Черный корабль
Шрифт:
С яростным криком она рванулась в сторону, стараясь очистить свой мозг так, чтобы он ничего не смог в нем прочитать. А потом стала на ходу читать мантру, чтобы снова войти в состояние Мазы.
Теперь ему стало не до смеха. Он вышел из се сознания. Она была необъяснима, иррациональна, и он знал тому причину. На протяжении всей жизни в метрополии ее угнетали параноидальные страхи. Она находилась под неусыпным полицейским надзором и знала, что в любой момент председатель может заподозрить ее в чем-то и тогда за ней придут люди в белых халатах.
Его слегка знобило, несмотря на тридцать градусов жары и повышенную влажность. Кожа зудела. Доверившись своему безошибочному чутью, он навел телепатический луч на гнездо. Она все равно придет сюда — ей просто не останется ничего другого, когда у нее начнется зуд и озноб.
Глава 32
Час пролетал за часом, гнездо лихорадочно работало, атом за атомом, молекула за молекулой создавая новый противогрибковый препарат.
Чи Линь Вей уже почувствовала первые симптомы болезни. Из носа капало, кожа зудела, как будто ее обожгли крапивой. При мысли об отвратительных черных спорах, зреющих в ее теле, она с трудом сдерживала рыдания.
В конце концов она все-таки пришла и уселась возле мужчин. Чжао шестой теперь стонал не переставая. Его кожу в области груди и живота усеяли черные точки — словно уродливые жировые угри концентрическими кольцами выступили вокруг споровых вздутий.
Бедняге Чжао казалось, что в его тело медленно вонзаются сотни игл. Он больше не мог пошевелиться. До желанной смерти оставалось каких-то несколько часов. На губах выступила пена. Скоро она станет красной — ткани его тела начнут разрушаться под непрерывным натиском спруипов. Порой с его губ слетали отрывистые крики.
Для Ч и Линь Вей это зрелище было невыносимым. Она резко встряхнула головой, словно протестуя против их скорой гибели. А потом произнесла твердым голосом:
— Ты должен застрелить его! Бедный Чжао шестой, последний из моих Чжао… Пришел и его черед. Избавь его от мучений! Это свыше моих сил — сидеть здесь и слушать, как он стонет. Пожалуйста, достань револьвер и прикончи его.
Она говорила о Чжао, словно о любимом зверьке. От этого тона у Чоузена мурашки забегали по спине. Да, эти жители метрополии принесли с собой немало странного.
Чоузен знаком попросил ее замолчать. И, стараясь ее ободрить, произнес:
— Понимаешь, может быть, у гнезда что-нибудь получится. И тогда мы останемся живы. Я слышал от старых лесных охотников, что человека можно вылечить от спруипа до тех пор, пока кожа его не полопалась от споровых тел. Вдруг нам удастся его спасти? У меня просто руки не поднимаются его убить. Конечно, если гнездо не справится, я положу конец его страданиям. Точно так же я поступлю и с тобой, хотя скорее всего тебе придется отправить меня на тот свет — ведь я заразился раньше вас.
Ч и Линь Вей с ужасом посмотрела на него.
— Выходит, я проделала этот долгий путь, чтобы умереть вот таким образом? Мой отец будет смеяться до коликов. А я-то думала, что наконец перехитрила его. — Она посмотрела на Чоузена чуть настороженно — привычка, выработанная в течение столетий. — Я дважды пыталась убить его — когда он даже не подозревал об этом. Первый раз, много лет назад, покушение сорвалось, но он так и не получил улик, подтверждающих мое соучастие. Второе покушение состоялось незадолго до моего отлета из метрополии, и на этот раз он наверняка докопался до сути. Я наследила — в таких случаях это почти неизбежно. — Она пожала плечами.
— Но почему все так вышло? — наивно спросил он. — Я просмотрел некоторые твои воспоминания — в них постоянный страх перед жизнью. Я не понимаю тебя.
Она хрипло рассмеялась. До чего же он еще молод!
