Чтение онлайн

Точно, Душечка. Открыв от удивления рот, я уставился вперед и с такой силой стиснул лук, что едва не выдавил на нем вмятины. Жаль, что мне не хватило храбрости потрогать амулет.

— Ворон, а ты договорился о Душечке? На случай… сам знаешь…

— Капитан о ней позаботится.

— А вот я позабыл назначить следующего летописца.

— Не будь таким оптимистом, — саркастически бросил он. Я невольно вздрогнул.

Душелов что-то сделал, и мы заскользили над верхушками деревьев. В ушах зашуршал холодный ветер. Я скосил глаза вниз. Мы достигли уже высоты пятого этажа и продолжали подниматься.

Звезды над головой развернулись — Душелов менял курс. Ветер задул с такой силой, словно мы летели навстречу буре. Я все больше наклонялся вперед, опасаясь, что меня сдует. За спиной у меня было лишь несколько сотен футов пустоты и резкий удар о землю. Пальцы, стискивающие лук, даже заболели.

Зато я кое-что выяснил. Теперь я знаю, как Душелов ухитряется столь быстро оказываться среди нас, хотя всегда бывает далеко, когда мы с ним связываемся.

Полет проходил в молчании. Душелов был занят делом, подгоняя вперед нашего скакуна. Ворон погрузился в свои мысли. Я тоже, потому что был до ужаса испуган, а желудок едва не выворачивался наизнанку. Про Ворона ничего сказать не могу.

Звезды начали бледнеть. Горизонт на востоке посветлел, под нами материализовалась земля. Я рискнул посмотреть вниз. Мы летели над Облачным лесом. Стало еще чуть светлее. Душелов что-то буркнул, посмотрел на восток, затем на пространство впереди. Несколько секунд он словно прислушивался, затем кивнул.

Ковер задрал нос — мы начали набирать высоту. Покачиваясь, земля стала съеживаться, пока не стала похожа на карту. И без того холодный воздух стал ледяным. Желудок упорно напоминал о себе.

Далеко слева я заметил черное пятно в лесу — то был захваченный нами лагерь. Тут мы вошли в облако, и Душелов сбросил скорость.

— Немного подрейфуем, — сказал он. — Мы в тридцати милях южнее Хромого. Он удаляется от нас. Мы быстро его догоняем. Когда мы окажемся на границе расстояния, с какого он может меня засечь, начнем спускаться. — Он произнес все это деловым женским голосом.

Я начал было говорить, но он меня оборвал:

— Тихо, Костоправ! Не отвлекай меня.

Мы оставались в облаке, невидимые и не видя ничего сами, часа два, затем Душелов сказал:

— Пора спускаться. Ухватитесь покрепче за раму и не отпускайте ее. Нас может слегка поболтать.

Ковер едва не выскользнул из-под меня. Мы полетели вниз, словно брошенный со скалы булыжник. Ковер начал медленно вращаться — казалось, лес под нами поворачивался, — потом закачался, словно падающее перышко. Всякий раз, когда он наклонялся в мою сторону, я думал, что свалюсь.

Мне мог бы помочь добрый вопль, но рядом с Вороном и Душеловом вопить не полагается.

Лес неумолимо приближался. Вскоре я мог различить отдельные деревья… когда осмеливался смотреть вниз. Мы все погибнем. Я не сомневался, что мы врежемся в кроны деревьев и, пролетев оставшиеся до земли пятьдесят футов, разобьемся.

Душелов что-то произнес. Я не разобрал его слов, к тому же он так и так обращался к ковру. Раскачивание и вращение постепенно прекратились, скорость спуска уменьшилась. Ковер слегка наклонился носом вниз и заскользил вперед. Вскоре Душелов опустил его ниже верхушек деревьев и направил в своеобразный коридор над рекой. Мы мчались в нескольких футах над водой, и Душелов смеялся, глядя на испуганно разлетающихся птиц.

Он высадил нас в узкой долине неподалеку от реки.

— Слезайте и разомнитесь, — сказал Душелов. Когда мы пришли в себя, он нас проинструктировал: — Хромой в четырех милях к северу отсюда. Он уже добрался до места встречи с Шепот. Дальше вы пойдете без меня. Он засечет меня, если я подойду ближе. Отдайте мне значки — их он тоже может засечь.

Ворон кивнул, отдал значок, затем натянул тетиву на лук, наложил стрелу, попробовал тетиву на упругость и расслабился. Я повторил его действия, и это меня немного успокоило. Я был так рад вновь оказаться на твердой земле, что готов был ее целовать.

— Ствол большого дуба, — предложил мишень Ворон, показывая на другой берег реки.

Он выстрелил, его стрела вонзилась в ствол в двух дюймах от середины. Я глубоко вдохнул, расслабляясь, и выпустил стрелу, которая попала на дюйм ближе к середине, чем у Ворона.

— Хороший выстрел — мог бы заключить пари, — заметил Ворон и повернулся к Душелову: — Мы готовы.

— Нам нужны более точные указания, — добавил я.

— Идите вдоль берега реки. Здесь много звериных тропок, так что идти будет легко. В любом случае, торопиться нет нужды. Шепот доберется до места лишь через несколько часов.

— Река течет на запад, — заметил я.

— Она делает петлю назад. Идите вдоль нее три мили, затем сверните на запад и двигайтесь напрямик через лес. — Душелов присел, очистил от листьев и веток кусочек земли и палочкой нарисовал карту. — Если вы дойдете до этого поворота, значит, вы зашли слишком далеко.

Затем Душелов замер и долгую минуту вслушивался в то, что мог слышать лишь он сам.

— Госпожа передает, — сообщил он наконец, — вы поймете, что подошли близко, когда увидите рощу огромных хвойных деревьев. Там было святилище народа, вымершего еще до эпохи Владычества. Хромой ждет в центре той рощи.

— Достаточно ясно, — сказал Ворон.

— Вы будете ждать здесь? — спросил я.

— Не бойся, Костоправ.

Я еще раз глубоко вздохнул.

— Пошли, Ворон.

— Подожди, Костоправ, — остановил меня Душелов и вытащил из своего свертка стрелу. — Воспользуйся ею.

Я нерешительно взглянул на стрелу, но все же положил ее себе в колчан.

Ворон настоял на том, что пойдет первым. Я не стал спорить, потому что до Отряда был городским парнишкой. Я так и не научился чувствовать себя уютно в лесу, особенно в таком большом, как Облачный. Слишком здесь тихо, слишком одинок в лесу человек. И так легко заблудиться. Первые две мили я больше беспокоился о том, как бы отыскать обратную дорогу, чем о предстоящем нам деле, и потратил немало времени, запоминая ориентиры.

Ворон целый час молчал. Я и сам напряженно думал, поэтому меня это устраивало.

Он поднял руку. Я остановился.

— По-моему, мы зашли достаточно далеко, — сказал он. — Теперь пойдем в эту сторону.

— Угу.

— Давай отдохнем. — Он устроился на огромном древесном корне, прислонившись спиной к стволу. — Уж больно ты сегодня молчалив, Костоправ.

— Да вот, все думаю.

— Ага, — улыбнулся он. — Например, о том, какую награду мы с тобой получили.

— И об этом тоже. — Я вытащил стрелу, которую мне дал Душелов. — Видишь?