Чтение онлайн

В этот момент Компонент повернулся и не спеша пошел в сторону общаги. Видимо он учитывал, что до этого шел я не очень уверенно, и решил меня пожалеть. Нам с Лешкой не составляло труда не отставать от него, так что мы молча топали рядом с ним, думая о том, как нам повезло.

В полном молчании мы прошли минут десять, когда я решил задать вопрос, который вертелся у меня в голове. Учитывая то, что наставник нас пожалел, я полагал, что момент для этого вполне подходящий.

— Борис Алексеевич, почему башня опасна? — спросил я

Щекин остановился, посмотрел на меня странным задумчивым взглядом, а затем молча пошел дальше. Я уж думал, что ответа на свой вопрос не дождусь, как через пару минут наставник сказал:

— Старые вещи бывают опасны, Темников, — начал он. — Эта башня как раз из таких. Точнее, она была опасна. Когда-то давно. Сейчас это скорее памятник. Вещь, которая утратила свое значение, скажем так. Однако по-прежнему является не самым лучшим местом для экскурсий. Во всяком случае, для ночных так точно. Тем более для учеников с определенными способностями.

В этот момент Борис Алексеевич бросил на меня многозначительный взгляд и сделал небольшую паузу, после которой спросил:

— Моего ответа для вас достаточно, господа?

— Нет, — честно ответил я, так как был уверен, что наставник знает гораздо больше, а Лешка в этот момент недовольно на меня посмотрел.

— Однако это все, что вы оба от меня услышите, — сказал Щекин.

— Мы обещаем, что больше не пойдем к башне, — произнес в этот момент Нарышкин, не переставая смотреть на меня.

— Да, я тоже обещаю, — сказал я.

— Хорошо, — кивнул Компонент, затем прошел еще немного и перевел разговор в неприятное для нас русло. — Теперь о последствиях. Надеюсь, понятно, что оставить вас без наказания никак нельзя. Это было бы непедагогично с моей стороны.

Он остановился, потер руки и указал на княжича пальцем:

— Поэтому вы, Нарышкин, следующую неделю каждый вечер будете приносить мне серых слизней и хвосты болотных ящериц. По десять штук и того, и другого. Раз уж вы открылись для меня с новой стороны и стали проявлять интерес к алхимии, то я думаю, что это задание вам должно понравиться. На всякий случай напоминаю — при работе со слизнями лучше использовать алхимические перчатки, а то будет жечь кожу.

— Слушаюсь, — печально вздохнул княжич.

— Отлично! — радостно улыбнулся наставник, как он делал это всегда, когда кого-то наказывал, а затем повернулся ко мне. — Что касается вас, Темников, то вы займетесь практикой. Мне давно нужно пополнить запасы стандартных противоядий, которые постоянно заканчиваются. Думаю, пятьдесят больших пузырьков с вас будет достаточно. Компоненты можете брать в лаборатории, само собой.

Пятьдесят? Да ладно… Сдохнуть можно со скуки… Ладно бы еще маленьких пузырьков… Их можно за пару дней наделать, а вот больших… Судя по всему, мне тоже придется целую неделю эти дурацкие эликсиры варить. Хотя лучше так, чем слизней собирать и хвосты болотных ящериц. Хлопотное дело… Чувствую, что на следующей неделе вечера у нас с Лешкой будут насыщенными, что и говорить.

Впрочем, все равно это лучше, чем оказаться у Орлова. Уверен, что за вторую шалость подряд он бы нас с княжичем хвалить не стал, и еще неизвестно, каким наказанием наградил бы за наши подвиги.

— Сделаю, Борис Алексеевич, — сказал я.

— Вот и прекрасно, — он еще немного помолчал, глядя на нас обоих, а потом продолжил свой путь.

Несколько минут мы шагали молча. Судя по мрачному Лешкиному лицу, мне предстояло узнать о себе много интересного, как только Щекин оставит нас одних. Однако атмосфера этой ночи, после выданного нам с княжичем наказания, как-то неуловимо изменилась. Может быть, окончательно еще не потеплела, но разрядилась, это точно.

— Как вы себя чувствуете? — неожиданно спросил Щекин.

— В каком смысле? — растерянно спросил княжич.

— В прямом, Нарышкин. Вы провели некоторое время в зоне повышенной магической активности… — он бросил на меня быстрый взгляд. — Выглядите не вполне удовлетворительно, поэтому я и спрашиваю. Хочу понять — нуждаетесь вы в посещении медицинского блока или нет.

— Голова немного болит, — сказал я. — И немного кружится, но я в порядке.

— Я тоже, — быстро сказал княжич.

Попасть в медицинский блок, это означало значительно увеличить шансы того, что Орлов узнает о наших приключениях. Так что идти к целителям мы бы с княжичем согласились в самом крайнем случае.

— Понятно, — он снова помолчал немного и спустя минуту добавил. — Если до утра что-то изменится, то сразу в медицинский блок. Теперь идите.

К этому времени мы уже почти дошли до нашей общаги. Оставалось всего лишь каких-то метров пятьдесят.

— Надеюсь на этот раз вы отправитесь спать, а не будете слоняться по территории, — сказал наставник. — Или мне отвести вас за руки, как маленьких детишек?

Мы с Лешкой заверили Бориса Алексеевича, что этого делать не стоит, и мы с ним обязательно сейчас же пойдем спать. В ответ на это Компонент лишь кивнул, на прощание наградил нас своим мрачным взглядом и пошел в сторону общежития для преподавателей.

— Как думаешь, скажет Орлову? — тихо спросил у меня Лешка. — По-моему, не должен. Он же нам наказание уже выдал.

— Я тоже так думаю, — сказал я, глядя вслед быстро удаляющемуся от нас Щекину. — Кстати, насчет болотных огоньков ты все-таки оказался прав. Кто мог подумать, что они доносчики Компонента?

— Кто бы мог подумать… — перекривил меня княжич. — Мне теперь из-за тебя целую неделю слизняков собирать. Далась тебе эта башня?

— Не ной, Леха, мне тоже не мед достался, — ответил я ему. — Пятьдесят больших эликсиров… Ты представляешь себе сколько это? Практически целая вечность.

— Луше варить эликсиры, чем копаться в слизнях, — скривился княжич. — Еще и ящериц этих идиотских ловить. Лучше бы я сейчас спал в своей комнате.

— Тебе же тоже было интересно, — сказал я, пока мы медленно подходили ко входу в общагу. — Хочешь я тебе расскажу, что я там увидел?

— Завтра утром расскажешь, — недовольно ответил Лешка. — На сегодня хватит с меня про башню. Главное я от Щекина услышал — теперь она просто памятник.

Увидев нас, дежурный спросил, где мы так долго болтались, однако с ним откровенничать мы не стали. Просто посоветовали не совать нос не в свое дело. Он что-то записал в лежавший перед ним журнал и оставил нас в покое.

Уставшие как черти, мы с Лешкой разошлись по своим комнатам. Я быстренько разделся и буквально рухнул на кровать с мыслью о том, что сейчас полежу минут десять, а потом переберусь в Берлогу.