— Тебе этого все равно не понять. Чтобы объяснить, как живут во дворце, понадобится больше времени, чем нам осталось жить. Новый Багдад — очень большой город и совершенно безрадостный. Там процветают бесконечные интриги. Что касается моей семьи, то однажды мою маму и сестер тоже увели. Я была совсем маленькой, когда они просто исчезли — вот так, — она прищелкнула пальцами. — На моих глазах двадцать новых семей возникло в доме моего отца. Каждой из этих семей положила начало молодая красивая женщина из высших слоев общества. Через несколько лет такая семья насквозь пропитывалась духом вероломства, царившим во дворце, и тогда ее безжалостно выкорчевывала тайная полиция. Думаю, большинству этих людей посчастливилось умереть безболезненно, но мою мать и старших сестер отправили в сад. Они были первыми, Позднее он стал более милосердным. Я один раз видела их, после того как это случилось. Это просто неописуемо — я до сих пор не осмеливаюсь восстанавливать в памяти эту сцену. — Она горько усмехнулась. — Ну и, конечно же, большинство моих друзей тоже со временем угодило в сад. А теперь здесь, совсем в другом саду, меня пожирают заживо какие-то мерзкие грибки.
— Но ведь тебе удалось выжить во дворце. Так зачем понадобилось его убивать?
Чи Линь Вей сверкнула глазами, стараясь справиться с волнением.
— Чтобы отомстить за сестер и мать — ведь их он тоже отправил в сад.
— Да, знаю, я видел их в твоих воспоминаниях — там столько боли, столько страха. Я…
— Убирайся из моей памяти! — закричала она. — Я пережила своего отца, и если бы не ты, пережила бы и все остальное. Прав был Ю Чжао! Ты — лазутчик, подосланный нашим врагом. Иначе и быть не может — слишком ловко у тебя все получается. Надо было оставить тебя тогда на корабле.
Чоузен снова поразился ее агрессивности.
— Вряд ли такой способ убийства можно назвать удачным. Будь я даже смертником — зачем мне делать своим оружием спруипы?
Однако Ч и Линь Вей не заметила его горькой иронии. Лицо ее снова исказила ненависть.
Она отстранилась от Чоузена, изо всех сил стараясь очистить память. Но Чоузену и самому не хотелось возвращаться к этим пропитанным страхом воспоминаниям. К тому же бедный Ю Чжао опять разразился душераздирающими воплями — казалось, они звучат прямо из преисподней.
Чоузен снова переключил внимание на гнездо и обнаружил, что оно пребывает в состоянии сдержанной радости. Гнездо изготовило новый препарат из бактерий, живущих в брюшной полости рабочих. Визиревая масса уже снарядила отряд насекомых, чтобы доставить это вещество людям.
Он посмотрел, на свою кожу, усеянную черными точками. Ну что же, если хитиновое гнездо не правильно рассчитало пропорции и положило слишком много яду, он по крайней мере может рассчитывать на быструю смерть.
И снова землю устлали миллионы коричневых тел. Они устремились к людям и потекли по их телам непрерывными ручейками, чтобы донести до губ жидкую кашицу. Ч и Линь Вей беспокойно заерзала, раздавив десяток-другой рабочих. Но, по счастью, теперь гнездо гораздо охотнее прощало людям их промахи.
Чоузен почувствовал, как безвкусная кашица капает ему на губы, на язык, и, когда рот наполнился жидкой массой, проглотил ее. Препарат был изготовлен гнездом по грубой прикидке, на основании того описания альвостерина, которое ему дал Чоузен.
Через некоторое время рабочие схлынули назад и исчезли в недрах гнезда.
Чоузен проверил револьвер. Пока пуль в нем хватало на всех.
Вероятно, раньше всего препарат подействует на Ч и Линь Вей — ведь у нее инфекция проявилась наиболее слабо. Что касается Ю Чжао, то вряд ли он выживет — споровые тела растянули кожу настолько, что она вот-вот лопнет. Лицо у бедняги вытянулось, рот был полуоткрыт — он до сих пор издавал странные, тревожные крики. Черные точки уже покрыли его лицо и теперь быстро разрастались.