользнул под одеяло. Прижал меня к себе, начал целовать за ушком.

— Ну что, ответил на все вопросы? — ледяным тоном поинтересовалась я.

— На все, маська. За свою репутацию можешь теперь не волноваться. Я все объяснил.

Похоже, муж даже не заметил подвоха в вопросе. Уже возбуждался. Принялся целовать мою шею с придыханием. В тех самых местах, где пальцы Макса душили меня. Я не сдержала отчаянного стона.

— Давай сегодня не будем.

Сергей поднял голову.

— Почему, маська? Ты вся на нервах. Давай я тебя расслаблю… мою девочку… мою кошечку…

Одной рукой он начал массировать мою грудь. Принялся выцеловывать подбородок. Обычно мне это нравилось. Но теперь… я не могла отвечать взаимностью мужу всего несколько часов спустя после того, как меня касался Макс. Пусть даже это случилось не в реальности. Раньше секс позволял отвлечься от ужасов, с которыми приходилось работать. Но после поцелуя Макса… я поймала себя на мысли, что невольно начинаю сравнивать. Это сводило с ума.

Со стоном я оттолкнула мужа.

— Не хочу, сказала же! Не сегодня!

Сергей помолчал. Потом резко отвернулся ко мне спиной и укрылся одеялом.

— Ну как хочешь, — проворчал он.

Я вздохнула, потому что снова невольно обидела его. Наверно, муж на самом деле хотел как лучше. По-своему пытался помочь справиться с плохим настроением. Не его вина, что я не призналась во всех подробностях. Ведь раньше меня никто не целовал. Нападали — да. Но все нападки пресекались. До сегодняшнего дня.

Я откинула одеяло, не включая свет, сходила на кухню за таблеткой снотворного. Подумав, выпила две. Когда вернулась обратно, Сергей уже тихонько посапывал.

«Слов „Я виновен“ недостаточно».

Газета с таким заголовком на первой полосе лежала передо мной на кухонном столе следующим утром. Я смотрела на фотографию улыбающегося Сергея, добавленную к статье, и давилась кофе с гренками, которые он приготовил. Муж, насвистывая, сидел напротив, прислонившись спиной к стенке и сложив ногу на ногу, и ковырялся в своем новом планшете. Я думала, что он проснется сердитым после моего вчерашнего отказа в сексе, но, похоже, Сергей решил не усугублять ссору и сделать вид, что ничего не было.

Чего нельзя было сказать обо мне.

Я подняла кружку и вылила ее содержимое прямо на фотографию. На столе образовалась некрасивая лужа.

— Эй! Ты что? — спохватился Сергей.

Он схватил газету и побежал стряхивать ее над раковиной. Поздно: жидкость уже испортила страницы. Муж повернулся ко мне с выражением обиды на лице.

— Зачем? Я же специально с утра в киоск сбегал! Для тебя ее принес!

— Слов «Я виновен» более чем достаточно, — я со стуком вернула кружку на стол.

Сергей скорчил непонимающую гримасу.

— Ты о чем, маська?

— Он признался. Почему бы не оставить все, как есть?!

— Потому что… — осторожно протянул муж, — богатеям некуда девать деньги, и они хотят поделиться ими с нами?!

Я уронила лицо в ладони.

— Деньги, деньги. Тебя что-нибудь еще интересует в этой жизни?

— Маська, да я же о тебе забочусь…

— Заботишься? Зачем тогда трепался с этой репортершей? «Моя жена уже почти готова дать однозначный ответ. Ждите сенсацию», — я исказила голос, передразнивая мужа, потом добавила уже без кривляний: — Какую, на хрен, сенсацию? Я ничего не готова ответить! Я вообще не хочу больше разбираться в том, кто и за что убил Андрея Викторовича! Все равно его не вернуть. А без него вся программа «Синий код» — всего лишь сборище дилетантов. И я чувствую себя дилетанткой, когда сталкиваюсь с ситуацией, которую не понимаю и не могу объяснить.

Внезапно Сергей тоже начал выходить из себя.

— Ну сообщи всем, что он стрелял просто из любви к убийствам, — развел муж руками, — мы же так и договаривались изначально. Просто отработай тот кусок, который мы уже получили. Что, так трудно вскрыть воспоминания этого чувака? Ты же сама говоришь, что они прорываются. Выбери нужное.

— Сережа! Это тебе не планшеты в магазине выбирать!

— Ну конечно же нет, Анечка! — в тон выпалил муж. — Куда мне до этого. Не для средних умов.

— Ох, не начинай.

— Это ты не начинай! Нравится, когда я унижаюсь? Мне опять на колени встать?

Злобно прищурившись, мы уставились друг на друга. Наконец, я хлопнула ладонью по столу и встала.

— Ты куда? — удивился муж.

— За телефоном, — я отправилась в спальню.

— Маська! Не твори глупостей!

— Каких глупостей например, Сереж? Я звоню адвокату Велсов.

— Маська… — не сводя глаз с телефона в моей руке, муж беспомощно замер на пороге.

Я демонстративно набрала номер и ответила ему вызывающим взглядом. Стояла так до тех пор, пока Вронская очень сонным голосом не ответила на звонок.

— Анита? — прокаркала она. — Сегодня же суббота. Что-то случилось?

— Я хочу встретиться с заказчиком, — грубо перебила я.

— С Максимом? — опешила адвокат.

— Вам Максим деньги платит?

— Нет… Даша… его сестра.

— Вот с ней я и хочу встретиться. Организуйте мне встречу. Сегодня же. Или я бросаю это дело.

Вронская на том конце провода охнула одновременно с Сергеем, который стоял передо мной. Я отключила звонок и с силой сжала телефон в кулаке. Не хотела признаваться мужу, но он загнал меня в ловушку. Все, кто прочел его слова в утренней газете, теперь ждут от меня ответа. Сенсации. И мне придется ее дать.

Вронская заехала за мной в обед на своем новеньком «Ниссане». Я уж подумала, не прикупила ли адвокат машину на те деньги, которые и ей вручили в качестве задатка, но удержалась от комментариев. Одетая в нежно-розовый брючный костюм, который на любой другой женщине мог бы показаться вульгарностью, Вронская умудрялась прекрасно выглядеть для своих лет. Возрастные морщины на шее прикрывал легкий газовый шарфик, под большими очками в пол-лица прятались «гусиные лапки», губы были тщательно подкрашены так, чтобы помада не скапливалась в складках.

— Марина, скажите честно, что заставило вас взяться за защиту Максима? — спросила я чуть позже, когда мы проезжали городской парк.

— Судьба, — пожала она плечами, не отрывая взгляда от дороги, — я — их семейный адвокат.

— Даже так… и вам уже приходилось защищать его в суде?

— По обвинению в убийстве? — она слабо улыбнулась, словно прочла мои мысли. — Нет.

Я тут же мысленно одернула себя. Ну конечно, глупо интересоваться компроматом на человека у его адвоката. Вронская хоть и выглядела в данный момент мягкой и дружелюбной, но, конечно, дурой не была и не стала бы по доброте душевной выбалтывать мне всю подноготную своего подзащитного.